Мелиса Йорк – Точка невозврата. Могила мечты (СИ) (страница 18)

— Ты можешь. Просто поверь в себя. Доверяй себе.

— Что будет, если я откажусь?

— Ты умрёшь, причём очень скоро. У тебя мало времени, лучше принять решение прямо сейчас. У тебя ещё есть возможность исправить ситуацию, есть время, чтобы не допустить непоправимое.

— Нет, я не могу. Вы требуете от меня невозможное.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

«Я не могу пойти на это», — произнёс Питер шёпотом и открыл глаза, немного отдёрнувшись. Глубоко вздохнув, он вытер со лба большие капли пота. Он чувствовал себя очень плохо, горло пересохло, пустота заполняла всё его существо. Играла тяжёлая музыка, что было нехарактерно для данной радиостанции. Но Джексон не обратил на данный факт никакого внимания, он посмотрел через лобовое стекло, затору не было конца и края. «Чёрт, я же на работу опоздаю», — возмутился Джексон, смотря на наручные часы.

Питер ехал, сосредоточившись на дороге, прогоняя прочь все свои нежелательные мысли. Жажда продолжала изводить его. Он припарковался у обочины возле маленького магазинчика и вышел из «Хонды». Подойдя к кассе, он начал подготавливать нужную сумму денег. Перед ним стояло несколько человек. Джексон несколько нервничал, так как время его поджимало.

«Поезда с красивым и неожиданным названием начнут курсировать по основным направлениям уже в эту субботу. Репортаж Эрика Брауна», — донеслось до ушей Питера. Машинально он повернул голову в сторону звука. Это был телевизор, шла новостная передача.

«Комета — небольшое небесное тело, имеющее туманный вид, обращающееся вокруг Солнца обычно по вытянутым орбитам на огромной скорости. Сравнение в данном случае вполне уместное. Этим именем по праву назван поезд, развивающий скорость до трёхсот километров в час. В настоящее время машиностроительный и электротехнический концерн «Дитрикс» имеет самый обширный опыт в области создания и эксплуатации высокоскоростных поездов с распределённой тягой. Поезд «Комета» или «IRW-116» специально разработан для корпорации ОАО «Национальные железные дороги». Произведённый с истинно немецкой точностью, поезд «Комета» полностью адаптирован к особенностям нашего сурового климата, а их конструкция учитывает все требования технических стандартов и норм безопасности», — продолжался телерепортаж. Питер поближе подошёл к телеприёмнику. Он отказывался верить своим глазам. Джексон узнал состав. Он уже видел поезд «Комета» в своих кошмарах. Он не мог его перепутать, так как образ экспресса намертво отпечатался в мозгу: его плавные очертания, цвета, дизайн. Питер, потрясённый происходящим, заворожённо смотрел на экран телевизора.

«Так, для подтверждения соответствия поезда «Комета» требованиям норм безопасности для эксплуатации на железных дорогах был проведён полный цикл предварительных, приёмочных и сертификационных испытаний поездов. Благодаря размещению компонентов преобразования тяговой и вспомогательной эксплуатационной мощности в подвагонном пространстве и на крыше поезда «Комета», внутренние объёмы на протяжении всей длины поезда используются исключительно для размещения пассажиров и персонала поезда. При создании поезда «Комета» были использованы последние достижения современной науки и техники, что позволило обеспечить более высокий уровень комфортности и безопасности. Для запуска высокоскоростных поездов были перестроены переезды и реконструирована инфраструктура, созданы новые рабочие места. Эрик Браун. Специально для Вестей…».

Несколько секунд Питер стоял как вкопанный. Находясь под сильным впечатлением, он не мог сдвинуться с места. Ему потребовалось приложить неимоверные усилия, чтобы вернуться обратно к кассе. Там уже никого не было. Он быстро рассчитался, схватил бутылку с водой и пулей направился к выходу.

В машине Джексон открыл прозрачную пластиковую бутылку и сделал несколько больших глотков, пытаясь успокоиться. Он смотрел перед собой, вновь и вновь прокручивая в голове репортаж. Вспомнив, что ему через пятнадцать минут нужно быть на рабочем месте, Питер отпил немного воды и повернул ключ зажигания. Его машина тронулась с места.

Питер приехал на работу вовремя. Он попрощался с коллегой, и сел на стул, потирая вспотевшими ладонями о джинсы. Он старался успокоиться, привести свои мысли в порядок. «Это совпадение», — повторял он сам себе нервно. Хотя умом он прекрасно понимал, что это не может быть простым совпадением, уж слишком очевидным оно было.

«Ерунда, чушь! Мои кошмары не имеют под собой рациональной основы. Они — плод моего воображения. Мои страхи надуманы, и они никак не связаны с реальностью», — сетовал его разум. Питер злился сам на себя, его раздражал сам факт того, что какая-то новость выбила его из колеи, превратила его в жалкое существо, не способное постоять за себя. Он начал приводить разные логические доводы, чтобы доказать самому себе глупость и неадекватность своего поведения.

Жёсткие выпады на самого себя принесли свои плоды. Страхи и волнение, отступив, ушли глубоко в подсознание, и оставили в покое Питера Джексона. Он почувствовал некоторое облегчение и прилив сил. Конечно, он был несколько издёрганным, но его эмоциональное состояние позволяло ему благополучно отработать свою смену.

Питер вернулся домой полностью изнеможённый. Он не мог припомнить, когда ему в последний раз было также тяжело. Голова трещала, раскалываясь на части, тело ныло, требуя отдыха. Питер не мог пойти спать, через три часа ему был назначен приём у Джима Кёртиса. К тому же сразу после сеанса ему нужно была заехать за сыном в школу.

Джексон сидел на краю кровати, потирая лоб. Он размышлял над тем, что ему делать и как привести себя в нормальное состояние. Прикинув возможные варианты и выбрав из них наиболее оптимальный, Питер встал с кровати. Он начал медленно раздеваться, аккуратно складывая одежду на стул. Тут из кармана джинсов выпала баночка с таблетками и покатилась по полу. Питер успел схватить её, пока она не закатилась под кровать. Он держал баночку в руках. В нём горело большое искушение принять таблетки, так сильно он хотел избавиться от своих мучений, пусть таким не самым лучшим способом.

Питера Джексона остановили разумные доводы, которые начали формироваться в его сознании. Он прекрасно понимал, что на приёме нужен ясный чистый разум, не затуманенный таблетками. Психотерапевтический сеанс в одурманенном состоянии становился весьма затруднительным. Колебания мучили его. Наконец разум и логика взяли вверх, и он бросил таблетки на кровать.

Питер стоял в душе, смотря перед собой. Тёплая прозрачная вода обволакивала его тело, стекая вниз и унося с собой его тревоги и заботы. Энергия и чувство бодрости наполняли его мышцы, проникая в каждую его клеточку. Разум становился светлым, чувство гармонии и спокойствия охватывало его. Джексон вышел из ванной, активно потирая полотенцем свой торс. Бросив мокрое полотенце на кровать, Питер подошёл к шкафу с одеждой. Он быстро натянул на себя чёрную рубашку и чёрные брюки. Застегнув пуговицы, он подошёл к зеркалу, начал расчёсывать густые волосы, укладывая их в причёску.

Вытащив из шкафа пиджак благородного бежевого цвета, он закрыл дверцу. Надев его на себя, и поправив воротник рубашки, он застегнул первую пуговицу пиджака. Тут его взор упал вниз, он обратил внимание на свои босые ноги. Пошевелив пальцами ног, он снова подошёл к шкафу, теперь уже к другому его отделению. Оттуда он достал пару новых носков. Разорвав упаковку, он вытащил чёрные носки, идеально подходящие под выбранную одежду. Питер сел на кровать и надел их на ноги.

Положив в разные карманы кошелёк, банку с таблетками и связку ключей, Джексон направился к выходу.

У Питера Джексона было предостаточно времени до приёма. Он был голоден, поэтому по пути решил заскочить в своё любимое кафе. Там готовили изысканные блюда, варили ароматный кофе, а уютная обстановка и приятная музыка располагала к прекрасному отдыху. Плотно перекусив, Джексон вышел из заведения.

Он приехал к офисному зданию, где практиковал его друг, раньше положенного срока на двадцать минут. Питер не очень любил ждать в приёмной Джима, там он себя чувствовал немного неудобно. Поэтому Джексон решил переждать это время у себя в машине. Он несколько раз пытался понять, что доставляло ему дискомфорт, но это так и осталось для него загадкой. Чтобы не дать шанса своим мыслям и страхам возобновить свою разрушительную деятельность, он слушал классическую музыку. Она благотворно влияла на него, вселяя в него уверенность, гармонию и спокойствие. Хотя где-то в глубине души он чувствовал, что разрушительный процесс продолжается. Он не знал, что с этим делать, как его остановить, поэтому в целях собственной безопасности просто игнорировал эти чувства.

Питер расстегнул пуговицы пиджака и удобно расположился в мягком кресле, Кёртис в это время разговаривал по телефону. Джексон смотрел в большое окно. Потрясающий вид, открывающийся из него, отвлекал его от мрачных раздумий. Джим, закончив беседу, положил трубку телефона и обратился к своему другу.

— Я вижу, что ты пришёл без дневника.

— Да, я так и не начал его вести. Он мне собственно и не особо нужен. Я и так всё вспомнил.

— Это ведь превосходно, — искренне порадовался за него Джим. — А видения начались?