Мелисса Рёрих – Дождь теней и концов (страница 28)

Ее губы оказались вкуснее, чем он себе представлял, и он провел по ним языком. Она тут же приоткрыла рот, и на вкус она словно дождь и чистый свет с оттенком чего-то… более темного. Но конкретно чего, он не мог определить. Связь в груди толкала его брать все больше и больше, заявить на нее права и сделать своей во всех отношениях. От этих желаний он издал низкий горловой стон.

Тесса внезапно вырвалась, скользнув к изголовью кровати и вжалась в него. Она натянула одеяло до подбородка, ее глаза расширились от ужаса.

— Мне жаль. Я не знаю, что я делала… — она замолчала, коснувшись кончиками пальцев своих губ.

Если они так же покалывали от удовольствия, как и его, то он понимал почему.

— Все в порядке, Тесса. Это связь, — сказал он, потянувшись к ней, но она отпрянула от него еще сильнее. Он опустил руку. — Я находился вдали от тебя гораздо дольше, чем следовало. Связь требует нашей близости прямо сейчас. Так и должно быть.

Она посмотрела на него в ответ так, словно это не достаточное объяснение того, что только что произошло. Тем временем он пытался сосредоточиться на текущей задаче, вместо того чтобы думать о том, как бы заставить ее поцеловать его вот так снова.

Он прочистил горло:

— Есть еще кое-что, что нам нужно сделать, чтобы завершить первую метку. После этого ты сможешь отдохнуть и восстановиться без помех.

Ужас наполнил ее серые глаза, но теперь уже по совершенно другой причине.

— Что еще ты хочешь со мной сделать?

Что-то внутри него сжалось от этих слов, и все желание, охватившее его, быстро угасло.

— Пойдем в спальню, и я все объясню.

Когда она не пошевелилась, он снова протянул к ней руку.

— Я могу понести тебя, если тебе сейчас слишком больно, чтобы идти, — предложил он.

— Я прекрасно могу ходить самостоятельно, — возразила она.

Резкость ее тона, а точнее его отсутствие, выдавало, насколько она в данный момент слаба. Теон посторонился, освобождая ей место, и Тесса осторожно соскользнула с маленькой кровати.

С кровати, на которой она больше никогда не будет спать.

Не тогда, когда в соседней комнате стояла кровать в десять раз удобнее, с достаточным местом для них обоих. Кровать спроектировали таким образом, чтобы на ней с комфортом могли разместиться Лорд или Леди, их пары и Источник.

Он следовал за ней на шаг позади, на случай если она споткнется. Лука стоял у камина, потягивая очередной стакан с виски. Он незаметно взглянул на каминную полку, где Теон заметил шприц. Теон кивнул в знак признательности, а Тесса села в кресло.

Ни он, ни Лука не двигались, и она переводила взгляд с одного на другого, а на лице читалась усталость.

— Ты можешь просто сделать то, что собираешься сделать со мной, чтобы я могла вернуться в свою комнату и поспать?

Теон пропустил замечание о ее комнате мимо ушей и подошел, чтобы встать перед ней. Присев на корточки, он заглянул ей в лицо:

— Чтобы убедиться, что твое тело полностью приняло начало связи и метку, нам нужно дать тебе дополнительную дозу тоника.

— Тоника, — повторила она.

Лука подошел к ней сзади и откинул ее волосы за плечо, обнажая шею. Она оглянулась на него, прежде чем снова посмотреть на Теона.

— Тот же тоник, который я пила перед тем, как ты порезал меня кинжалом?

— Это смесь тонизирующего средства, которое тебе дала жрица, и моей магии.

Ее глаза снова расширились. Она попыталась подняться на ноги, но руки Луки легли ей на плечи, удерживая на месте.

— Что? Нет! Пожалуйста, не надо! Теон, не делай этого! Мой организм прекрасно ко всему приспосабливается. Я чувствую нашу связь. Метка на месте. Я буду держаться ближе к тебе. Я справлюсь с этим лучше!

— Это последнее, что нужно сделать для завершения. Клянусь, Тесса, — сказал Теон, поворачиваясь и хватая шприц с полки.

Когда он обернулся, по лицу Тессы текли слезы. Он уже сбился со счета, сколько раз за последний день видел, как она плачет.

Она умоляла его не делать этого, и лицо Луки стало напряжено от усилий не только удержать ее на месте, но и не причинить при этом боли.

— Нам нужно либо перенести ее на кровать, чтобы я мог удерживать ее, не причиняя ей еще большей боли. Либо тебе нужно очаровать ее, Теон, — процедил он сквозь зубы.

Теон протянул руку и взял ее за подбородок, и она в отчаянии вскрикнула.

— Пожалуйста! Не надо, Теон! Это так больно, — всхлипнула она.

— Сделай это, Теон, — потребовал Лука. — Покончи с этим.

Теон приподнял ее подбородок. Ее серые глаза были полны безысходности и тоски.

— Тессалин, успокойся.

Она немедленно прекратила вырываться, и Лука ослабил хватку, но продолжал держать ее за плечи. Теон снова откинул ее волосы назад. Она дрожала, несмотря на его приказ, и он понимал, что это не поддается контролю.

— Вот и все. Я обещаю, Тесса, — сказал он, поднося иглу к шее.

— До следующей метки, — прошептала она в ответ.

Теон замер, глядя на нее сверху вниз. Он не хотел думать о том, что в следующий раз ему придется проделать с ней все это. Тоник бы ей не понадобился, ее магия освободится, но процесс нанесения меток будет таким же. Стиснув зубы, он ввел иглу. Он старался делать это осторожно, но на самом деле не было никакого способа аккуратно ввести иглу в чью-либо шею. Как только он надавил на поршень, она закричала. Хватка Луки усилилась, но Теон не мог быстро сделать укол. Это нужно было делать медленно.

— Все почти закончилось, малышка, — сказал Лука, пытаясь успокоить ее, пока она лежала неподвижно. Пока ее крики боли заглушали его слова.

Когда шприц наконец опустел, Теон вынул его и приложил ладонь к ране. Это не избавляло от боли, но помогало залечить синяки.

Тесса оказалась права: Наследник Ариуса не обладал даром исцелять других, но связь с Источником позволяла им исцелять друг друга.

Лука отпустил ее, и она рухнула на пол. Свернувшись калачиком на коленях, она зарылась руками в волосы и закричала от боли, уткнувшись лицом в пол. Теон бросил пустой шприц на маленький столик и опустился рядом с ней, положив руку ей на спину.

— Тесса, дыши. Сделай вдох.

— Это… больно… — выдавила она из себя, хватаясь пальцами за кожу головы.

— Я знаю, — сказал он, пытаясь притянуть ее к себе.

По крайней мере, он может успокоить связь. Которая, несомненно, теперь бушует внутри нее, когда он дал ей новую порцию своей крови и магии.

Она так и осталась лежать, свернувшись калачиком у него на груди и обхватив голову руками.

— Она либо потеряет сознание, либо ее стошнит от боли, — заметил Лука, все еще стоявший за креслом.

— Судя по прошлой ночи, я бы предпочел последнее, — ответил Теон, перекрывая крики агонии Тессы.

— Согласен, — сказал Лука. — Отнесем ее в ванную. Потом я принесу несколько одеял и подушек, чтобы ей не пришлось лежать на голом полу.

Лука взял ее из рук Теона и понес в ванную, что-то тихо шепча ей на ухо. Теон следовал на шаг позади. Он слишком измотан. Он не спал больше суток и, похоже, в ближайшее время отдых ему не светит. Наследникам и фейри не требовалось много сна, если они не использовали свои магические дары. Но то, сколько магии пришлось влить в Тессу прошлой ночью и сейчас, не говоря уже о кольце, которое отец надел ему на палец — все это давало о себе знать.

Он забрал ее у Луки и опустил на пол, пока тот ходил за одеялами. Расстелив их в полуоткрытой ванной, Теон отошел к стене и прислонился к ней, ожидая. Крики Тессы стихли, скорее всего потому, что горло пересохло от крика. Вскоре станет еще хуже, когда ее начнет тошнить.

Он провел рукой вверх и вниз по ее спине, а другой рукой крепко обнял за талию:

— Я с тобой, Тесса. Мы справимся с этим, а потом ты сможешь спать столько, сколько захочешь.

Она не обратила на него внимания, и у него возникло отчетливое ощущение, что он пытается успокоить скорее себя, чем ее.

Несколько минут спустя накатила первая волна тошноты. Теон помог ей подняться, придерживая волосы, пока ее снова и снова рвало в унитаз. Как и прежде, его темные тени струились из ее рта. Там тоже было несколько серебристых нитей, но не так много, как раньше. Это и есть часть их связи. Он видел это еще тогда, когда он поставил ей первую метку. Узы их душ переплелись и вспыхнули серебром, прежде чем снова соединиться.

Когда рвота наконец-то прекратилась, она рухнула на него. Он уложил ее на одеяла, положив подушку себе на колени, чтобы она могла положить на нее голову. Ее глаза оставались закрытыми, а дыхание стало прерывистым. Лука передал ему влажную салфетку, и Теон вытер пот с ее лба и шеи.

— Тесса? — тихо спросил Теон.

Она не ответила, и он не стал настаивать.

В ванной стояла оглушительная тишина, пока они ждали, когда ее снова начнет тошнить. Теон не был уверен, заснула она или нет. Ее глаза так и не открылись, пока она лежала, время от времени поскуливая от боли и вздрагивая от приступов рвоты.

Он взглянул на Луку, который наблюдал за ней с жалостью и раскаянием в глазах.