Мэри Кац – Развод. Разреши мне вернуться (страница 22)

Сглатываю, сгребая в кулак ткань его пиджака.

Он прав. Я слишком слаба. Давно не помню себя в таком состоянии. Не помню, что была настолько сильно разбитой. Видимо, сказалось все сразу. Все то, что я копила в себе.

— Отпусти меня, — спокойно произношу.

— Отпущу, если пообещаешь не сбегать.

Наверное, я совсем глупая, потому что верю ему. Хочу верить в то, что где-то там еще есть мой Максим. Парень с рабочей окраины, который всегда старался мне помочь. Защитить от любой опасности. Который приводил меня домой без намека и требований оплаты. Без интима. Просто потому, что он такой. Просто потому, что так правильно.

Киваю ему, и он меня снова подхватывает на руки и на кровать возвращает.

— Завтра мы с сыном придем навестить тебя.

Ничего не отвечаю. Я слишком устала. Дело совсем не в болезни. Дело во всей этой ситуации. Я просто устала бороться с ветром. Единственное, что мне надо — это надежное мужское плечо. Такое, какое давал мне Макс в самом начале наших отношений.

Максим помогает мне раздеться. Аккуратно вешает в шкаф пальто, и пока мне перезаправляют постель, я переодеваюсь в больничную одежду в личной ванной. Когда выхожу, то Максим стоит спиной ко мне, всматриваясь в окно. Я ложусь в кровать, потому что сейчас муж прав, мне нужен отдых. Надо поправиться ради моего ребенка. Ему нужна здоровая мама. Он у меня сильный мальчик. Вот и я должна быть сильной.

— Медперсонал обо всем предупрежден, — начинает разговор Максим, поворачиваясь ко мне лицом. — Я принес новый телефон. Там забиты все те номера, что у тебя были. Как я и сказал, Саша со мной. Ты можешь в любой момент позвонить мне, и я дам поговорить с ребенком.

Он ко мне подходит. Руку тянет к моей, но я убираю ее под одеяло.

— Ты сказал, что завтра приведешь мне сына.

— Да, — убирая руки в карманы своих дорогих отутюженных брюк, отвечает. — Если врач разрешит и скажет, что для ребенка это безопасно, то мы придем. Или ты снова будешь возражать?

Мотаю головой. Я всегда была предусмотрительной, старалась оградить сына от всего, что может ему навредить.

— Нет. Если это не будет угрожать здоровью моего ребенка, то я буду ждать.

Он кивает и уже к двери идет, когда решает резко остановиться и продолжить разговор:

— Я никогда не переставал любить тебя, Милана.

— Любят не так, Максим.

— Любят так, — заглядывая мне прямо в лицо, становится серьезен. — Только порой приходится сделать ошибку, чтобы уберечь самых близких от правды.

— От какой правды?

— Сейчас это не важно. Сама сказала, что прошлое не вернуть. Думаю, ни ты, ни я этого не хотим. Поправляйся, Милана. Я приду завтра. Если доктор разрешит, то с сыном.

Он хлопает дверью, а я в растерянности смотрю на то место, где он только был, гадая, что именно он хотел сказать.

Глава 29

Максим

Телефон вновь надрывается, проигрывая стандартную мелодию. Наверное, впервые за последние три года мне плевать на работу. Плевать на статус и даже на то, что я должен на своего начальника едва ли не посмертно работать.

Сбрасываю вызов и домой еду. К черту все. Разберусь потом, когда Милану верну.

Когда приезжаю домой, то сразу слышу звонкий смех племянника, но не сына. От этого нутро снова переворачивается. Сейчас я действительно жалею, что нельзя вернуться в прошлое и найти другой выход. Если же нельзя найти машину времени, то можно же хотя бы потерять частично память? Интересно, если я попрошу сестренку ударить меня по голове так же, как она когда-то ударила своего мужа, я потеряю память?

— Дядя! — вскрикивает Димка, завидев меня в дверях.

Он моментально ко мне бросается, и я его в воздух подбрасываю. Он смеяться начинает, и я улыбаюсь в ответ.

На сына взгляд перевожу и снова себя полным ублюдком чувствую. Просрать столько времени только из-за ревности. Сашка на меня смотрит, но даже не старается подбежать.

— Как вы здесь?

— Хорошо.

— Ух ты, — игриво щипаю племянника, который устроился у меня на руках. — Кто-то научился выговаривать букву «р».

Он весело кивает. Тут же демонстративно начинает тянуть этот звук. Слова вспоминает с этой буквой.

— Как ты?

Сестра аккуратно поднимается с пола, где только что играла вместе с пацанами. На меня смотрит. Волнение в ее глазах читаю. Наверное, так всегда будет. Старшие о младших заботятся.

— Пойдет.

— Уверен?

Киваю и ставлю Димку на место. Он тут же к игрушкам возвращается. Парнишка самосвалы любит. Как бы его отец ни прививал любовь к люксовым авто, он все равно застывает на большегрузах.

— А ты, — обращаюсь к сыну и присаживаюсь на корточки. Хочу, чтобы мы с ним были на одном уровне. — Ты не обнимешь меня?

Снежка на меня смотрит. Я ее взгляд даже сквозь стену могу ощутить. Я с сына глаз не спускаю, но почти уверен, что сестра даже не дышит.

Сашка думает. И я уже надежду начинаю терять. Мне до скрежета в зубах хочется, чтобы он так же, как и Димка, ко мне бежал.

Какой же я еблан!

Он меня не знает, а я уже что-то от него хочу.

Минута уже затянулась, и я почти смирился с тем, что он даже не подойдет, когда Сашка неожиданно встает и ко мне подходит.

Я сына разглядываю. Не тороплю. Боюсь момент спугнуть. Вдруг это вообще сон? Я ведь двое суток уже не спал. Галлюцинации возможны.

— П-прив-вет, — произносит он и протягивает мне руку.

Я сжимаю его маленькие пальчики и понимаю, что могу заплакать от подобного. Хотя бы первый шаг сделан, а значит, я на правильном пути.

Как только Саша присоединяется к Диме, мы с сестрой на кухню выходим.

— Рассказывай, — взволнованно произносит.

Слишком уж она нервная стала. Может, снова беременная? Булат все себя простить не может, что о ребенке три года не знал. Что Снежку упустил и дочь без него родилась. Вот он сейчас периодически и мечтает о футбольной команде. Вон сына почти сразу после примирения заделал. Хотя, наверное, он это специально сделал, чтобы Снежану к себе сильнее привязать. Тот еще эгоист.

— Нечего мне рассказывать.

— Она хотя бы позволила с ней поговорить?

Сестра спрашивает, одновременно чайник ставит, что-то из холодильника достает, в микроволновку какую-то форму ставит.

Наверное, стоит признаться, что по этой ее манере занять все пространство и накормить всех я скучал.

— Макс! — произносит и дает мне щелчок по лбу.

— Ай! За что?

— Чтобы ты сюда вернулся и рассказал все как есть.

— Она злится. Хотела сбежать. В обморок упала, хорошо, что я перехватил на выходе. Хочет с Сашей увидеться.

— Ее можно понять. Она в первую очередь мама. К тому же привыкла всегда справляться одна. Ты же явно ей не помощник был.

Вздыхаю. Даже спорить не хочу. Правда все это. И в том, что она ненавидит меня, тоже я виноват.

— Мама. Мама.

Димка весело в комнату вбегает и протягивает Снежке мобильный телефон. На ее лице моментально улыбка расцветает.

— Да, милый.

Ого. Милым стал. А ведь пару лет назад он был тем, о ком даже нельзя было упоминать. Что там упоминать, даже касаться прошлого с ним нельзя было. Сейчас все изменилось. Романтика, любовь, цветы. Еще немного — и Булат совсем ручным сделается. Хотя не в его натуре быть домашним. Хищник навсегда останется хищником.