Мелисса Рёрих – Леди тьмы (страница 104)
– У тебя, должно быть, накопилось много вопросов, – вновь заговорил Сорин после продолжительного молчания. – Несомненно, так и есть, учитывая сказанное лордом Тинделлом.
При упоминании этого имени она напряглась. Лорд уверял, что знал ее мать – и что Скарлетт фейри. Якобы ему это было известно с самого ее рождения. Тем самым он намекал, что и мать Скарлетт тоже была фейри. Она открыла рот, чтобы спросить Сорина, так ли это, но передумала.
Произносить слова было слишком сложно, требовало больших усилий, а она чертовски устала.
Она прижалась к Сорину, рассудив, что незачем держать дистанцию, иначе у нее затечет спина и бок будет болеть еще сильнее. Поэтому она поудобнее устроилась между его бедрами и, откинув голову ему на плечо, закрыла глаза.
– Пожалуйста, милая, поговори со мной, – прошептал он ей на ухо, касаясь подбородком щеки.
Стараясь не обращать внимания на то, как сладко заныло в животе от этого прикосновения, она произнесла привычное:
– Тебе нужно поесть, Скарлетт, – сказал Каллан, подходя к ней.
Она посмотрела на стоящую у нее на коленях тарелку с вяленым мясом и хлебом. Привал сделали около часа назад, разбили лагерь и развели небольшой костер. Было решено подкрепиться, прежде чем расстилать спальные мешки. Собственно, все так и сделали – кроме Скарлетт, которая пребывала в уверенности, что ее желудок тут же исторгнет съеденное обратно, а тошнота стала бы мучением для ее раны. Она не помнила, когда в последний раз ела. Пожалуй, еще сидя взаперти в доме Лэйрвудов, но и тогда почти не притронулась к пище.
Сорин и Элиза отвели лошадей к воде, чтобы напоить и устроить на ночь.
Скарлетт отпрянула, когда Каллан коснулся ее подбородка. Ее тени немедленно ринулись в атаку. Посмотрев в его ореховые глаза, она прочла в них страх.
– Не трогайте ее, Каллан, – прорычал Слоан со своего места у костра. – Не забывайте о клубящейся вокруг нее тьме.
Слоан всегда был настороже, когда дело касалось ее. Он всегда был самым умным.
Каллан понизил голос, и Скарлетт с трудом расслышала его за стоящим в ушах ревом.
– Таков твой выбор? В самом деле решила отправиться с ним и Элизой? – Скарлетт смотрела на принца, стараясь сохранять дыхание ровным. – Ты пугаешь меня, мой Призрак. Мне нужно услышать твой голос.
– Оставьте ее в покое, Каллан, – предупредил сидящий рядом со Слоаном Финн.
Ее дыхание стало еще более поверхностным, рев в голове не утихал.
Вернулись Сорин и Элиза. Когда Сорин встретился глазами со Скарлетт, на его лице промелькнуло некое неуловимое чувство. Через плечо у него были перекинуты две седельные сумки. Еще две несла Элиза – вместе со спальными мешками, которые она принялась разворачивать на небольшой расчищенной площадке.
Бросив свою поклажу на землю, Сорин направился к Скарлетт, не сводя с нее глаз. Опустившись перед ней на корточки, он мягко положил руки ей на колени и заглянул в лицо.
– Идем. Нужно перевязать твою рану, – произнес он, вставая и беря ее за руку.
Поморщившись, она позволила поднять себя на ноги и подвести к расстеленным спальным мешкам. Все это время она чувствовала на себе взгляд Каллана.
– Ложись. Так будет удобнее, чем стоя, – мягко сказал он, держа ее руку в своей, пока она устраивалась.
Когда Скарлетт села, Сорин опустился рядом с ней на колени и протянул руку, чтобы расстегнуть пуговицы на ее плаще и снять его. Наконец Скарлетт улеглась и позволила ему завернуть подол ее туники и размотать повязку.
Сорин выругался себе под нос.
– Почему ты не сказала, что мазь стерлась и что это… Боги, Скарлетт, твоя боль, должно быть, мучительна.
Он замолчал, и она услышала, как он роется в седельной сумке.
– Как же громко, – пожаловалась она и краем глаза заметила, как он замер рядом с ней. Его взгляд был прикован к седельной сумке, руки погружены внутрь. Он не смел дышать. Стоило Скарлетт сделать вдох, как бок обожгло огнем, на глаза навернулись слезы. – Все вокруг слишком громкое и причиняет боль. Но рана в боку… ничто по сравнению с ревом у меня в голове. Хочу, чтобы это прекратилось.
Сглотнув, Сорин покопался в седельной сумке и извлек две баночки. Едва он отвинтил крышку первой, как Скарлетт сразу узнала запах снадобья, которое он использовал раньше. Антисептик. Значит, жжения не избежать.
– Прости, – пробормотал он, наливая немного средства на рану. На сей раз Скарлетт не шелохнулась, лишь стиснула зубы. – Как только мы пересечем границу, я переправлю нас в свой дом, и о тебе немедленно позаботится целительница. Жаль, что я не могу сделать больше.
Через несколько минут он смочил водой чистую ткань и стер антисептик, после чего открутил крышку второй банки. Как только он нанес мазь на кожу, боль ослабла и отступила.
Пока Сорин накладывал новую повязку, Скарлетт лежала неподвижно. Когда он почти закончил, появилась Элиза и протянула ему тарелку с едой. Он взял ее, кивнув в знак благодарности, и она вернулась к принцу Каллану, который наблюдал за ними, сидя у костра.
– Ты поела? – спросил Сорин у Скарлетт.
– Я не голодна, – хрипло ответила девушка, прикрывая живот подолом туники.
– Тебе нужно поесть. Сегодня дорога была тяжелой, и завтра легче не станет.
– Скорее всего, пища у меня в желудке не задержится, – возразила она.
Как бы Сорин ни пытался скрыть реакцию, Скарлетт все равно заметила промелькнувшее в его глазах удивление – как ее ответом, так и тем, что она вообще заговорила.
– Хорошо, – выдохнул он. – Хочешь сделать что-нибудь еще или готова лечь спать?
– На твое усмотрение, – произнесла она чуть слышно.
– Хочу, чтобы ты поговорила со мной.
– Я и так с тобой разговариваю.
– Нет, милая, я хочу, чтобы ты
Поднявшись на ноги, он подошел к сваленным в кучу седельным сумкам и вернулся с толстым одеялом.
– Этот для тебя, – пояснил он, кивком головы указав на спальный мешок подле Скарлетт.
Скарлетт осторожно встала и шагнула было в ту сторону, и тут из-за спины Сорина раздался возмущенный голос Каллана:
– И кто где ляжет?
Скарлетт замерла. Подобная мысль не приходила ей в голову. Все присутствующие, включая Элизу, знали, что они с Калланом не выяснили отношения. Но сейчас у Скарлетт на это не было сил. Мысль о лежащем рядом и обнимающем ее принце, в то время как Сорин находится где-то поблизости, заставила ее учащенно дышать.
– Устраивайтесь на ночлег в любом месте, – ответил Сорин.
– А если я захочу расположиться подле нее?
– В любом
– Ты не будешь спать рядом с ней, – прошипел Каллан сквозь зубы.
– Не вам мне приказывать, принц.
В отблесках костра Скарлетт увидела, как Каллан изогнул бровь.
– Неужели? Не ты ли генерал армии моего отца?
Ухмылка, появившаяся на губах Сорина, заставила Скарлетт затаить дыхание. Элиза поспешила к мужчинам.
– Сорин будет спать рядом со Скарлетт по той же причине, по которой она едет с ним, ваше высочество.
– Слоан и Финн не менее эффективны, – упорствовал Каллан.
– Нет, принц, – серьезно возразила Элиза, – уверяю вас, это не так.
Взгляд Каллана метнулся к Скарлетт.
– Скарлетт? Ты со всем согласна?
Скарлетт опустила взгляд на землю. Гул в голове усилился настолько, что она больше не могла его выносить. Как не могла смириться с неловкой ситуацией, в которой оказалась. Ей было невыносимо то, что с ней делали в последние несколько дней – да и, по сути, всю жизнь. Она всегда находилась в руках мужчин, которые с самого начала знали, кто она такая. Но как же больно от предательства того, перед кем она обнажила душу. Шок от того, что узнала сегодня, от тщательно оберегаемых секретов, был невыносим. Вдобавок ко всему непонятно, когда она вновь увидит Нури и Кассиуса. Особенно тяжело ей было терпеть боль в груди, усиливающуюся с каждой секундой, проведенной в седле вместе с Сорином. С каждым разом, когда он бережно обрабатывал ее рану или заботливо застегивал пуговицы на ее плаще.
– Прекрати, – пропыхтела она.
Зажав уши руками, она пыталась сделать вдох. Подтянула колени к груди и обхватила их руками. Тени вокруг нее застыли и затвердели, точно пытались отгородить ее от рева в ушах. Кроме того, кто-то кричал.
Нет, не кто-то. Это кричала
Она услышала, как Элиза выругалась.
– Сделай что-нибудь, принц!
Но что Каллан мог поделать?