Мелани Морлэнд – Это Началось с Поцелуя (ЛП) (страница 16)

— Наверно. Мне до сих пор плохо, когда я думаю о том, как порой вел себя.

— Я уверена, что твои родители все понимают.

— Они, особенно мама, были очень терпеливы. Она всегда была рядом со мной. Когда мне было восемь лет, в конце сезона, мой отец получил сильную травму. Он повредил колено и был вынужден уйти в отставку — это была завершающая карьеру травма.

— Как ужасно!

— И да, и нет. Некоторое время он был расстроен, но ему нравилось быть дома. Он нашел хорошую работу в уважаемой фирме и работает там с тех пор. Мне нравилось, что он был рядом, ну, всем нам, но я действительно любил это. Я успокоился и вскоре нашел свое место в жизни.

— Твой отец никогда не хотел, чтобы ты стал спортсменом, как он?

Он покачал головой.

— Нет. Я люблю спорт, и с удовольствием играл в школе, но у меня никогда не было такого драйва, как у него. Позже он признался, что рад этому.

— Почему?

Даниэль помолчал, выглядя печальным.

— Его тело старше своих лет. Он немного прихрамывает из-за колена, бедра причиняют ему боль, и мизинец на левой руке так часто был сломан, что торчит под прямым углом. Профессиональный спорт — это тяжело для организма.

— О боже.

— Мы вместе над этим работаем, и он посещает терапевтов. Он пытается двигаться дальше и заботиться о себе. Некоторые новые технологии хорошо ему помогают. Видя, как это повлияло на него, я рад, что застрял с животными. — Он подмигнул мне. — Поднимать кошек, собак, и случайных лесных Спрайтов гораздо легче для тела, чем трехсотфунтовый человек, постоянно пытающийся повалить вас на твердую землю (пп-речь идет об американском футболе).

Я засмеялась над его аналогией.

— Как твои родители познакомились?

— Мама пошла на футбол с друзьями. Она немного знала о спорте, и после того, как игра закончилась, они столкнулись с игроками в баре. Она понятия не имела, кто он и не обращала на него внимания. Но отец заметил ее, и к концу вечера, они были парой.

— Похоже в твоей семье спонтанность частое явление.

Он улыбнулся.

— Мой папа всегда говорит: «Ты знаешь, когда знаешь». — Его улыбка стала шире. — Теперь я должен признаться ему, что он был прав.

Не в силах сопротивляться, я заразилась его энтузиазмом.

— Расскажи мне о своей практике?

— Мы с моим зятем управляем клиникой. Он специализируется на сельскохозяйственных животных, в то время как я занимаюсь домашними.

— Это делает вашу практику разнообразной.

Он кивнул, делая последний глоток бренди, который потягивал.

— Я познакомился со Стивеном в школе. Мы быстро подружились, и я пригласил его домой на очередных выходных. — Он усмехнулся при этом воспоминании. — Моим родителям он понравился сразу, но с Кейтлин они не поладили.

— Правда?

— Они оба, похоже, не соглашались во всем — все выходные. После обеда в субботу вечером, они вступили в жаркие дебаты по некоторым вопросам экологии. Наблюдая за ними со стороны, казалось, их спор напоминал пинг-понг. Это было хуже, чем борьба двух кошек, и в какой-то момент я думал, что мне придется их разнимать. Я был уверен, что это его единственный визит ко мне домой.

— Очевидно, они справились с этим.

— На обратном пути на учебу я извинился, но он посмотрел на меня так, будто я сошел с ума и сказал мне, что он еще никогда не проводил выходные так хорошо. Ему нравилось не соглашаться с Кейтлин. Когда мы вернулись в кампус, он отправился в библиотеку и откопал еще больше информации. Они писали друг другу несколько недель, доказывая. Наконец, Кейтлин призналась, что он был прав, а он сообщил ей, что она должна ему свидание. С тех пор они вместе.

— Вау. Какая история.

— Они дополняют друг друга. Она очень общительная, а он очень спокойный. Во время спора, который у них случился первый раз, я впервые видел Стивена взбешенным. — Даниэль усмехнулся. — Она — единственный человек по сей день, кто может это сделать.

— Таким образом, между ними сразу возникла некая связь.

— Я полагаю. — Он погладил мою щеку своими длинными пальцами, легким прикосновением принося с собой столько тепла. — Не такая как у нас.

Ранее за ужином мы поделились своими историями, как мы оказались в этой студии сегодня. Я сделала это в качестве одолжения Бэт, в то время как он должен был сделать это, потому что проиграл пари. Я смеялась, когда Даниэль рассказывал о пари, которые они с Кейтлин заключают все время. Он скривил лицо, описывая поедание им кровяной колбасы, и как смешно было смотреть на пьющую острый соус Кейтлин, а потом она бегала по кругу, обдувая лицо руками и хватала ртом воздух, в попытке охладить рот. Я фыркнула, когда он рассказал мне, что однажды вынужден был носить платье в клинике, включая туфли на каблуках. Над своими проигрышами он смеялся так же сильно, как и ее. Они явно были очень близки.

— Думаю, что вечно буду благодарен за это проигранное пари, — сказал он. — На самом деле я выиграл, очень сильно. Я познакомился с тобой.

Я не была уверена, как описать нашу связь, но она была там, живая, дышащая между нами — пульсировала и окружала нас.

Даниэль поцеловал меня, его губы были мягкими и нежными. Мы, не отрываясь, смотрели друг на друга, и я почувствовала, как мои щеки краснеют под его взглядом. С ухмылкой, он схватил последний кекс с тарелки и откинулся на спинку кресла.

Он продолжил рассказывать, как сейчас Кейтлин управляет клиникой, занимается документами, и вместе они содержат конюшню. Втроем они создали отличную команду, и каждый из них привносит в дело свою силу.

Наблюдение за ним, рассказывающим о своих родителях, сестре, и пациентах, было вдохновляющим. Когда он говорил о своей любимой племяннице, Хлое, дочери Кейтлин и Стивена, его глаза и голос были наполнены нежностью. Любовь буквально волнами исходила от него, когда он обсуждал самых дорогих людей.

Его голос был спокойным, когда он спросил:

— Ты хочешь детей?

— Да.

Он обернул свою руку вокруг моей и сжал ее.

— Хорошо. Это хорошо.

Еще одна из тех странных, молчаливых бесед протекала между нами.

Я хочу их с тобой.

Я сделала глубокий вдох.

— Я не могу поверить… — я запнулась.

Он притянул меня к себе на колени, заправляя пряди волос мне за ухо ласковым жестом.

— Спроси меня, — умолял он.

— Почему ты все еще не занят? Нет жены и полного дома детишек? Ты слишком хорош, чтобы этого не было.

Не говоря уже о том, как офигительно сексуален.

Я фыркнула и вздохнула.

— А как ты целуешься? Я имею в виду действительно, почему ты все еще один? — Потом, поняв, что я ляпнула, захлопнула рот.

Даниэль обхватил мое лицо, притягивая ближе, и поцеловал. Крошечные, легкие прикосновения его губ.

— Я могу спросить тебя о том же, — пробормотал он. — Как, черт возьми, мне так повезло встретиться с тобой сегодня? Я знаю, ты сказала, что редко ходишь на свидания, но я все еще не могу поверить.

— У меня никогда не было серьезных отношений, или даже особенно долгих. — Я пожала плечами. — Помимо очевидного, я думаю, что может быть слишком скучна. Я всегда была застенчивой, прилежной девочкой, легко пройти мимо.

— Очевидного? Что это значит?

Я играла со своими волосами, держа прядь для его осмотра.

— Я странно выгляжу. Мои глаза и волосы настолько светлые, что я почти похожа на альбиноса. Единственный цвет на моем лице — это адские веснушки, от которых я не могу избавиться. Я всегда знала, что не красавица, или даже не нормально выгляжу, так мне говорили, но…

Он опустил руки и сжал мои бедра.

— Подожди. Странно выглядишь? Кто тебе такое сказал?

Я пожала плечами.

— Я слышала это всю свою жизнь.

— Откуда? Не от родителей, конечно.