Мелинда Ли – Побереги силы (страница 44)
— Спасибо, — взял его Шарп. — Тяжелое утро?
Развернув обертку протеинового батончика, Шарп занял свое кресло, раскрыл ноутбук и подождал, пока он загрузится.
Стелла опустилась в одно из кресел перед его рабочим столом:
— Ненавижу вскрытия.
Образ обнаженного, посеревшего тела Оливии на стальном столе, пробив ментальный барьер, снова всплыл перед глазами Шарпа. Он положил батончик на стол и заставил себя хлебнуть кофе. Горечь обволокла глотку и вызвала дискомфорт в желудке. Поставив стаканчик, Шарп встал:
— Пойду схожу за водой. Вам принести что-нибудь?
Стелла помотала головой.
Вернувшись из кухни с водой, Шарп опять уселся в свое кресло и наконец-то стал соображать:
— Как прошло вскрытие Оландера?
— Медэксперт официально признал причиной его смерти убийство. Помимо следов от веревок и вырванных ногтей, на петле были обнаружены следы крови и материи; на руках Оландера синяки — похоже, он сопротивлялся. Медэксперт зафиксировал также следы ударов по животу и несколько сломанных ребер.
— Его били.
— Да, — Стелла встала и зашагала по кабинету со стаканчиком кофе в руке:
— Но почему? В наказание? Или они хотели выбить из него какую-то информацию?
— Если бы я знал!
Зажужжал мобильник Шарпа. Он посмотрел на его экран:
— Это Райан Абрамс из бюро огнестрельного оружия и взрывчатых веществ, — пробормотал Шарп Стелле и ответил на звонок: — Спасибо, что перезвонил, Райан. Со мною рядом Стелла Дейн из полицейского управления Скарлет-Фоллз. Она расследует убийство, возможно, связанное с нелегальным сбытом оружия. Я могу включить громкую связь?
— Да, — ответил Абрамс.
Шарп переключил вызов:
— Ты выяснил для нас что-нибудь?
— Да, — выдохнул Райан. — Я не нашел ничего за Кеннетом Оландером в штате Нью-Йорк, но я раскопал кое-что в Айове: отец Кеннета был связан с «ОВЖ» — национальной антиправительственной военизированной группировкой.
— А как расшифровывается «ОВЖ»? — поинтересовался Шарп.
— «Оставшиеся в живых», — ответил Райан.
Шарп взял ручку и блокнот для записей:
— И где эти боевики орудуют?
— Это довольно крупная группировка, насчитывает несколько тысяч человек, — сказал Райан. — Они предпочитают сельские районы, особенно фермы и большие лесные массивы, — до ушей Шарпа донесся шелест бумаг. — Мы выявили членов этой организации в пятнадцати штатах. Ведут они себя в принципе тихо, занимаются своими делами.
— Это какими же? — решила уточнить Стелла.
— В основном, делают запасы продовольствия, топлива, оружия и медикаментов, готовясь пережить конец света. Оборудуют убежища и организуют военно-тренировочные лагеря. Члены группировки ведут блоги и используют аккаунты в социальных сетях, чтобы обмениваться советами и техниками выживания. Всплывают раз в несколько лет, когда кого-нибудь из их братии ловят на незаконной покупке или ношении оружия. Нескольких членов «ОВЖ» мы арестовали за хранение незаконного оружия. Они не доверяют властям и не регистрируют свое оружие, так что их правонарушения квалифицируются по-разному в зависимости от местных законов.
В разных штатах были свои законы об оружии. На большей территории штата Нью-Йорк регистрации длинноствольного оружия не требовалось. Как и разрешения на его покупку. Но по пистолетам велся строгий учет.
— В подвале у Оландера были припрятаны винтовки AR-15, боеприпасы и бронежилеты, — сказал Шарп.
— Похоже, его ферма использовалась как склад, — заметил Райан. — Вы сфотографировали винтовки?
— Нет, — Шарп мысленно пнул себя по заднице. — А отмыванием денег члены «ОВЖ» промышляют? — «Может, этим объясняется покупка Оландерами молочной фермы за наличные?», — озадачился Шарп.
— Думаем, что да, — подтвердил его догадку Абрамс. — Они проводят небольшие операции, и их разброс по стране довольно велик. Так что особого внимания у органов финансового контроля они к себе не привлекают.
— Вчера Кеннет Оландер был найден повешенным в своем коровнике, — встряла Стелла.
Райан присвистнул:
— Вот те раз. Самоубийство?
— Нет, — возразила Стелла. — Убийство. И оружие исчезло.
— Значит, навлек на себя чей-то гнев, — резюмировал Абрамс.
Шарп постучал пальцами по столу:
— Ты сказал, что эти ребята стараются держаться в тени и не попадаться вам на крючок. Что ты имел под этим в виду?
— Они не живут в лагерях, которые легко найти. Предпочитают рассредоточивать своих людей и ресурсы, — пояснил Райан. — Даже если мы обнаружим какой-то их лагерь или склад, мы найдем там лишь малую долю их вооружения. А для деятельности, которую они желают скрыть, эти ребята пользуются даркнетом.
Даже Шарп знал о существовании трех уровней интернета — видимой сети, или «поверхностного» интернета, теневой сети, или «глубокого» интернета, и темной скрытой сети, или даркнета. Поверхностным интернетом — обычной поисковой сетью — пользуются ежедневно большинство людей. Доступ к глубокому интернету получить посредством общепринятых поисковых серверов невозможно. Но большинство его сайтов вполне легитимны, как, например, банковские онлайн-счета, для доступа к которым необходима регистрация и знание логинов и паролей, защищающих информацию о клиентах. А вот пользователи даркнета намеренно скрывают свои личные данные и местонахождение с помощью различных инструментов шифрования. Благодаря анонимному характеру даркнет — идеальное поле для криминальной деятельности.
При расследовании его прошлого дела Шарпу довелось столкнуться с местной группировкой боевиков.
— Сколько отрядов «ОВЖ» может действовать в одном регионе? — поинтересовался он у Абрамса.
— Их количество удвоилось за последний десяток лет. Отдельные члены «ОВЖ» были осуждены за преступления с применением оружия, несколько человек пропали без вести или были найдены мертвыми. Но мы не смогли доказать причастность этой организации к этим преступлениям. Эти ребята, как я уже сказал, стараются не привлекать к себе и к своей группировке слишком много внимания. На первый взгляд, они ничего криминального не делают — просто обучаются техникам выживания и тренируются.
— А их денежные средства вы можете отследить? — спросил Шарп.
— Раньше они прокручивали свои деньги через швейцарские банки или банки Каймановых островов. Но международное банковское право претерпело существенные изменения. И теперь труднее скрывать незаконно полученные средства. Судя по всему, сейчас эти ребята приобретают и используют законный бизнес для прикрытия своих делишек. Еще раз повторюсь — они всеми силами стараются не засветиться.
— Может, убийство своей жены сыном одного из участников группировки раздражило ее руководство? — предположил Шарп.
— Именно такого внимания к себе они
Шарп вкратце посвятил его в дело Эрика:
— Этого достаточно, чтобы отцу вынесли смертный приговор лидеры группировки?
Райан помолчал, размышляя:
— Не думаю. Мне кажется, что для этого должно быть более веское основание — оружие, деньги, измена или предательство.
— И мы не понимаем, как это все может быть связано с нашей пропавшей журналисткой, — сказала Стелла. — Можно, я пошлю вам список лиц, вовлеченных в это дело. Может, чьи-то имена вам окажутся знакомы?
— Конечно, — ответил Райан.
— Спасибо, — поблагодарила его Стелла; в этот момент зазвонил ее мобильник, и она, извинившись, вышла из кабинета Шарпа, чтобы ответить на звонок.
А Райан продолжил:
— Как я уже упоминал, мы подозревали, что некоторые боевики были убиты, но выйти на исполнителей и доказать причастность кого-либо из этой группировки к тем убийствам нам не удалось.
— Может, те жертвы хотели выйти из организации? — допустил Шарп.
Абрамс вздохнул:
— Из таких группировок выход только один.
— И Оландер его нашел, — сказал Шарп. — Спасибо за помощь, Рай!
— Обращайся. Я планирую покопаться еще. Может, что-то и надумаю. Хотелось бы мне прижать этих ребятишек, раз они балуются с нелегальным оружием.
— Позвонишь мне или Стелле, если что-то нароешь? — попросил Шарп.
— Позвоню, — пообещал Абрамс.
Закончив разговор, Шарп поднял глаза и увидел, что Стелла уже вернулась в кабинет. Она смотрела на него с мрачным выражением на лице.