Мелисса Рёрих – Дождь теней и концов (страница 14)

— Теон Сент-Оркас, наследник королевства Ариуса, ты предстал перед жрицей и попросил первую Метку для своего Источника. Ты подтверждаешь свою просьбу?

— Я подтверждаю, — напряженно произнес Теон.

— Ты понимаешь, что Источник становится твоим и только твоим? Ты берешь на себя полную власть. Как только будет дана первая метка, связь, которая установится между вами, нельзя будет разорвать. Только смерть любой из сторон может положить ей конец, — продолжила жрица.

— Я понимаю, — ответил Теон.

Тесса не могла не заметить, насколько унизительно все происходящее. Эти двое, представители Наследия, говорили о ней как о части собственности, которую он собирается присвоить. Жрица задавала ему вопросы о ее собственном существовании, пока она молча сидела с чашкой шипучей голубой жидкости в руках и зарывшись босыми ногами в ковер, чтобы не выдать волнения.

— Ты признаешь, что связь с Источником связывает вас во всех формах: физически, эмоционально и ментально, что позволяет вам делиться силой и жизнью как единой сущности? — спросила жрица.

— Я признаю, — ответил Теон, разминая пальцы другой руки.

— Да благословит Ахаз это единение, и да вынесет Ариус свой приговор, если они когда-нибудь будут разорваны, — нараспев произнесла жрица.

— Теон Сент-Оркас, кого бы ты выбрал в качестве своего Источника?

— Тессалин Асура.

Желчь подступила к горлу, когда слова сорвались с губ Теона.

— Пусть избранный Источник выпьет тоник, который откроет путь для принятия твоей метки.

Жрица жестом предложила Тессе выпить, и та взглянула на Теона. Его лицо стало бесстрастным, когда он кивнул. Она поднесла бокал к губам, стараясь не вдыхать дым, поднимающийся от бокала. У нее даже не было времени осознать сладкий вкус, потому что жидкость обожгла ей горло, как огонь, когда она попала в него. Ее глаза расширились, и она попыталась отодвинуть стакан, но Теон накрыл ее руку своей, удерживая стакан у губ. В панике она откинула голову назад, но его другая рука легла на затылок, крепко удерживая ее на месте.

Он знал, что так будет.

Их взгляды встретились, и этого было достаточно.

— Пей, Тессалин, — приказал он, и она глотала все больше и больше, пока он поднимал бокал.

Ее желудок горел от скопившейся в нем жидкости, из глаз текли слезы. Комната кружилась, но она едва могла пошевелиться, Теон удерживал ее на месте.

Затем он убрал стакан от ее губ.

— Хорошая девочка, Тесса, — пробормотал он, вытирая большим пальцем каплю с уголка рта и зажимая ее между губ девушки. — Ложись, красавица.

Он опустился на пол перед ней и помог ей закинуть ноги на диван, уложив на бок. Ей удалось подтянуть колени к груди и свернуться калачиком. Это действие потребовало от нее всех сил, на которые она была способна.

— Это больно, — выдохнула она, и новые слезы покатились по лицу.

— Я знаю, что это больно. Но то, что произойдет дальше, будет еще хуже.

Как могло то, что должно было случиться дальше, быть еще хуже этого?

Тессе хотелось, чтобы ее вырвало, но она знала, что это будет так же больно. Она также знала, что они заставят выпить еще один стакан, если ее вырвет от этого.

— У вас есть несколько минут, чтобы завершить первую метку, милорд, — сказала жрица, стоя у него за спиной.

Она протянула ему кинжал, и глаза Тессы расширились от ужаса.

— Приведите Луку, — приказал Теон, забирая кинжал.

Жрица пересекла комнату, и Тесса услышала, как открылась дверь сквозь шум в ее голове. Но ее взгляд был прикован к Теону с кинжалом. Она не знала, что должно было произойти, но знала, что Теон не лгал. То, что предстояло, будет куда страшнее того тоника, который она только что с трудом проглотила.

Лука появился в поле ее зрения, и она задрожала, когда он подошел к ней.

— Держи ее, Лука, — приказал Теон, поднося кинжал к ладони.

Большие руки Луки легли ей на плечи и бедра, но он не смотрел на нее.

— Пожалуйста, Лука, — взмолилась она, цепляясь за последнюю надежду.

Она ничего не знала об этом Наследнике. Но, если Теон не остановится, возможно, Лука остановил бы его ради нее.

— Не позволяй ему этого делать.

— Прости меня, малышка, — сказал он едва слышно.

Ее взгляд вернулся к Теону, у которого по руке текла кровь из пореза на ладони. Лука убрал руку с ее плеча и схватил за правое запястье, протягивая руку Теону. Своей окровавленной рукой он сжал ее руку, приставив кончик кинжала. Лезвие было таким темным, что, казалось, поглощало мягкий свет комнаты.

Он нанес глубокий порез на тыльной стороне ее ладони, и Тесса вскрикнула. Жрица тут же оказалась рядом, она рисовала какой-то знак кровью, сочащейся из пореза. Меньше чем за минуту она закончила, явно делала это не впервые, а затем отступив назад кивнула Теону.

Он встретился взглядом с Тессой.

— Тессалин Асура, я провозглашаю тебя своим Источником, чтобы навеки связать с собой узами связи. Да станет эта метка физическим воплощением нашей связи, дабы мы всегда ощущали присутствие друг друга и жаждали близости. Моя сила признает тебя своей.

Последняя часть была произнесена на языке, которого она не знала, но который узнала ее душа. Теон уронил кинжал, взял запястье Тессы из рук Луки и крепко сжал его, положив свою кровоточащую ладонь поверх нанесенной им раны и появившейся метки.

Жгучая боль пронзила ее вены, когда их кровь смешалась под ее кожей. Это было не похоже ни на что, что она когда-либо испытывала. Это была агония, которая заставила ее желать смерти. Его темная и холодная магия обрушилась на нее, захватив каждую частичку тела и души. Она кричала и выгибалась на диване, Лука прижимал ее к себе. Ей казалось, что сама смерть проходит через нее снова и снова.

Боги.

Она хотела, чтобы это наконец прекратилось. Теон лишь крепче сжал ее руку, отказываясь разорвать связь, и что-то в ней гудело и билось, пытаясь вырваться наружу. Но Теон вливал в нее все больше и больше своей магии, и это душило. Она не могла дышать, и это знакомое ощущение только усиливало панику.

Теон стиснул зубы, на его лбу выступили капельки пота, когда он процедил сквозь зубы:

— Просто сдайся, Тесса.

Но она не понимала, что он имел в виду, и из ее горла вырвался еще один крик.

Затем нить из чистейшего света вырвалась из ее кожи, поднимаясь вверх, чтобы встретиться с обсидианово-черной нитью Теона. Нити обвивались друг вокруг друга все туже и туже, образовывая тугой узел связи. Она извивалась под Лукой, хватая ртом воздух. Темнота застилала ей глаза, и она была уверена, что умрет именно так. Его темная сила собиралась убить ее.

И она приняла это.

Приняла любое избавление от этой муки.

Тесса годами искала смерть.

Может быть, Ариус наконец-то заберет ее.

Возможно, прошли секунды, но ей казалось, что прошли часы, когда из нитей вырвалась серебряная вспышка, и они стремительно вернулись в Теона и Тессу. Она почувствовала покалывание под ладонью и тяжесть внизу живота, но не могла сосредоточиться на этих ощущениях. Все ее внимание было на том, чтобы набрать воздуха в легкие.

Лука отстранился от нее, когда Теон сел на диван и усадил ее к себе на колени, прижимая к своей вздымающейся груди. Ее собственная грудь согрелась от его близости, а напряжение внизу живота улеглось, и она удовлетворенно заурчала. Все ее тело болело, а в голове стучало так, словно она всю ночь провела в пьяном угаре.

— Все хорошо, красавица, — пробормотал Теон, словно думал, что сможет успокоить ее. — Я позабочусь о тебе.

Казалось, он вздохнул с облегчением, обнимая ее и поглаживая по волосам. Лука подошел к ней с влажной тряпкой, вытирая пот с ее лба. Она не могла до конца осознать, что происходит. Вероятно, они подумали, что она слишком устала, чтобы обращать на это внимание. Но они были правы только наполовину.

— Ты знаешь, чего ожидать в течение следующих нескольких часов и дней, пока она будет привыкать? — спросила жрица.

— Да, — ответил Теон.

Жрица шагнула вперед и схватила Тессу за правую руку. Тесса попыталась посмотреть, но Теон прижал ее голову к своей груди, не давая ей увидеть. Когда жрица опустила руку, Теон тут же схватил ее.

— Метка на месте. Если она сейчас выведет тоник, это уже не будет иметь значения. Твоя магия проникла в нее. Я передала остальные необходимые предметы твоему помощнику и объяснила, что нужно сделать, — объясняла жрица, отступая назад. — Тебе еще что-нибудь нужно от меня сегодня вечером?

— Нет, — сказал Теон. — Ты свободна.

Жрица поклонилась и вышла из комнаты. Как только дверь захлопнулась, Теон сказал:

— Лука, принеси одеяло. Она дрожит.

Спустя мгновение ее укутали в толстое стеганное одеяло. Голова пульсировала болью, а комната кружилась. Казалось, что в каждый дюйм ее тела вонзились тысячи осколков стекла.

— Как ты думаешь, когда мы сможем ее переместить? — спросил Лука, отодвигая стул от стола и усаживаясь перед ними. Он не сводил глаз с Тессы, внимательно наблюдая за ней.

— Я не знаю, — ответил Теон. — Я бы хотел, чтобы ее сначала стошнило, и посмотрел, какие последствия будут.