Мелисса Рёрих – Буря тайн и печали (страница 52)

— Да, ты так и сказала, — кивнул Аксель. — Но остальные не дали своих ответов.

— Ты становишься слишком умным, юный Наследник, — процедила Бри.

— Или вы просто недостаточно хитры, как думаете.

— Говори осмотрительно, — тихо предупредила Бри.

Аксель ответил ей усмешкой, которой Теон не мог не одобрить. Повернувшись к Кейду, он сказал:

— Полагаю, ты сказал нет, и потому Джаггер ушел.

Кейд резко кивнул, но не произнес ни слова.

Рейелл заговорила прежде, чем Аксель успел спросить ее. В ее зеленых глазах плясали искорки.

— Они привели очень убедительные доводы. Признаю, я чуть не поддалась.

— Что вас остановило? — спросил Теон.

— Вообще-то ничего, — призналась она. — Мне просто неважно, выживет Деврам или нет.

Теон моргнул, пораженный откровенностью вампирши.

— Генри? — обратился Аксель.

Юное Дитя Ночи метнуло на них яростный взгляд.

— Меня переголосовали, три к одному.

— Рейелл сказала, что не голосовала.

— Что тоже значит, что она не встала на мою сторону.

— И что же было настолько убедительным, чтобы вы встали на сторону незнакомцев, не доказавших свою преданность тебе и твоему клану? — спросил Аксель.

— Все, — презрительно усмехнулся Генри. — Все, о чем они говорили, сбылось. Можно лишь предположить, что эта тенденция сохранится. А потом вы приводите сюда потомка Ахаза.

— Нет доказательств, что она одна из них, — резко вставил Теон.

— Мне все равно. Мы ждали освобождения из этих темных пещер, и все еще сидим во тьме.

Аксель щелкнул языком:

— Солнечный свет все равно ослабляет вас, Генри.

— Что еще они вам сказали? — перебил Теон, не дав Генри ответить на насмешку Акселя.

Вампир встал, сделав шаг вперед:

— Они сказали, что если ее не убить, род Ариуса исчезнет из этого мира.

— Это невозможно, — голос Акселя лишился всякой игривости.

Генри ухмыльнулся:

— Разве? Вы привели предполагаемую Наследницу Ахаза прямо в сердце вашего величайшего оружия. Она — яд, который распространится.

Он помолчал, окинув Теона взглядом и добавил:

— Впрочем, надежды нет уже потому, что она слишком глубоко укоренилась в крови Ариуса.

Теон двинулся с быстротой, достойной Дитя Ночи, а клинок в его руке возник за миг до того, как вонзился в грудь Генри. Глаза вампира расширились от шока, и кровь потекла из уголка рта.

— А я не хочу, чтобы яд, который ты извергаешь, распространялся по Подземелью, понимаешь? — небрежно бросил Теон.

Он выдернул клинок прежде, чем тьма окутала рану. Тот самый клинок, которым ранили Тессу. Вены Генри почернели, темные прожилки оплели кожу, пока Теон не отозвал магию. Тогда в центре теней оказалось сердце такое же черное. Позволив телу рухнуть на пол, он дал сердцу упасть сверху. Раздался тошнотворный хлопок, когда оно скатилось с безжизненного тела на чистый пол, разбрызгивая черную кровь.

— Обязательно передайте новому главе клана, что случится, если они вздумают восстать против нас, — сказал Теон, отступая, чтобы не запачкать кровью обувь.

— Опасные игры, милорд, — с тихой злобой произнесла Бри.

— Всего лишь напоминание, кто всегда в них побеждает, — мрачно ответил Аксель.

Они развернулись и вышли.

Теон захлопнул ноутбук. Связь в Подземелье была отвратительной. Единственное место с приемлемым сигналом — главные ворота. Там обитал Боден, командующий войсками его отца, и у этого мужчины были глаза и уши повсюду. Он знал не меньше Акселя о внутренних делах Подземелья.

Возникал вопрос: знал ли он о волнениях среди Детей Ночи? Или отец просто удобно умолчал об этом?

Вздохнув от досады, Теон провел рукой по волосам, бросив взгляд на кровать. Тессу перенесли в его комнату после того, как Джиа закончила… хер знает что она делала. Очевидно, недостаточно. Тесса так и спала. Он по-прежнему не чувствовал ее. Время от времени ему казалось, что он ощущает проблеск эмоций. Но что-то было не так. Это была смесь вины, сожаления и тоски. Но факт оставался фактом: она даже не шевельнулась во сне. Лежала точно так, как ее положили.

Вернувшись со встречи с главами кланов, он обнаружил ее в свежей одежде, спасибо Кате и Джиа. Ведьму он с тех пор не видел. Она не проведала Тессу и даже не потрудилась прислать проводника. Если сегодня она будет с Сиенной, у них определенно предстоит разговор.

Это был третий день. Тот самый, когда Сиенна велела ему вернуться. У Теона не было выбора. Если он откажется, боги знают, когда она соизволит снова пригласить его. Это бесило, но он это заслужил.

Звук шагов заставил его поднять голову. Лука вошел в комнату и направился прямо к креслу у кровати. Он поставил его там, как только они уложили Тессу, и если не был в ванной, то сидел в нем. По крайней мере, сегодня утром в руке у него была кружка кофе.

— Тебе нужно передохнуть, — сказал Теон. — Выйди. Расправь крылья.

— Я в порядке, — ответил Лука, отпив.

— Хотя бы говоришь больше одного слова за раз, — усмехнулся Теон, за что получил средний палец от друга.

Секунды тянулись, пока Теон не произнес:

— Нам нужно вернуться в Дом Ариуса.

— Знаю.

— Она все еще без сознания.

— Знаю.

— Мой отец узнает о нападении.

— Знаю.

— Блядь, хватит! — рявкнул Теон, вставая и подходя к кровати. — Я не знаю, как поступить. Либо он знал о беспорядках и послал нас на верную гибель, либо не знал и тогда придет в ярость, когда узнает об этом.

— Ты уже позаботился об этом. Мертвый глава должен быть более чем достаточным, чтобы успокоить его гнев, — сказал Лука, устраиваясь в кресле и положив ногу на колено.

— Кто знает, — пробормотал Теон. — Он на взводе из-за всей этой истории с Источником. Мы все на нервах.

Лука промолчал, отпив кофе. Но Теон знал, что ему есть что сказать.

— Просто скажи, — вздохнул Теон, заранее зная, что ему это не понравится.

— Может, стоит немного угодить Вальтеру, чтобы он хоть ненадолго отстал от тебя, — предложил Лука.

— И как ты предлагаешь это сделать?

— Проведи время с Фелисити.

— Иди нахер, — отрезал Теон. — Я уже подписал брачный контракт. Этого достаточно.

— А Кэт? — настаивал Лука.

— Я не возьму другого Источника.