Мелисса Рёрих – Буря тайн и печали (страница 151)
Удар в бок повалил его на пол, лицом он больно ударился о камень. Боль тут же усилилась. Джулиус наконец сдвинулся с места и теперь кружил вокруг, а Мансель вертел в руке кол. Похоже, сегодня они выполняли грязную работу его отца.
Аксель перекатился на спину, повернул голову в сторону и сплюнул кровь. В тот же миг деревянный кол пронзил его бедро. Он разразился потоком проклятий, пока Юлиус усиливал боль, заставляя ощущать каждое мгновение в десятикратном размере, прежде чем провернуть и выдернуть кол. Он чувствовал щепки, оставшиеся в ране, словно осколки стекла, впивающиеся глубже.
Всякий контроль, за который он цеплялся, исчез. Его тени сгустились, поднимаясь на его защиту. Он услышал глухой стон Манселя, отлетевшего назад. Но тут же появился Юлиус, сделав боль настолько невыносимой, что Аксель не мог сосредоточиться. Видимо, на голове была рана, потому что кровь вдруг залила глаза, когда его ногой перевернули на живот. Затем колено вдавилось в спину, и что-то полоснуло вдоль позвоночника.
Это был не деревянный кол.
Это было лезвие.
Каменное лезвие, которое истощало его магию еще быстрее.
Он не понимал, кто из них бьется в более сильных конвульсиях: он сам или его тени. Тем временем боль начала сливаться в один сплошной кошмар:
Боль от ран.
Боль от вытягиваемой силы.
Боль от опустевших магических резервуаров.
Боль от жажды крови, нарастающей с каждой секундой.
Затем чья-то рука вцепилась в его волосы, рывком запрокинув голову назад. Перед ним стоял отец, поправляя манжеты рубашки:
— Где она, Аксель?
— Я не знаю, — прохрипел он, чувствуя, как кровь стекает по подбородку.
Он возблагодарил богов за то, что ему хватило ума не связываться с Тристином.
Отец фыркнул, а Мансель нажал сильнее, и колено на его спине сместилось, упираясь в предплечье.
— Где она, Аксель? — повторил отец.
— Я не знаю, — снова выплюнул он. — Я позаботился о том, чтобы не знать.
Отец выпрямился:
— Но ты знаешь, как ее найти.
Аксель покачал головой, разбрызгивая капли крови:
— Значит, ты утверждаешь, что потерял нашу фейри огня? Я правильно это понимаю?
— Я никого не терял, — огрызнулся он.
Тени вокруг него начали сбиваться и гаснуть, сражаясь с силой Юлиуса и одновременно пытаясь оторвать Манселя от спины.
— Я спас ее. От этого. От тебя. От…
В этот момент кость хрустнула под коленом Манселя. Аксель взревел, когда Юлиус заставил его почувствовать, будто каждая кость в теле ломается так же. Черные пятна заплясали перед его глазами, к горлу подступила желчь, смешиваясь с медно-металлическим привкусом крови.
Отец схватил его за лицо, а его сила отбросила тени Акселя, словно они были ничем. Так оно и было. Всего лишь клочья темного тумана, тщетно пытающиеся его спасти.
Боль ослабла ровно настолько, чтобы он оставался в сознании. Он видел, как Юлиус все еще кружит рядом, но теперь в руках у него были цепи из широстоуна.
Цепи, которые не дадут его силе восстановиться.
— Последний раз, Аксель. Где фейри огня? — спросил Лорд Ариуса, голосом таким же темным, как его душа.
И Аксель рассмеялся. На его окровавленном лице расплылась улыбка, потому что в этой одной вещи он победил. Он наконец переиграл отца хоть в чем-то, и если наградой была бесконечная агония, то он вытерпит ее ради нее.
— Тебе это кажется смешным? — потребовал ответа отец, ярость в нем явно нарастала, а Аксель лишь рассмеялся еще громче.
— Он явно потерял рассудок, — сказал Мансель, ослабляя хватку.
— Еще нет, — отозвался отец. — Но потеряет. Эвиана, иди сюда.
Фейри приблизилась, опустившись на колени рядом с Хозяином. Без слов она протянула руку. В следующее мгновение отец полоснул лезвием по ее руке от запястья до локтя. Кровь сразу выступила, и Аксель замер, когда запах ударил ему в ноздри.
С рычанием он рванулся вперед. Каждая частица его существа была нацелена на единственное, что могло восстановить его, защитить и спасти.
Отец улыбнулся:
— Думаешь, ты сегодня что-то выиграл, не так ли?
Аксель едва слышал его. Только когда его лицо с силой дернули обратно к отцу, он осознал сказанного.
— Я не вижу ее здесь. Я не вижу, чтобы она лежала сломанная у твоих ног. Так что да… я выиграл, — прохрипел Аксель.
Отец кивнул Джулиусу, и тот шагнул вперед с цепями.
— Не заблуждайся, Аксель. Я найду ее. Но пока я этого не сделал, ты будешь
На запястье Акселя защелкнулся наручник. Он снова взвыл от боли, когда его сломанную руку грубо задели при движении. Несколько легких пощечин заставили его прийти в себя. Он дышал сквозь зубы, снова фокусируя свой взгляд на Лорде Ариуса.
— И когда я найду ее, — продолжил отец, — Я приведу ее к тебе. — Аксель уже качал головой, а улыбка отца становилась шире. — Она будет истекать кровью из стольких ран, что ты сможешь выбрать любую.
— Я убью себя, прежде чем прикоснусь к ней, — прорычал Аксель, когда второй наручник защелкнулся на запястье.
Еще один комплект защелкнули на лодыжках, и его рывком поставили на ноги. Он пошатнулся, и колени слегка подогнулись из-за раны в бедре, которую Юлиус постоянно расширял магией.
— Единственный, кого ты убьешь — это будет она, — усмехнулся отец.
Тьма начала сгущаться вокруг них. Лорд готовился перенести их всех через теневой портал, предположительно, в Подземелье.
— И тогда ты расскажешь мне, как ты
— Ты никогда ее не найдешь, — выдохнул он.
Тьма сгустилась, пока он не перестал что-либо видеть, но услышал слова отца:
— Тогда никто никогда не найдет и тебя. Довольно скоро отпадет необходимость в запасном наследнике, и ты наконец исполнишь свое истинное предназначение.
ГЛАВА 45
ТЕССА
Она снова лежала на кровати, ждала и листала книгу, которую Рордан подарил ей на Солнцестояние.
Книгу, которую он сохранил для нее, а потом вернул, когда она отправила ему сообщение с просьбой. Все решили, что это сообщение попало к Аурион после нападения Авгуров.
Но это было не так.
В этой комнате больше нечем было заняться. Ни телевизора. Ни музыки. Только она, ее мысли. Еще и эти проклятые видения, которых она не понимала. Ну и эта книга.
Тесса подняла руку, наблюдая, как свет собирается и потрескивает в ладони, словно миниатюрная буря. У нее была магия. По крайней мере, так она считала. Все предупреждали ее не поддаваться ее зову, говорили, что магия подчинит ее себе, но Тесса не верила в это. Ее сила дарила свободу. В свете ей не нужно было думать. Она могла просто
Часть ее надеялась, что Лука снова появится в комнате. Здесь было слишком тихо. Слишком легко было зациклиться на том, что уже не имело значения: плейлисты с музыкой и пончики, пробежки и теплый кофе, пробуждение между двумя теплыми телами, губы и пальцы, которые точно знали, как дать ей то, о чем она даже не подозревала, что нуждается.