Мелина Боярова – Турнир пяти королевств (страница 44)
— Добрый день! — поздоровалась Лаурелия, привлекая к себе внимание.
Юноша повернул голову, да так и застыл, восхищенно рассматривая мою дочь. Его глаза, цвета глубокой зелени, наполнились благоговейным восторгом, словно он впервые увидел истинную красоту.
— Кто вы? — Принцесса тоже не отводила взгляда, изучая незнакомца.
— Я… не знаю, — прошептал он голосом, похожим на шелест листвы. — Не помню ничего.
— Идем со мной! — предложила дочь, по щекам которой разлился румянец. — Я живу во дворце. Там полно магов и лекарей, которые тебе помогут. — Она протянула руку, и парень без колебаний принял помощь. Их пальцы сплелись, как и взгляды, которые они не могли оторвать друг от друга.
— Знаешь, что, дорогой? — Я задумчиво посмотрела на собравшихся в Илигоре молодых людей, представителей лучших семейств империи. — Похоже, наша дочь удивит гостей выбором жениха.
— Что? — Калим отреагировал моментально. — О ком ты говоришь? Я знаю обо всех претендентах на руку Лаурелии и Лаиссы.
— Видимо, это не так. — Мягко улыбнулась мужу. — И скоро мы познакомимся кое с кем.
Лаурелия и незнакомый юноша пришли во дворец порталом. Ничуть не стесняясь простоватого вида своего спутника, принцесса привела его в тронный зал, где мы принимали высоких гостей. Публичная церемония, посвященная празднованию столетней победы, постепенно переместилась во внутренние помещения. Для горожан на улицах были накрыты столы и выставлено угощение. Даже сюда доносились их приветственные крики, славящие императора и императрицу. Высокородная публика, съехавшаяся с разных уголков империи, собралась в роскошном зале, украшенном цветами в честь торжественного приема. Гости выстроились в два ряда вдоль центрального входа, через который прибывали королевские персоны и знатные эльфиры древних фамилий.
Едва только необычная пара появилась в дверях, как голоса смолкли, а все внимание сосредоточилось на входе. Я прикипела взглядом к молодому человеку, ощутив знакомую энергию, наполнившую зал, словно дыхание Иринтала, переплетенного с древней магией, и в то же время чистую и свежую, как утренний бриз.
— Лаурелия, кто это с тобой? — ревниво поинтересовался император.
Юноша, отпустив руку девушки, посмотрел на Калима открытым взглядом, затем его взор переместился на меня. В глазах не было страха или смущения, только почтительное восхищение и… любовь? В моей душе грустным воспоминанием всколыхнулись давние чувства. Я внимательно всмотрелась в черты незнакомца, вслушалась в магические потоки, напоминающие шум ветра, свежесть грозы и спокойствие природы после бури. Сопоставляя место, где дочь обнаружила парня, и собственные ощущения, меня прошибло осознанием, кто на самом деле этот молодой эльфир.
— Верион! — прошептала еле слышно. Но не для Калима, который нахмурился и накрыл мою дрожащую руку ладонью. — Неужели боги сжалились над тобой и подарили новую жизнь? Не думала, что такое возможно.
— Мама, я нашла этого человека у священного дерева. Он ничего о себе не помнит. У него нет ни имени, ни дома, ни родных. Мы ведь поможем ему? — взволнованно спросила дочь, обеспокоенная нашим замешательством. В ее глазах загорелся яростный огонек, будто она готовилась защищать парня, которого совсем не знала.
— Конечно, — ответила, пока Калим не успел вмешаться. — Он может поселиться во дворце и воспользоваться нашим гостеприимством. Мы не оставим нуждающегося в беде. Позаботься о нем, раз уж нашла его. Позже мы покажем его лекарям. Возможно, он что-нибудь вспомнит о себе.
Просияв радостной улыбкой, Лаурелия увлекла юношу за собой, а вслед парочке устремились ревнивые взгляды молодых людей, намеревающихся завоевать благосклонность принцессы.
— Не слишком ли много ты ей позволила? — поинтересовался Калим обеспокоенным тоном. — Я все же пошлю стражу, чтобы присмотрели за парнем.
— В этом нет необходимости. Он никому не причинит вреда и скорее отрубит себе руку, чем обидит нашу дочь. Заметил, как глирх Лаурелии ластился к нему? А как она смотрела на Вериона? И он на нее?
— Думаешь, его чувства к тебе перекинулись на Лаурелию? — Калим недовольно поджал губы. — Не самая достойная партия…
— Не будем спешить с выводами. — Обняла мужа, чтобы успокоить его тревожность. — Верион не представляет угрозы. А если они с Лаурелией полюбят друг друга, то я только порадуюсь за обоих. Наша дочь и Верион… Особенно Верион, заслуживают счастья. Так же, как и мы, эти дети его достойны.
— Что ж, если ты так считаешь, дадим Хранителю шанс, — согласился Калим, целуя меня в губы и крепко прижимая к себе.
В его потемневшем от желания взгляде я уловила обещание жаркой ночи. Кажется, кто-то собрался удостовериться, что отношения между нами ничуть не изменились с появлением призрака из прошлого. Я уже предвкушала момент, когда останемся наедине, и подумала, что сейчас подходящий момент, чтобы рассказать о беременности, но нас прервал Нимернис — мой неизменный телохранитель, который нес безупречную службу на протяжении столетия. В отличие от сестры, которая обрела счастье с Эрметтом, сендар был по-прежнему одинок.
— Ваши императорские величества! — обратился он почтительно кланяясь. — Я прошу дозволения отлучиться из дворца на сегодняшний вечер.
Учитывая, что Нимернис редко о чем-то просил, я немало удивилась. Да и выглядел эльфир встревоженным, нервным.
— Ним, что случилось? — За столетие Ним стал частью семьи, так что мое беспокойство было вполне обоснованным.
— Юноша, которого Лаурелия нашла у подножия священного дерева — Верион Арусанд? Я не ошибся? А что, если и Дафна…
О таком я не подумала, а ведь для Нима первая любовь стала последней. Он так никого и не полюбил после гибели Дафны и все эти годы посвятил службе, избегая отношений и личных привязанностей.
— Конечно, иди! — разрешил Калим. — Если боги подарили шанс одному Хранителю, то не исключено, что и второй получил заслуженную награду. И тогда ты должен быть первым, кого она увидит в новой жизни.
— Спасибо! — Окрыленный надеждой, Нимернис тут же помчался к портальной арке.
— Гая! — Мне сделалось любопытно, обнаружит ли Ним кого-то у дерева, поэтому обратилась к четвероногой подруге. — Подскажи, а вблизи западного Хранителя случайно не прогуливаются глирхи?
— Я отправила туда пару шустрых хвостов сразу, как поняла, что случилось у восточного дерева, — ответила мудрая кошка.
В мою голову уже посыпались видения того, что происходило на поляне возле старого берозиса. В его ветвях, сплетенных, словно колыбель младенца, безмятежно спала девушка, укутанная листьями и длинными волосами. Я увидела, как она пробудилась, удивленно осматриваясь по сторонам. Дафна была юной и гибкой, как зеленая лоза. Кожа отливала оливковым цветом, а в глазах отражалась сочная зелень Иринтала. С одной стороны — она неуловимо походила на Вериона. С другой — до щемящего в груди чувства напоминала давнюю подругу, первой отважившуюся на мужественный поступок.
О появлении Нимерниса подсказала листва и притихшие птицы, чье пение девушка слушала, затаив дыхание. Спрятавшись в ветвях берозиса, она с любопытством смотрела на стремительно приближающуюся фигуру воина. Мы были связаны с сендаром, и я чувствовала, как бешено стучал его пульс, встревоженный надеждой и страхом, что чуда не произойдет. Выбежав на поляну, Ним застыл, пораженный увиденным. Его сердце сделало сумасшедший рывок, когда он заметил хрупкий силуэт девушки, прячущейся за ветвями.
Замедлившись и затаив дыхание, будто оно могло спугнуть боязливую лань, Нимернис медленно двинулся вперед. Сендар забыл, как дышать, когда столкнулся взглядом с той, что воплощала потерянную любовь. Ним онемел от изумления. Он жадно впитывал мягкие черты лица, ласкал взглядом знакомую форму губ и линию подбородка. Сохранились даже легкие веснушки на носу, который он так любил. Происходящее казалось нереальным, а волнение достигло максимального накала. Приблизившись, Ним коснулся рукой плеча девушки, которая в ответ с неприкрытым восхищением разглядывала сильного и статного воина, двигающегося так опасно и грациозно.
— Дафна! — прошептал Нимернис, не в силах справиться с волнением. — Ты?.. Это ведь ты, правда?
Девушка смотрела на мужчину огромными чистыми глазами, не скрывая растерянности. От чужого прикосновения она вздрогнула, но не попыталась бежать, ведь действия Нима не представляли для нее опасности. Наоборот, он смотрел с таким обожанием и исстрадавшейся грустью, что даже у меня тревожно сжималось сердце.
— Я не помню! — ответила она мелодичным голосом. — Кто вы? Где я?
— Тебя зовут Дафна! И ты возродилась, вернулась в мою жизнь после долгого отсутствия. Если хочешь, я все расскажу.
Девушка кивнула, явно желая узнать, что с ней случилось. Ним помог ей выбраться из веток, постелил плащ у подножия берозиса и предложил устраиваться поудобнее. Нашлось в его запасах угощение и чистая одежда, чтобы прикрыть девичью наготу.
Сендар поделился с Дафной историей леса, который прежде считался гиблым. Поведал о великой войне и той жертве, которую принесла храбрая девушка-воин. Рассказал о любви и о годах страданий, когда он, не рассчитывая ни на что, был верен избраннице и часто навещал ее здесь, в месте силы и вместилища духа отважной хранительницы.