Мелинда Ли – Кости не лгут (страница 65)

– Я очень тяжелый, а ты слишком истощена. Один из нас должен быть готов в любой момент сорваться и побежать. – Держась за ребра, Ланс нахмурился и посмотрел на ногу: – И это явно буду не я.

– Ты никогда меня не оставишь, а я никогда не оставлю тебя. Так что такой вариант действий я исключаю.

Ланс вздохнул:

– Ты должна научиться оставаться объективной в любой ситуации. Когда я сказал, что у нас есть варианты, я вовсе не подразумевал, что они все хорошие.

– А какой вариант номер два? – поинтересовалась Морган.

Ланс отвел глаза в сторону. И она сразу поняла, что этот вариант ей понравится еще меньше первого.

– Ты оставляешь меня и бежишь за помощью, – проговорил Ланс.

Сдавленный звук, вырвавшийся изо рта Морган, окрасили усталость и страх. Мысль о том, что их жизни зависели от ее способности бегать быстро и далеко, была ужасаюшей. Она выросла в городе. Ее семья переехала в Скарлет-Фоллз только после гибели ее отца, убитого при исполнении. Морган совершенно не знала леса, чувствовала себя в нем чужой. А при таком холоде – и вовсе как детеныш жирафа, делающий свои первые шаги. У нее тряслись все поджилки. Она едва переставляла ноги. И в любую секунду могла плюхнуться лицом в снег.

– Далеко ли я смогу добежать? – спросила Морган. – Даже раненный, ты наверняка уйдешь дальше меня.

Ланс помотал головой. Насколько же тяжело он был ранен?

– Мы опять возвращаемся к тому, что я тебя здесь одного не оставлю.

– Я не беспомощен, – возразил Ланс.

– Ты забыл, чем вооружены в управлении шерифа? – искоса взглянула на него Морган. – Какими бы крепкими ни были твои мускулы, но против AR-15 шансов у тебя нет.

– Послушай, Морган! Если из этой заварухи суждено выбраться лишь одному из нас, то это должна быть ты. У меня нет троих детей. Твои дочки уже потеряли отца. Я не позволю им потерять еще и мать.

Вот в этом и было все дело – в характере Ланса. Он так сильно отличался от ее покойного мужа! Практически во всем! Джон был высоким и худощавым, веселым и на вид беззаботным. Ланс был крупным, атлетически сложенным, мускулистым парнем. И очень серьезным. Но у обоих мужчин, которых она полюбила, было одно общее и очень ценное качество. По натуре своей они были героями. Джон отдал свою жизнь за страну, Ланс был готов умереть за нее и ее дочерей прямо здесь и сейчас.

Позволить ему пожертвовать собой ради нее? Нет! Нет! И нет! Морган претила даже сама мысль об этом.

– Нам надо придумать какой-то другой выход.

Но какой?

– Мы должны переиграть шерифа. Нам нужен план, – ухватилась за свою идею Морган.

Что сказал Кинг?

Главное в охоте – знать повадки своей жертвы и предвидеть ее действия.

Скорее в задумчивости, чем от холода, Морган споткнулась о собственный сапог. В попытке удержать равновесие ее колени подогнулись. Морган схватилась за ветку дерева и выпрямилась.

Если я выберусь отсюда живой, я начну заниматься спортом… Но посулы на будущее не могли ей помочь в настоящем.

– Мы должны сделать что-то такое, чего Кинг от нас не ожидает, – сказала Морган. – Надо воспользоваться его же методом и просчитать его действия. Какова его конечная цель?

Ланс снова зашагал по тропке. А из его раны опять потекла кровь.

– Кинг хочет одного – чтобы мы с тобой были мертвы.

Хрустнул прутик. Ланс толкнул Морган в кусты:

– Прячься!

Она упала на руки и колени и заползла под колючие лапы голубой ели.

Глава 48

Присев, Кинг изучил почву. Разглядеть их следы на снегу было проще простого. А уж ему – тем более. Они не могли уйти далеко вперед, иначе бы снег уничтожил отпечатки их стоп.

Они шли по охотничьей тропе к Серому озеру. Добравшись до него, Крюгер наверняка рассчитывал обойти воду и выйти к людному противоположному берегу. Что же, его план был хорош.

Только вот мисс Дейн находилась не в лучшей форме. Умная и упорная, физически она была очень слабой. Впрочем, это нисколько не умаляло Морган в его глазах. Она была чертовски классной! Разве что чересчур умная. А, по мнению Кинга, женщинам не следовало ни в чем тягаться с мужчинами. Но даже с этим своим недостатком мисс Дейн была первой женщиной, которой удалось вызвать у него восхищение. Не то чтобы он ее хотел. Нет. Кинг вообще не желал ни с кем близости. Он привык быть один, и ему это нравилось. Только впервые за все годы он действительно испытает сожаление, что кого-то пришлось убить.

Но это его не остановит.

Раз уж ему пришлось выбирать между мисс Дейн и собой – исход выбора очевиден. А, кроме того, женщины всегда делают мужчин слабыми. Мисс Дейн принесет погибель Крюгеру. Ему, Кингу – как волку, преследующему самого слабого члена стаи, – нужно только догнать ее. А Крюгер будет рядом.

Он убьет их обоих и избавится от тел. Их никто никогда не найдет. Он либо возьмет напрокат лодку и утопит их посередине озера, либо похоронит их там, где он зарыл Вика в 94-м году.

Вот ведь ирония – закопать Крюгера рядом с отцом, которого он искал столько лет!

Кинг выпрямился и пошел по следам Морган и Ланса. Белый снег достаточно высветлил ландшафт, чтобы ему не потребовался фонарик. Его жертвы направились к ручью, впадавшему в озеро. Лес расступился у самого края оврага. Если бы Кинг не знал, что там, он бы соскользнул по его крутому склону вниз.

Следы повернули в сторону Серого озера и пошли вдоль водного потока. Кинг пошел за ними, стараясь держаться по возможности дальше от края обрыва и предусмотрительно останавливаясь всякий раз, когда земля перед ним начинала крениться. Пройдя немного, он снова присел. Вытащив из кармана фонарик, он рискнул осветить им тропу. Ему совсем не хотелось оказаться в овраге. Под свежим обвалом грунта Кинг увидел четкую тропку, усеянную обломанными ветками. Что-то грузное скатилось вниз по склону.

Хм, да ведь один из них упал!

По венам Кинга разлилось предвкушение. Осветив склон, он выбрал место спуска. Осторожно сошел вниз и осмотрел почву у основания склона. Мисс Дейн и Крюгер провели здесь некоторое время. И следы, уходившие прочь, стали уже другими. Кинг заметил на снегу что-то красное. Кровь! Один из них поранился. Вот почему их следы сблизились. Они уже не бежали и не шагали, а волочили ноги! Ручей тек по дну глубокого оврага. Его склоны были очень крутыми. Вскарабкаться наверх крупному парню тяжеловато. А уж если он ранен…

Они не смогут выбраться из оврага, пока не дойдут до озера.

Как все просто! Слишком просто…

Кинг легкой трусцой поспешил по следу. Возбуждение взбодрило его. Охота почти закончена!

Покончив с Крюгером и Дейн, он разберется с Шарпом. И тогда он будет свободен. Все нити, ведущие от Мэри к нему, будут оборваны.

Точнее сказать, почти все. Но Оуэн Уолш скоро умрет сам. Этот параноик Оуэн, почти двадцать лет терзавшийся чувством вины и страхом. Оуэн позвонил ему, когда второй раз Линкольн Шарп попытался установить с ним контакт. Теперь ему осталось жить всего несколько недель. Неизлечимая болезнь разъедает его изнутри с таким же остервенением, с каким его мучила все эти годы никчемная совесть. Скоро Оуэн умрет, и он останется единственным человеком, знающим, что именно произошло той августовской ночью.

На стоянке у «Пи-Джей» он наблюдал за дракой. Трое пьяных дураков мутузили друг друга из-за женщины. Будь они чуть менее пьяными и чуть более умными, тогда хотя бы один из них сообразил, что Мэри – шлюха. За несколько банкнот она бы дала им всем троим по очереди. Вот придурки!

Как помощник шерифа он обязан был положить конец этому пьяному побоищу.

И он обратился к одному из дежуривших офицеров: «Билл, отвези этих двух идиотов в отделение экстренной помощи. А после того, как их там приведут в чувство, доставь в управление. Составим протокол». Затем он повернулся к своему второму помощнику: «Оуэн, вези этого придурка в управление». С этими словами Кинг передал ему Лу Форда, продолжавшего махать ругами, изрыгать проклятия и сопротивляться. Этот Лу Форд был частым «гостем» отдела по борьбе с пьянством и нарушением общественного порядка.

Мэри попыталась улизнуть, но Кинг заметил ее.

«Ты тоже арестована», – сказал он ей, догнав и схватив за руку.

Мэри уперлась кулаком в бедро: «Вы шутите?»

«Мы оба знаем, что нет. У меня нет чувства юмора. – Кинг защелкнул на ее запястьях наручники и посадил в патрульную машину. Как и Лу Форд, Мэри не впервые занимала его заднее сиденье. – Пи-Джей устал от твоих озабоченных клиентов. Между прочим, он сказал, что ты уволена».

Кинг поехал вслед за Оуэном в управление. Мэри вела себя послушно. Но даже кварта виски не сделала сговорчивей Лу Форда. Он продолжал лягаться, дрыгаться и чертыхаться. Они вошли в управление с заднего входа. Кинг привел Мэри в коридор.

«Разве я не имею права на звонок? – надулась девушка. – Мне надо позвонить маме».

«Может, поможешь», – выкрикнул с порога Оуэн. Лу Форд уперся ногами как мул и отказывался сдвинуться с места.

Ублюдок…

Кинг отстегнул одно кольцо наручников у Мэри и приковал ее к кольцу рядом с таксофоном. Порывшись в кармане, он вынул монету: «Вот. Можешь позвонить».

Кинг направился к двери. Схватив Лу за руку, он рванул его на себя. Но тот наклонился вперед и рыгнул. Внутри Кинга забурлили отвращение и злость.

«Не блюй в моем управлении!» – заорал он.

У Оуэна, похоже, тоже лопнуло терпение. Он занес кулак и треснул им Форда по голове. А Кинг взмахнул ногой. Большой черный полицейский ботинок подсек Форда, и тот, окончательно потеряв равновесие, начал заваливаться на бок. Голова пьяницы ударилась о стену, противно лязгнув костями о шлакобетонный блок.