Мер Лафферти – Станция Вечность (страница 73)

– Ты мой брат, идиот.

– Я думал, ты будешь рад от меня избавиться. Наследство себе заберешь.

Финеас медленно покачал головой:

– Ты что, совсем ничего не понимаешь? У меня же ничего не осталось! Родители погибли при землетрясении, брата забрали инопланетяне, бабушка практически выгнала из семьи. Отобрала у меня наследство, а потом лестница отобрала ее. Все, что у меня есть, – это ожоги от сигарет и брат с такой будущей эпитафией, что глаза на лоб лезут.

Ксан закашлялся, морщась. Нет уж, он не собирается глотать проклятых гнейсов, какими бы маленькими они ни были.

– Фин, – сказал он, поднимая на брата взгляд. – Забирай дом. И землю забирай. Я их все равно ненавижу. И у тебя есть я. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь вернуться домой, но ты навсегда останешься моим братом.

Он коротко обнял Финеаса, но посмотрел под ноги. Камни начали собираться в водоворот – не настолько серьезный, чтобы из него нельзя было выбраться, но определенно мешающий свободно передвигаться. Одного раза Ксану хватило – больше он падать не хотел.

Вдруг грохот камней прорезал резкий звук. Содрогнувшись, Ксан с Финеасом заметили Лавли – она держала в руках скрипку и тянула одну-единственную высокую ноту.

Ксан зажал уши.

– Что она делает?! – крикнул он.

– Когда мы только зашли, она сказала, что камни вибрируют на уровне низкой «соль». Еще пожалела, что у нее нет с собой скрипки. Но раз ты ее вернул, она решила попробовать под них подстроиться. На низких октавах вибрации только усилились, но на высоких…

Одновременно морщась и ухмыляясь, он обвел усыпальницу рукой. Гнейсы притихли. Даже камни перестали подпрыгивать, а шаттл остановился и просто завис в воздухе.

– Так кто меня спас, она или ты? – кашляя, спросил Ксан.

– Оба, – ответил Финеас.

Камни, конечно, успокоились, но и Фердинанд тоже застыл на месте, а кокон, скрывавший Стефанию, остался лежать у его ног.

– Твою мать, – сказал Ксан и подбежал к Лавли. – Стой, хватит играть! Ты мешаешь Стефании и Фердинанду!

Лавли скривилась. Над ее губой выступили капельки пота, и она то и дело морщилась от боли в левой руке, которую пришлось вытянуть до предела.

– И что будем делать? Все же просто проснутся.

«Я могла бы помочь. Стоит просто попросить», – раздался в голове спокойный голос «Бесконечности», будто ее совершенно не волновало, что скрипка – единственное, что спасает Ксана от кучи разумных камней.

– И как ты собираешься мне помогать? – вслух поинтересовался он.

«Все в порядке. Пусть женщина продолжает играть. Идите ко мне. И приведите гнейску. Она мне нравится».

– Что ты задумала?

«Когда-нибудь ты начнешь мне доверять».

– Сможешь предупредить Фердинанда?

«Уже. Он ждет, когда стихнет музыка».

– Продолжай играть и идите за мной! – крикнул он Лавли с Финеасом и обернулся к «Бесконечности», виднеющейся по ту сторону открытой шлюзовой камеры.

Его внимание привлекло движение в противоположном конце зала. В дверях показался массивный розовый силуэт Тины, и Ксан пораженно застыл, заметив у нее на спине Мэллори, выглядывающую из-за каменного плеча.

«Представляю вам будущую королеву планеты Безоар. Ее восхождение завершено», – провозгласила у него в голове «Бесконечность».

Ксан покачал головой.

«Капец их планете».

31. Два симбионта людей

Пытаясь уследить сразу за всем, Мэллори разрывалась между усыпальницей, телом Каллиопы и своей мрачной тетей.

Хотя Тина приняла предложение Каллиопы, она слабо представляла, как именно гнейсы поглощают разумных существ.

– Я не в курсе, как это работает, – жизнерадостно сообщила она, сбрасывая с себя тонкие слои камня. – Ну, посмотрим!

Мэллори чувствовала, что разгадка близко, но никак не могла ее ухватить. Ей просто нужно было сосредоточиться и подумать. Что за блестящее вещество она заметила вокруг раны Каллиопы? Откуда оно взялось?

Порог усыпальницы переполз синий разведчик Сонма. Он двигался вяло – может, замерз? Его серебряные собратья на потолке практически двоились в глазах от частоты, с которой вибрировали их крылья. Пытались согреться?

Отвернувшись от Тины, тетя Кэти перевела взгляд на Мэллори и заметила ос Сонма.

– Фу, какая гадость! Тут еще и насекомые есть?

– Они тоже разумные члены общества, проявите уважение, – сказала Мэллори, но словам не хватило силы.

Она потерла лицо. Тетя Кэти подошла и присела рядом. Сжала потную руку Мэллори в прохладной ладони, и кожи запястья коснулись металлические подвески.

– Милая, тебе не место во всем этом хаосе. Это же противоестественно, все эти… пришельцы, – сказала она.

«Ты же говорила, что это я притягиваю хаос».

– Где вы нашли браслет? Это что, новая подвеска? – спросила Мэллори, глядя на ее запястье.

– Он был в кармане! – радостно ответила тетя Кэти. – Видимо, врачи положили, когда нашли. А это мой аллигатор, такой миленький, согласись? Я его обожаю, – сказала тетя Кэти, отпуская Мэллори и касаясь подвесок. Начала с первой, пера, и закончила аллигатором. Маленькая подвижная пасть щелкнула.

– Никогда бы не подумала, что вы любите рептилий, – сказала Мэллори и подвинулась, чтобы было удобнее наблюдать за усыпальницей.

– Ты должна понимать, что людям здесь делать нечего. Особенно таким, как ты. Убийства, от которых ты пыталась сбежать, нашли тебя даже здесь. Так что давай вернемся домой. Деза больше нет, – ее голос коротко дрогнул, – мой чудесный мальчик в тюрьме, а больше у меня никого не осталось. Я так по тебе соскучилась.

Мэллори уклончиво замычала и попыталась отстраниться от тети, которая снова вцепилась в ее ладонь. Она знала, чем все закончится: слезами и причитаниями о том, какая она бедная и несчастная, а неблагодарные дети совершенно ее не ценят.

– Я была рядом, когда умерла твоя мать. Это я утешала тебя после смерти учительницы. А твоя методистка? Помнишь ее? Помнишь, как я обнимала тебя и говорила, что все будет хорошо? Жизнь тебя не пощадила, моя дорогая. Давай вернемся домой.

– Час назад вы сказали, что я проклята и приношу хаос и смерть, – заметила Мэллори, снова отодвигаясь. Железная хватка не ослабевала. – В детстве вы меня терпеть не могли. Что вдруг случилось?

Мгновение тетя Кэти колебалась между возмущением и горем, но в итоге выбрала горе. В ее глазах встали слезы.

– Дезмонда не выпустили по УДО. Я надеялась, что ты поможешь его оправдать. Ты же так хорошо знаешь улики!

– Во время расследования мне это не помогло. Вы же сами говорили, что от меня никакой пользы. С чего вы вдруг взяли, что я смогу вам помочь?

– Ну, у тебя же было время подумать. Посмотрим на дело свежим взглядом и что-нибудь вместе сообразим, – сказала Кэти, всхлипнула и похлопала Мэллори по руке. – И я всегда тебя любила, дорогуша.

– Как там Стефания? – обратилась Мэллори к Тине, игнорируя ее слова.

– У нее все в порядке, у твоих друзей – так себе, – ответила Тина, но ее голос донесся словно издалека. – С ней Фердинанд.

– А ты справишься без него? – спросила Мэллори. – Или тебе нужен помощник?

– Ага, чтобы меня не расшибли в пыль, пока я не могу сопротивляться, – ответила Тина. – Ничего, справлюсь. Если меня кто-то тронет, остальные с ним разберутся.

– Каждый раз поражаюсь твоей безграничной самоуверенности, Тина, но очень рада, что мне не придется защищать тебя от груды камней, – сказала Мэллори.

Усмехнувшись, Тина подняла Каллиопу на руки и скрылась в коконе из слюды.

– Надеюсь, с ней ничего не случится, – сказала Мэллори.

– Почему тебя так волнуют инопланетяне? Лучше позаботься о людях! – резко бросила тетя Кэти. Потом глубоко вздохнула, успокаиваясь, и вновь улыбнулась. – Возвращайся домой, солнышко. Мне одной грустно, а тут так опасно. Хотя бы подумай над этим.

– Обязательно, – отстраненно отозвалась Мэллори. В голове крутились слова тети Кэти. Все смерти, которые она перечислила. Мама, учительница, методистка. Словно в считалке.

Тетя Кэти начала вспоминать детство Мэллори, все праздники и дни рождения, о которых у нее сложилось совершенно другое впечатление. В усыпальнице Ксан рухнул на пол, и его мгновенно поглотило море камней.

Подскочив, Мэллори вырвала руку из пальцев тети Кэти и оглянулась на Тину. По сравнению со Стефанией ее кокон формировался куда быстрее.

– Тина! Тебе еще долго?