Мэри Кенли – Цветок мятежного князя (страница 46)

Я поёжилась, опустила ладони на подоконник и в этот момент… Окно вдруг распахнулось. Князь спрыгнул на пол с грацией дикого зверя, а потом без слов притянул меня ближе.

Я даже пикнуть не успела — и в следующий миг оказалась на улице, прижимаясь к крепкой груди Вейяна. Крик застыл в моём горле, растворившись на тёмных улицах города.

Кровавый князь стремительно и легко опустился на землю, после чего улыбнулся:

— Простите за дерзость, леди Шен. Нам пора.

И мы вновь сорвались с места в безумный бег. Впервые за долгое время я смогла увидеть всю его силу. Ловкость натренированного бойца, поразительная быстрота движений… Казалось, будто князь дышит ночным городом, вбирает его энергию и преобразует в безудержную решимость.

Он остановился лишь в тот момент, когда мы преодолели ворота. Там нас ждала повозка и всадники на быстрых лошадях. Один скакун явно предназначался для Хао Вейяна… А вот экипаж точно для меня.

— Прошу вас, леди Шен. Скоро мы вернёмся в поместье.

Его уверенная улыбка и прикосновение тёплой ладони на прощание… Клянусь, в тот момент моё сердце задрожало. Я вдруг поверила в невозможное: в то, что Хао Вейян и вправду ко мне что-то чувствует.

Ночь рассыпалась под ногами быстрых коней, колёса повозки без устали неслись по дороге. И я медленно засыпала, пытаясь сохранить то тепло, что подарил мне князь. Тогда в моём сердце ещё не возникло дурное предчувствие… А ведь беда была совсем рядом.

Поместье Вейяна.

Кровавый князь вернулся. Замершее в сонном оцепенении поместье, наконец, пробудилось. Взбудораженные слуги передавали благую весть из уст в уста: правитель Шуаньи жив! Он вернулся и намерен свершить правосудие.

Хао Вейян не собирался медлить. Соратники тайно провели расследование и вычислили всех предателей. Виновные уже были схвачены, но с одним из них он должен поговорить лично.

— Отец! — Цзенлан едва успел нагнать Вейяна, не скрывая счастливой улыбки. — Слава богам, ты жив и здоров… Теневой мастер донёс мне о твоём состоянии, но я всё равно волновался.

— Прибереги волнение для других, сын. — задумчиво произнёс Кровавый князь. — Ночь ещё не закончилась.

Цзенлан невольно поёжился, понимая истинное значение его слов: всё закончится лишь тогда, когда предатель понесёт справедливую кару. Но наследник до сих пор не знал, кто повинен в страшном злодеянии…

Он помнил, как взбесилась лошадь Юнли Шен, как отец пытался помочь ей — и они вместе упали с обрыва. Тогда ошеломлённый Цзенлан хотел сорваться на подмогу, но его остановили телохранители. Именно они обнаружили ту коварную траву, призванную погубить князя.

Внезапно, Хао Вейян остановился. Его плечи покрывал чёрный плащ с вышитым золотым тигром. Подобные одеяния всегда были знаком тяжкого (но необходимого) решения.

— Ты уверен, что хочешь видеть предателя? — прямо спросил князь, опустив подбородок.

— Я…

Цзенлан вдруг осознал: впереди дверь, которая отделяет его от жестокого потрясения. Но если он струсит и уйдёт… Потрясение всё равно настигнет его позже.

— Я хочу. Хочу посмотреть в глаза тому, кто желал твоей смерти.

— Да будет так.

Хао Вейян кивнул и решительно открыл дверь, заходя в тёмное помещение. Оно пропахло кровью, потом и слезами. Ведь это была тюремная камера — последнее пристанище для врагов князя.

— Ваше Величество. — управляющий Фан напряжённо оглянулся. — Я… Я сделал всё так, как вы велели.

— Да. Благодаря этому я успел перехватить письмо в городе, где укрылись убийцы. — Кровавый князь задумчиво усмехнулся, но вскоре усмешка его пропала.

Он приблизился к камере, молча разглядывая предателя.

— М-матушка Гуань! — и только сейчас ошеломлённый голос Цзенлана прервал воцарившуюся тишину. — Отец, это какая-то ошибка!

Наследник посмотрел на князя и, не найдя ответа, повернулся к управляющему:

— Это ведь… неправда?

— Простите, юный господин. — Фан поклонился, скрывая скорбь на лице.

— Гуань. — холодный голос Вейяна заставил её встрепенуться.

Женщина приблизилась к прутьям клетки, а затем упала на колени:

— Простите… простите меня.

— Ты подвела меня. Подвела всех нас. — медленно произнёс он, прикрыв глаза. — Когда-то именно ты кормила того коня, а теперь он мёртв. Мой боевой товарищ бесславно погиб, разбившись о камни.

— Я… Я узнала об аквилле случайно. — прохрипела Гуань, стиснув зубы. — Я… сожалею.

— О том, что выдала наше местоположение? Или о том, что помогла убийцам обосноваться в том городе? — медленно спросил князь. — Гуань, ты была верна мне. Что толкнуло тебя на предательство?

Она содрогнулась всем телом, храня молчание.

— Матушка Гуань, пожалуйста… Скажи правду! — почти отчаянно воскликнул Цзенлан, подходя ближе.

Эта женщина воспитывала его, была рядом с самого детства. Он просто не мог поверить в то, что она решилась на зверское предательство!

— Моя дочь была похищена этими извергами! Теми самыми, из Луна… — выдохнула Гуань. — Я… Со мной связались Её люди. Они нашли мою девочку в борделе… Где-то в Лунцзи. Пообещали, что освободят её, если я помогу… Всего один раз.

Она закрыла лицо руками:

— Будто демоны захватили мой рассудок… Я не хотела вашей смерти. Не хотела! Я почувствовала такое облегчение, когда вы вернулись…

Матушка Гуань обняла себя за плечи и горько заплакала под бесстрастным взглядом князя.

— Вы помогли убийцам проникнуть в наши города. — протянул Вейян, прикрыв глаза. — В чём ещё вы повинны, Гуань?

— Ни в чём! Я больше ничего не делала, клянусь… — она стиснула зубы и прошептала. — Прошу, поверьте мне, князь.

— Я не могу верить той, кто предала меня.

Хао Вейян развернулся и проследовал к выходу, оставляя плачущую женщину наедине с тюремщиками. Цзенлан догнал отца, когда тот вышел из подземного зала.

— Что… что теперь с ней будет? — взволнованно спросил наследник.

— А ты как думаешь? — Кровавый князь устало прикрыл глаза, привалившись плечом к сливовому древу.

— Казнь.

Голос Цзенлана осип, смешиваясь с отчаянием.

— Ты не хочешь её смерти? — прямо спросил Вейян и понимающе усмехнулся. — Я тоже.

— Правда? — невольно выдохнул Цзенлан.

— Я знаю, что на неё надавили. Знаю, как тяжело сохранять верность, когда на карту поставлена чья-то жизнь. Но её предательство могло разрушить всё. Всё княжество Шуаньи.

Цзенлан опустил подбородок и, наконец, кивнул:

— Я понимаю, отец. И не прошу о снисхождении. Пусть её постигнет справедливая кара.

Эти слова давались ему с трудом, но Цзенлан уже принял решение. Матушка Гуань, которая нянчилась с ним — осталась в прошлом. Где-то за пределами той страшной войны с императрицей.

— …Есть кое-что, о чём я хочу рассказать тебе, отец.

Юнли Шен.

Матушка Гуань исчезла. Её пропажа была тихой, внезапной и (к сожалению) вполне объяснимой. Слуги не говорили об этом напрямую, но правда плавала на поверхности — именно она ответственна за беды, что постигли князя… И меня тоже.

После возвращения я чувствовала себя неважно. Приглашённый лекарь осмотрел все синяки и ссадины (а их оказалось очень много!). Так что сейчас моя комната пропахла благовониями и лекарственными мазями. Шия не отходила от меня ни на шаг. Она была очень напугана произошедшим и настояла на длительном отдыхе… Который и впрямь был мне необходим.

А вот у князя по-прежнему слишком много дел. Несмотря на ранение, он почти сразу покинул поместье! И это единственная новость, которую я смогла узнать от Шии.

В последнее время всё вокруг было каким-то странным. Будто сама атмосфера изменилась (и совсем не в лучшую сторону)! А вскоре Моин Джан пролила свет на происходящее…

— Ты, верно, ничего не знаешь? — вздохнула она, игнорируя недовольства Шии.

Моин пришла без приглашения, мотивируя это тем, что «леди Шен и без того достаточно отдохнула».