Мелисса Рёрих – Леди тьмы (страница 62)

– Она была единственной, кто имел доступ к нашему лучшему источнику информации, – возразила Нури.

– Ты – Тень Смерти и можешь добывать информацию другими способами, – рявкнул Кассиус, отступая и отпуская ее. Девушка не дрогнула, когда он, глядя на нее сверху вниз, заявил голосом, мрачным, как обещание смерти: – Никогда больше не сваливай на нее свою вину и позор.

Интересно, подумал Сорин, наблюдая за их перепалкой. Кассиус повернулся и пошел в другой конец комнаты, а Нури осталась стоять у стены, к которой ее прижал Кассиус. Вид у нее был такой, словно ей отчаянно хотелось что-то сказать, но она сдерживалась. Прежде Сорину доводилось встречать такой взгляд у солдат. Тех, которые хотели дать отпор, но были ниже по званию. Из этого он заключил, что Кассиус более значим, чем Нури. Каким бы странным законам ни подчинялась иерархическая структура Черного синдиката, Кассиус был более высокого ранга, чем Нури. Действительно интересно.

– Солнце встает, – сказал Кассиус, обращаясь к Сорину. – Мы должны вернуться в замок.

Сорин внимательно посмотрел на обоих.

– Возможно, кому-то еще стоит остаться сегодня здесь, – рискнул предложить он.

– Нет, – ответил Кассиус, качая головой. – Вечером прибудет принц Каллан. Если кого-то из нас не окажется в замке и что-то пойдет не так, могут возникнуть подозрения. Сегодня как никогда нужно заниматься привычными делами.

Кассиус бросил взгляд на Нури, и она заговорила, точно получив разрешение:

– Он прав. Все должно выглядеть привычным образом. Мы со Скарлетт не можем уйти отсюда. Нас не должны видеть ни в этой квартире, ни за ее пределами. – Выдержав паузу, она добавила: – Я и пальцем ее не трону, генерал. Даю слово.

– Слову дочери ночи у меня доверия нет, – холодно ответил Сорин.

– Она не поднимет на нее руку, – произнес Кассиус ледяным тоном.

Сорин понял, что выбора у него нет. Они правы. Все должно идти своим чередом. Он вздохнул и кивнул Кассиусу.

– Только переоденусь и заберу свои вещи.

Он зашел в свою спальню. Скарлетт так и лежала на кровати, свернувшись калачиком. Стараясь не шуметь, он прокрался в ванную, где переоделся в форму и пристегнул оружие. Достав из огненной сферы бумагу и ручку, поспешно нацарапал записку для Скарлетт и пристроил ей на подушку. Когда он убирал руку, просачивающийся сквозь занавески свет отразился от кольца Семирии на его пальце. Вздохнув, он снял его и положил сверху на записку. Его тело похолодело и опустело, как только магия исчезла.

Сорин шагал вместе с Кассиусом по улицам в сторону замка. Хотя был конец лета, по утрам в воздухе все отчетливее ощущалась осенняя прохлада. Вот и теперь дыхание вырывалось облачками пара. Сорин подумал, что поступил правильно, накинув на плечи плащ, когда покидал квартиру.

– Все готово к сегодняшнему вечеру? – спросил Кассиус, будто речь шла о погоде.

– Насколько я знаю, – ответил Сорин. – В планы меня толком не посвятили, причину не объяснили – сказали только, что местом встречи выбрано мое жилище.

– Получается, Скарлетт не поставила тебя в известность о происходящем? И предысторию не поведала?

– Мне известны основы, но не детали.

– Значит, она ни словом не обмолвилась о той ночи, – сдавленно протянул Кассиус.

– Нет, – подтвердил Сорин резким отрывистым голосом. – Я просил, но она отказалась.

– Возможно, еще расскажет, – добавил Кассиус, – но знай, что она ни с кем не делится подробностями.

– Ты выше Нури по статусу, – сменил Сорин тему разговора.

– Да.

– Как так вышло?

Кассиус замялся.

– Функционирование Синдиката не обсуждается с посторонними, – сказал он почти извиняющимся тоном. – Полагаю, это похоже на неразглашение сведений о твоих землях, но, как я говорил несколько ночей назад, когда речь идет о Скарлетт, я превосхожу всех.

– Почему же ты не вмешался, когда Нури со Скарлетт сражались?

– Потому что в ту ночь отнюдь не Нури требовалось контролировать.

– Ты иерархически выше Нури, но не Скарлетт? – с недоверием в голосе протянул Сорин.

– В каком-то смысле да, – неохотно признал Кассиус.

Они почти достигли замка, каменные башни которого тянулись в рассветное небо. Поколебавшись, Кассиус спросил:

– Ты готов к сегодняшнему вечеру?

– Вот уж не думал, что мне нужно как-то готовиться, – ответил Сорин, приподняв бровь.

На лице Кассиуса появилось понимающее выражение.

– Ты знаешь о ней и Каллане?

Губы Сорина сжались в тонкую линию.

– Да, эту историю она мне рассказала.

Кассиус слегка поморщился.

– Услышать историю и увидеть ее – две совершенно разные вещи.

– Какое мне до этого дело?

Когда они вошли на территорию замка, Кассиус предупреждающе произнес:

– Приготовься, Адитья.

Когда бесконечно тянущийся день закончился, Сорин в одиночестве возвращался в свои апартаменты – позже, чем ему бы хотелось. После того как он завершил дела в замке, потребовалось посетить еще одну встречу, которая продлилась гораздо дольше, чем предполагалось.

Кассиус должен был появиться поздно вечером вместе с принцем Калланом. Теперь до их прибытия оставалось всего два часа. Сорин поднялся по лестнице на свой этаж, перескакивая через две ступеньки за раз, и, войдя, увидел лежащую на диване Нури. Дверь в его спальню по-прежнему была закрыта.

– Скарлетт вообще выходила? – спросил он, вешая плащ на крючок.

– И тебе привет, – проворчала Нури, скрещивая руки на груди. Сорин наградил ее многозначительным взглядом, и она сказала со вздохом: – Да, она выходила. Да, она поела. Да, мы поговорили. Нет, мы не в порядке, но для сегодняшнего вечера сгодится.

Сорин кивнул и только собрался пересечь комнату, как Нури заговорила снова:

– Я… – Она с досадой вздохнула. – Я не ела со вчерашнего дня и никуда не могу отлучиться. – Сорин поднял бровь, на его губах появилась ухмылка. – Не знаю, чем эта затея обернется, – огрызнулась она, – поэтому мне нужно быть в наилучшей форме.

– Как скажешь, Нури, дорогая, – подхватил Сорин, закатывая рукав.

Нури показала ему средний палец, когда он протянул руку. Через минуту или две она отстранилась, заметно расслабившись. Даже бледные щеки слегка порозовели.

– Убедись, что она готова к вечеру, – посоветовала девушка, указав подбородком на спальню.

Сорин пересек комнату, тихонько постучался и вошел. Скарлетт была одета полностью в черное и вооружена, включая кинжал из ширастоуна. Рядом лежал ее меч. Она сидела на кровати, подтянув колени к груди и обхватив их руками, и смотрела в открытое настежь окно.

– Знаю, что окно должно быть закрыто, – тихо сказала девушка, когда за ним захлопнулась дверь. – Просто хотела убедиться, что сегодня ночью они там. Звезды.

– Во тьме всегда можно найти свет, Скарлетт, даже если приходится создавать свой собственный, – подхватил Сорин, обходя кровать, чтобы заглянуть ей в лицо. Он прислонился к стене, а она подняла на него глаза – затравленные, полные боли и горечи. – Откуда этот наряд?

– Тава прислала под видом подарка для отцовского генерала, – пояснила Скарлетт, вытягивая перед собой руку. На ее ладони лежало кольцо ее матери. – Надень его сегодня вечером. На случай, если нам понадобится твой дар.

– Уверена? – спросил он, робко шагнув к ней.

Девушка кивнула. Когда Сорин потянулся за кольцом, их пальцы соприкоснулись, и она удержала его ладонь. Замерев в нерешительности, Сорин поднял на нее взгляд. Он никак не мог свыкнуться с тем, насколько тусклыми и безжизненными, лишенными привычного блеска выглядели ее глаза.

– Ты боишься сегодняшнего вечера, – заметил он, присаживаясь рядом и надевая кольцо.

– Да, – прошептала Скарлетт.

– Хочешь поговорить об этом? Я, конечно, не Кассиус, но…

При этих словах она повернулась к нему и внимательно всмотрелась в лицо, после чего со вздохом перевела взгляд обратно на окно.

– Выходцев из Черного синдиката не зря называют злобными, коварными и жестокими, Сорин. Сегодня я буду воплощением этих трех качеств, но не в стали и крови. Я выросла во тьме, поэтому мне в ней комфортнее, но в ней легко потеряться.

Взглянув в окно, Сорин увидел, что на небе начали появляться звезды.

– В землях фейри четыре Двора, среди них, как говорят, есть тот… кто темнее остальных, – произнес он. – Можно даже сказать, что их принц злобный, коварный и жестокий. – Скарлетт медленно повернула к нему голову. – Об обитателях Двора Огня можно сказать то же самое. От них ожидают того же, что и от жителей Черного синдиката, – продолжил Сорин. – Наш двор внушает страх, с нами может соперничать другой Двор, но все же там есть проблески света. Подданные Двора Огня знают, что именно они доблестно охраняют и защищают, поэтому не возражают против предписываемых им характеристик. И во тьме есть место любви, верности и смеху, если знать, где искать, даже если другие и не верят в их существование.