Мелисса Рёрих – Леди тьмы (страница 107)
Подняв вторую руку, он нежно сжал ее другой локоть. Пальцы Скарлетт глубже вонзились в мякоть груши, по ним потек липкий влажный сок. Словно кровь, как от ранения кинжалом в сердце. Очень похоже.
– Давай хоть часть пути проделаем вместе, Скарлетт, – попросил он чуть слышно. – Пожалуйста. Мне нужно знать, что ты в порядке, и…
Не в силах больше сдерживаться, Скарлетт отстранилась от его прикосновения, и Каллан уронил руки вдоль тела.
– Это ничего не изменит, Каллан, – мягко сказала она. – Ты по-прежнему будешь королем, а я по-прежнему не желаю становиться королевой.
– Я покидаю Виндонель и, возможно, не вернусь обратно. Могу остаться с тобой…
– Нет, Каллан.
Качая головой, Скарлетт с такой силой сжала грушу, что ошметки посыпались на землю. Ее тени вырвались на свободу и заскользили, обвиваясь, вниз по ее рукам, заставив Каллана отступить.
– Почему? – потребовал он ответа, стараясь говорить тише. – Почему ему разрешено говорить с тобой и прикасаться к тебе? Утешать тебя? Почему твои тени это позволяют?
– Моя тьма допускает его, потому что он ее не боится, – прошипела она. – А также потому, что борется с тенями, чтобы добраться до меня. Он может говорить со мной, прикасаться ко мне и утешать меня, поскольку знает, как до меня достучаться, когда прошлое так громко шумит в голове, что остается только кричать.
– Скарлетт. – Каллан произнес ее имя с нежной грустью. – Я
– Ты не знаешь меня целиком. И никогда не знал. Тебе известны маски, которые я надевала, чтобы подобраться к тебе. Те части меня, которые я хотела тебе показать, – пояснила девушка.
– Давай проскачем вместе часть пути. И поговорим. Позволь мне узнать всю тебя.
– Она с вами не поедет, – сдавленно возразил подошедший к ним Сорин.
Стрельнув в него глазами, Скарлетт заметила, как напряглись мышцы на его челюсти.
– Ничего с ней не случится, если Финн и Слоан прикроют нас с двух сторон. Один час со мной Скарлетт нисколько не повредит, – возразил Каллан, уперев руки в бока.
– Нет. Это не вариант. Ее безопасность – мой главный приоритет, следовательно, она поедет со мной, – отрезал Сорин.
– Если приближаться к границе так рискованно, означает ли это, что и твой Двор столь же неприветлив? Будет ли Скарлетт там в безопасности? – с вызовом спросил Каллан.
– Да, там она будет в абсолютной безопасности. Если кто-нибудь тронет ее хоть пальцем после того, как мы пересечем границу, это будет иметь серьезные последствия. – Голос Сорина опасно понизился.
– На каком основании ты это утверждаешь? – не желая пасовать перед Сорином, с вызовом бросил Каллан.
Лицо принца ожесточилось. Финн и Слоан подошли к нему и встали по бокам. Скарлетт чувствовала под ногтями кусочки мякоти груши и семян, поскольку фрукт все больше разваливался под ее хваткой.
– А не поехать ли вам, двум идиотам, на одной лошади, чтобы Скарлетт на некоторое время осталась одна? – грубо поинтересовалась Элиза. – Заодно решите проблемы с доверием, которые вас, судя по всему, донимают.
Перекинув через плечо заплетенные в косу рыжие волосы, она скрестила руки на груди. Сорин недоверчиво посмотрел на нее.
– Ты же знаешь, что это не выход. На границе будет хаос, даже если подкрепление прибудет вовремя.
– Послушай-ка,
Ее глаза полыхнули пламенем, похожим на то, какое Скарлетт несколько раз замечала в радужках Сорина, и тут она сообразила, что кольцо ее матери до сих пор у Элизы.
Не сводя глаз с Элизы, Сорин холодно сказал:
– Можешь ехать со мной или с Элизой, Скарлетт. Выбор за тобой, но я настаиваю, чтобы ты сделала его в пользу фейри.
– Я поеду с тобой, – тихо ответила Скарлетт, перехватив взгляд принца, который подошел ближе к Сорину. – Есть вещи, которых ты не знаешь, Каллан. Так нужно сделать. А Финн и Слоан сосредоточатся на твоей защите. Нельзя, чтобы их внимание рассеивалось.
Она почувствовала на спине руку Сорина, мягко направляющую ее к Эйрвену. Оглянувшись через плечо на Элизу, он крикнул:
– Выступайте. Мы прямо за вами.
– Ни в коем случае, – заупрямился было Каллан.
– Поехали, принц, – сурово велел Слоан, вставая перед ним и разворачивая его в сторону ожидающих лошадей.
– Все в порядке, Каллан. Пожалуйста, поезжай с Элизой, – подхватила Скарлетт.
Когда они подошли к Эйрвену, Сорин забрал из рук Скарлетт растерзанную грушу и швырнул в лес. Отцепив от седла фляжку, он плеснул воды ей на руки, смыл липкие остатки фрукта и вытер пальцы своим плащом. Тем временем остальные участники группы сели на коней и проскакали мимо. Скарлетт не смогла заставить себя встретиться глазами с Калланом, но чувствовала, что он буквально прожигает ее взглядом.
Когда они оказались вне зоны видимости и слышимости, Сорин заговорил. Его голос был напряженным и грубым.
– С тобой все в порядке?
– Что заставляет тебя предполагать обратное?
– А то, что ты голыми руками превратила грушу в пюре, – ответил он, прикрепляя флягу с водой обратно к седлу.
– Может, я представляла, что груша – это твоя голова, – парировала девушка.
Сорин замер на мгновение – и возобновил проверку креплений седла.
– Потому что ты меня ненавидишь?
– Да, потому что я тебя ненавижу, – рявкнула Скарлетт. – Хотя было очень жаль зазря уничтожить грушу. Вообще-то я их очень люблю.
– Знаю. Поэтому в седельных сумках припасено для тебя еще несколько.
Скарлетт резко замолчала. Ей очень хотелось, чтобы он перестал говорить подобные вещи.
Сорин повернулся, держа в руках кинжал из ширастоуна и ножны для него. И то и другое он протянул Скарлетт.
– Вот. Сегодня ты должна быть вооружена.
Она без возражений пристегнула ножны к бедру и вложила в них клинок. Посторонившись, Сорин жестом велел ей садиться на Эйрвена. Потянувшись к рожку седла, Скарлетт почувствовала, как пульсирует ее рана. Руки Сорина легли ей на бедра, чтобы подсадить, как он делал весь вчерашний день. Вдруг он на мгновение замер и слегка придвинулся к ней. Она почувствовала, как его грудь упирается в ее спину.
– Ты не обязана давать Каллану объяснения, милая, – прошептал он. – Как я говорил раньше, тебе незачем ни перед кем извиняться за желание, чтобы кто-то перестал к тебе прикасаться. Никто не должен этого делать без твоего разрешения.
– Позволь напомнить, что ты сам то и дело трогаешь меня без спроса, – возразила Скарлетт, крепче сжимая рожок седла.
Она спиной ощутила, как Сорин напрягся. Когда он заговорил, оказалось, что его рот находится на расстоянии вдоха от ее уха, и он щекочет губами ее кожу.
– Приношу извинения, леди. – По голосу она догадалась, что он улыбается, и напряглась от столь официального обращения. – Я больше не буду прикасаться к вам без вашего разрешения, если в том не будет крайней необходимости.
Скарлетт сглотнула.
– Что ж, это радует.
Он коротко негромко хохотнул.
– Позволишь помочь тебе сесть на лошадь или рискнешь навредить своей ране, забираясь самостоятельно?
– О боги, – пробормотала она.
– Итак, что выбираешь?
Скарлетт знала, что если повернется и посмотрит на него, то увидит, что он насмешливо кривит губы.
– Жаль, нельзя изменить решение и поехать с Элизой, – пробурчала Скарлетт.
– Лгунья, – промурлыкал он в ответ. – Так помочь тебе взобраться в седло? – снова предложил он.
Скарлетт громко вздохнула.
– Да.
Она сунула ногу в стремя и почувствовала, как Сорин приподнял ее, уменьшая нагрузку на бок, и, перекинув ногу через седло, уселась. Мгновение спустя он оказался позади нее, но его рука не обвилась вокруг ее талии, как вчера. Оглянувшись, она обнаружила, что одна его ладонь покоится на его собственном бедре, а другая держит поводья.
– Готова? – спросил он.
Скарлетт молча кивнула.