Мелина Боярова – Талисман для князя. Глава рода (страница 73)

– Перчатка!

– Что, перчатка? – недоуменно посмотрела на меня женщина.

– Туманов – ментальный маг, и ему надлежит носить перчатки в обществе, чтобы через прикосновение не считывать мысли или же не воздействовать на сознание.

– Вот жулик бессовестный! А с виду приличный господин. На порог больше не пущу, так и знай! Я дам распоряжение Алимушке и Гнатюше, чтобы приказали страже гнать взашей этого недостойного человека.

Алим не стал преждевременно паниковать, а посоветовал матери присутствовать на таких встречах.

– Так, я и собиралась, – возмутилась женщина, – только вспомнила, что пироги на кухне подгорают. Ой, какие пироги, если за ними повар обязан следить? Запуталась совсем.

Мы с братом переглянулись, сообразив, что Туманов элегантно избавился от свидетелей. А вот зачем, этого так и не удалось понять.

С недавних пор я всегда держу при себе записывающие кристаллы. И слава Богу, что на встречу надела сережки с камнями. Вот только на записи ничего крамольного на обнаружила. Да, маг снял перчатку перед тем, как попрощаться. Но и только! Даже проверять не стоит, что у преподавателя найдется соответствующее разрешение на применение дара. Но чего он хотел добиться этим? Непонятно. Алим поставил многоуровневую защиту от ментального вмешательства. Плюс подарок госпожи Разумовской не позволял чужому влиянию затуманить разум. Однако же господину Туманову это удалось.

– Возможно, его действия не несли угрозы? – предположил брат. – Или же техника воздействия мага на сознание столь необычна, что от нее не разработана защита?

– Не знаю, – пожала плечами. – Куратор внушает опасения сам по себе. Учитывая структуру, которую он представляет, страх вероятно навеян общественным мнением.

– С каких это пор ты подвержена его влиянию? Нет, лучше перестрахуемся. Поставлю тебе дополнительную защиту и обновлю ее у слуг.

После странного визита Туманова общение с Иноземцевым прошло в дружеском ключе. Целитель отметил явные улучшения и дал ответы на те вопросы, на которые мне не смогла ответить Тамара Васильевна.

– Не переживайте, Наами. – Мужчина долго водил надо мной руками, диагностируя состояние организма, – физически вы здоровы. Недомогания проявляются на почве энергетического опустошения. Рискованное занятие исчерпывать резерв до критической отметки и тут же наполнять объемом большим, чем способны вместить каналы. Такие действия чреваты выгоранием, но… С радостью подтверждаю, что ваши усилия не пропали даром. Каналы расширились, и теперь внутренняя магическая структура перестраивается, приспосабливаясь к изменениям. Как маг вы перешли на новую ступень. Поздравляю!

Хоть одна положительная новость! – проводив целителя, долго рассматривала себя магическим зрением. – Перемен я пока не замечала, но со слов Иноземцева, это нормальное явление. В скудном магическом фоне особняка восполнение резерва шло медленно, причем львиная доля энергии тратилась на регенерацию. Но сдвиги определенно есть, и я это почувствую, когда процесс завершится.

Ха! Я знала, как его ускорить.

Под присмотром братьев я активировала «троп» и перенеслась к источнику в Каменной пади. На этот раз действовала осторожно, не хапала силу жадными глотками, а потягивала маленькими порциями. Магические каналы ощущались как эластичные полые трубки, которые загнали под кожу. Наполняясь энергией, они выпирали, причиняли неудобства. Но это временное явление. Игнат заверил, что после двух-трех интенсивных тренировок с использованием магии дискомфорт исчезнет, и на смену ему придет эйфорическое состояние могущества. Главное – не поддаваться соблазнам и научиться контролировать возросшую силу.

Тренироваться я благополучно уходила на полигон в Левино, с легкостью курсируя между двумя имениями. В московском особняке зубрила теорию и изредка принимала гостей. По мере того, как сокращалось время до императорского бала, нарастало внутреннее напряжение. В день встречи с Ярославом не находила себе места от волнения.

Князь пригласил пообедать с ним в ресторации на Кузнецком мосту и попутно решить «мелкие» вопросы. Над моим обликом колдовала Мусечка и частично Полозьевы, снаряжая записывающими и защитными артефактами. Лишь в вестибюле заведения, бросив мимолетный взгляд в зеркало, я отметила элегантный фасон строгого платья и лихорадочный румянец на щеках. В дамской сумочке лежало творение наших мастеров, а в потайном кошелечке хранился оригинал. А вдруг у Ярослава есть способ определить подлинность изделия?

Лакей, услужливо кланяясь, сопроводил меня к отдельному кабинету. Бельский, одетый с иголочки, подался навстречу с приклеенной слащавой улыбочкой.

– Наами, как же я рад тебя видеть. – Сцапал мою ладошку и прижался к ней губами. – Сегодня определенно удачный день. Прошу! – подвел к столу и, ухаживая, помог занять место.

– Ярослав Иванович, не могу сказать того же. – С трудом вытерпела мимолетные прикосновения князя. – Может сразу перейдем к делу?

– Как? И вы не оцените изысканную кухню этого заведения? Я уже заказал, ориентируясь на свой вкус. Настоятельно рекомендую попробовать осетрину с белым соусом. Это нечто! А паштет из гусиной печени? Предлагаю насладиться прекрасными блюдами, а после вы уже отдадите мою вещь.

– Так уж и вашу? – вздернула бровь.

– Разумеется! Семейную реликвию, место которой в родовой сокровищнице, – убедительно заверил молодой человек, занимая стул напротив. – Эй, любезный! – позвал официанта. – Вели подавать на стол, и побыстрее.

– Будет исполнено, Ваше сиятельство, – явившийся на зов мужчина в униформе преломился в поклоне.

Минуты не прошло, как кабинет наполнился аппетитными ароматами. Корсет так сдавливал талию, что лишнего кусочка в себя при желании не впихнешь. Однако я умудрилась попробовать пару ломтиков хваленой осетрины, которую Бельский уплетал за обе щеки. И паштет оказался на высоте, да и все остальное – тоже. Единственное, от чего отказалась, так это от вина. Ограничилась зеленым чаем, который по словам официанта привезен прямиком из Ханьской империи. После двух смен блюд настало время десерта. Я выбрала яблочный штрудель и попросила еще чаю. Князь, раздобревший после сытного обеда, заказал пирожных. Мысленно пожелала ему треснуть. У молодых магов ускоренный метаболизм и поглощать пищу они могут в огромных количествах. Но невозможно же полтора часа ждать, пока насытится это чудовище!

– Итак, – промокнув губы салфеткой, Ярослав вопросительно посмотрел на меня. – Хотелось бы взглянуть на предмет торга.

Я достала артефакт и выложила на стол. Князь протянул было руки к вещице, но наткнулся на защитное поле. Смотреть можно, а трогать – ни-ни!

– Я должен убедиться, что артефакт подлинный, – Бельский заскрежетал зубами.

– А я хочу вернуть маму. Какие гарантии, что она жива? Та запись этого не подтверждает. Я не уверена, что женщина на ней – Светлана Забелина.

Князь откинулся на спинку стула, соединил пальцы обеих рук, оперся на них подбородком. А после ткнул в меня указательным жестом.

– Видишь ли, какая ситуация вырисовывается, – прищурился, – я не доверяю тебе, а ты – мне. Нехорошо. Но ради нашего будущего сотрудничества я готов пойти на уступки. Вот адрес, – выудил из обшлага камзола бумажный квадратик.

Когда я уже протянула руку, чтобы взять записку, Ярослав резко отдернул ладонь.

– Не так быстро, Наами, – усмехнулся и протянул листочек повторно, – ты дашь слово, что артефакт тот, что принадлежал нашей семье. Это можешь забрать, – небрежно кивнул в сторону магической вещицы. – Я пробуду тут до вечера, у меня еще встречи назначены. Надеюсь, ты успеешь проверить адрес и вернуться для серьезного разговора?

Я выхватила листок, с которым князь попытался повторить тот же фокус, не давая его в руки. Развернув бумажку, впилась глазами в единственную строчку из двух слов: «Знаменская слобода».

– Не прощаюсь, – подхватив артефакт, кинула его в сумочку и стремительно вышла.

Отмахнувшись от официанта, приставшего ко мне с каким-то вопросом, пулей выскочила из ресторации и села в припаркованный неподалеку паромобиль.

– Что? – обеспокоенно уставились Алим с Игнатом, сопровождающие меня в поездке.

– Времени у нас до вечера. Домой, – скомандовала водителю и протянула братьям записку. – Можете узнать, где это?

Алим взглянул на бумажку и задумался. После достал ящичек магической почты и отправил несколько сообщений, ответы на которые поступили минут через пять. Паромобиль в это время на бешеной скорости летел к особняку.

– Нужна карта, – ашкеназец потер лоб и вздохнул, –  я насчитал десяток мест с похожим названием. Поскольку мы ограничены во времени, нельзя ошибиться с выбором.

Не дожидаясь, пока машина доедет до пункта назначения, схватила обоих братьев за руки и утянула в открытую тропу. У Игната люди с утра дожидались приказов в боевой готовности. Алим тоже не сидел сложа руки. Проанализировав ситуацию в Киржаче, потребовал у Полозьевых пространственных меток и разослал их по всей империи. Теперь достаточно было связаться с юридическим домом Кальмана и предупредить о скором визите, как специальный человек размещал метку в укромном месте и организовывал встречу.

– Здесь! – Алим ткнул пальцем в восточную оконечность великого Владимирского княжества на карте. – Знаменский храм светочей и при нем богадельня. Она не входит в храмовый комплекс, и в то же время находится под защитой жрецов. Неподалеку по берегу Клязьмы разрослось поселение, которое как раз называют «Знаменской слободой». Я уже написал господину Виерману, возглавляющему контору Кальмана в Гороховце. Как ответит, можем выдвигаться.