Мехтильда Глейзер – Книжные странники [Die Buchspringer] (страница 45)

– Или потому что осознала, что это очень дурная затея.

– Да ну? – воскликнула Бетси. – Думаешь, лучше, чтобы книжные странники вообще прекратили существование?

– О чем ты?

– Ваш клан потерял былое богатство. Вы банкроты. По-твоему, во сколько обходится сотни лет торчать на острове, просто занимаясь чтением? Семья долгое время не нуждалась в деньгах, но теперь вы на мели. После того как ваш замок сгорел и пришлось построить новый дом, дела у вас резко пошатнулись. У нас, кстати, похожая ситуация. Мы с твоей бабушкой хотели обезопасить будущее кланов и слегка пополнить ваши счета, да и моему отцу чего-нибудь подкинуть. Чтобы остаться здесь, продолжить странствия и дальше заботиться о судьбе книг, Эми.

Я уставилась на Бетси. Я и сама давно задумывалась: а не вредят ли литературе наши путешествия? Но бабушка с Бетси поступили просто возмутительно!

– Нельзя вот так взять и воспользоваться книжным миром. Хорошо, что вы вернули украденное, – заявила я.

Бетси фыркнула и откинулась к краю трюмо.

Ряды баночек и тюбиков, громоздившихся там, зашатались и зазвенели.

Только сейчас я поняла, что мы, наверное, в ее комнате. Она казалась куда более обжитой, чем остальные помещения в замке Макалистеров. Рядом с кроватью высилась гора книг, не влезающих в шкаф, а на тумбочке стояла фотография женщины в небесно-голубом летнем платье, похожей на Бетси как две капли воды.

– Мне казалось, литература для тебя важнее всего, – вздохнула я. – Уилл сказал, ты сделаешь все, чтобы защитить ее.

– По-твоему, лучше, чтобы мы покинули Штормсей? – сказала Бетси глухо. – Да, рано или поздно до этого дойдет, Эми. Тогда настанет конец всему, что наши кланы создали за многие столетия. И мы больше не сможем прыгать в книги!

Я пожала плечами. Сейчас неподходящее время, чтобы рассказывать Бетси о моем даре. В эту минуту финансовое положение наших семей совсем не главная наша забота, все-таки бабушку чуть не убили. Может быть, она сейчас борется за свою жизнь.

– Если сокровища снова на месте, зачем бабушка пошла туда прошлой ночью? – Я вернулась к теме, и Бетси снова побледнела.

– Это я виновата, – опустив голову, сказала она. – Я попросила леди Мэйред еще раз встретиться со мной в каменном кольце. Нам нельзя отрекаться от Штормсея и Тайной библиотеки, они – мой дом! Потому я и хотела ее переубедить, хотела взять хотя бы немного золота из сказок. Но она… не пришла.

Я кивнула:

– Потому что ее остановили.

– Да. – Бетси опустила глаза.

Ближе к полудню мы с Уиллом прибыли в книжный мир и по выражению лица Вертера поняли, что там опять что-то стряслось. В «Чернильнице» мы обменялись новостями. Похоже, Принцесса на славу использовала ночь, не только ранив бабушку, но и заполучив новые идеи. Ведь совсем недавно, как рассказал Вертер, из «Грозового перевала» исчезло зло. Он поведал, как невыносимо милы, вежливы и нисколько не мстительны стали вдруг персонажи этой книги. По сути, там вообще пропал весь сюжет.

Мы долго обсуждали наши предположения. Теперь Принцессе не хватает лишь одной идеи. Но какой? Что за книгу она решит ограбить? Вчера ни Уилл, ни я не выяснили ничего нового о сожженной сказке. Мы только узнали, что речь там идет о Рыцаре, которого Принцесса послала победить Чудовище и который в конце умер. Теперь же стало известно, что и Рыцарь, и Принцесса избежали огня. Оба живы и находятся на Штормсее.

– А как насчет Чудовища? – спросил Уилл. – Если оно сгорело вместе с манускриптом, не понадобится ли Принцессе новое?

Вертер задумчиво покачал головой.

– Возможно, – согласился он. – Досадно только, что в литературе и без того полно жутких существ.

– Да, но Принцесса будет искать произведения, в которых чудовища играют важную роль. Она ведь крадет изначальные идеи, – напомнила я.

И еще полчаса мы ломали голову над тем, какой монстр и какой роман могут подойти Принцессе. Чем больше страшных книг мы перечисляли, тем сильнее пугался Вертер, ведь в них придется побывать, чтобы опередить Принцессу, как мы сделали в «Превращении». Однако молодой человек пообещал расспросить всех знакомых и сообщить новые сведения, если они появятся.

Мы с Уиллом поспешили во внешний мир, чтобы продолжить поиски Принцессы. Рыская по болоту, мы время от времени читали первую страницу «Питера Пэна», на которой Вертер должен был объявить тревогу, если случится что-то необычное.

Сегодня и болото, и весь Штормсей казались пустыннее, чем обычно. Возможно, потому, что мистер Стивенс и Алекса все еще оставались с бабушкой в больнице. Или потому, что ранним вечером начало лить как из ведра, потоки дождя окутали окрестности непроглядной серой мглой, и все кусты походили один на другой.

В такую погоду невозможно найти того, кто не хочет найтись. Мы с Уиллом мгновенно промокли до нитки, и пришлось признать, что продолжать поиски нет смысла. Поэтому решили вернуться. Мы почти подошли к его хижине, как вдруг кто-то выступил из стены дождя нам навстречу. Я чуть не вскрикнула от испуга.

Это оказалась не Принцесса – намного выше ростом, да и плечи гораздо шире. Голубой комбинезон и футболка с поблекшим рисунком, пух на щеках блестит как растрепанный мокрый мех. Узкие, близко поставленные глазки остановились на мне.

– Эми, – сказал Брок.

Я впервые услышала от него что-то, кроме цифр. Он протянул мне свою огромную ручищу. Я хотела было пожать ее, но вдруг поняла, что он держит ключ. Большой и ржавый.

– От чего ключ?

– От нее, – сказал Брок, взял меня за руку и положил ключ на ладонь. Тот оказался тяжелее, чем казалось.

– Ключ?

Брок кивнул:

– Ключ, Эми, Принцесса, Рыцарь… Осторожно! – предупредил Брок.

– Что ты имеешь в виду? Ты знаешь, где Принцесса?

Брок взял меня за плечи и притянул к себе, так что его нос чуть не коснулся моего.

– Осторожно, – уже шепотом повторил он.

Брок отпустил меня, еще раз указал на ключ и кивнул мне. Прежде чем я успела что-либо ответить, он повернулся и растворился в серой мгле.

Мы с Уиллом, открыв рты, переглянулись.

– Что это было? – спросила я.

Те места на руках, которые сжимал Брок, болели.

Уилл пожал плечами:

– Не знаю. Но ключ выглядит знакомым. Я, кажется, знаю, для чего он. – Он убрал со лба влажную прядь. – Пойдем!

– Куда?

– В замок.

Мы повернулись спиной к хижине Уилла, до которой не дошли всего-то несколько метров, и бок о бок стали продираться сквозь непогоду. Из-за сильного ветра дождь падал почти параллельно земле, ледяные капли хлестали меня по лицу. Но какая разница! Ключ – это надежда. Он приведет к двери, а за той дверью обнаружится частица правды. Так и должно быть.

Мы добрались до замка Макалистеров и пошлепали по коридорам. Уилл уверенно направился в старинную кухню, где когда-то готовили на открытом огне. Там он распахнул источенную червем дверь, за которой показалась винтовая лестница. Нас обдало запахом гнили и ледяным холодом. Мы сошли по стертым ступеням в глубокие подземелья. Там, в темницах, как я вскоре догадалась, в былые времена держали в плену многих моих предков.

Чем глубже мы спускались, тем уже становились туннели, ведущие через скалу под замком. Сюда не провели электричества, у нас был только фонарик Уилла, свет которого плясал на почерневших от копоти камнях. Стены казались толстыми, но шум моря все равно долетал сюда, напомнив мне о пляже, мимо которого мы шли вчера. Нам то и дело попадались зарешеченные двери и окна, камеры, находящиеся за ними, тонули в полной темноте. Замки были большие и ржавые. И ключ к ним не подходил.

Уилл осветил одну за другой каждую из темниц. Никого внутри.

Зачем Макалистерам столько камер? Свет фонарика скользнул по куче странных инструментов, и у меня по спине побежали мурашки. Блеснули какие-то зазубрины, острые, способные причинить немыслимую боль. Это были приспособления для пыток.

Я нащупала руку Уилла и прижалась к нему. Туннель стал таким низким, что нам пришлось нагнуться, но мы упрямо шли дальше, и наконец за каким-то поворотом вдруг посветлело. Кто-то зажег факелы, воткнутые в крепления на стене. Огонь потрескивал, отбрасывая в последнюю из темниц трепещущий свет.

Последняя камера не пустовала.

На узкой койке сжалась девочка в разорванном платье, закутавшаяся в волосы, как в одеяло. Свет факелов отражался в ее темных глазах. Выходит, Брок сделал то, что мы только пытались. Он поймал Принцессу. Я заранее знала – ключ подойдет к этой темнице.

Едва увидев ребенка, Уилл уронил фонарик. Плечи у него так и заходили ходуном, он так сильно сжал челюсти, что клацнул зубами. Звук разнесся вокруг, у меня чуть волосы не встали дыбом. Принцесса даже не моргнула.

На миг мне показалось, что Уилл бросится на дверь камеры, станет трясти решетку и орать на Принцессу. Почему она сделала это с Холмсом? Но он овладел собой и на удивление спокойно подошел к решетке.

– Дай мне ключ, Эми, – тихо сказал он дрожащим от напряжения голосом.

Металл нагрелся в моей руке. Я провела пальцем по ржавой бороздке, вспомнила о бабушке в луже крови, о хаосе в книжном мире и об искаженных сюжетах, а еще о том, что эта девочка пыталась меня убить. Сунула ключ в карман и выдохнула:

– Нет.

Уилл вопросительно посмотрел на меня.

– Сидя за решеткой, она не может причинить вреда, – объяснила я. – А у нас будет время все спокойно обдумать…