Мехтап Фырат – Полярная звезда (страница 38)
– Ниса, у тебя кровь. – Гекче попыталась приложить к моему колену влажную салфетку, но я отпрянула, не дав ей этого сделать.
– Все в порядке, не волнуйся.
Хотя я видела, что она не поверила моим словам, настаивать Гекче не стала. Не ей стоило проявлять заботу обо мне, но та, кто обычно делала это, лишь стояла в стороне и наблюдала.
– Ладно, повеселитесь все. – Огуз последовал за мной, когда я отправилась к выходу из зала. Я не стала возражать и позволила ему пойти со мной. Когда я посмотрела на Сенем перед выходом из зала, она отвернулась. Что стало с моей подругой?
Когда Огуз взял кардиган в руки и помог мне одеться, Седат, куривший на крыльце, осмотрел меня с головы до ног.
– Пожалуйста, не спрашивай ни о чем, Седат. Я просто хочу домой. – Должно быть, он уловил обиду в моем голосе, так как сел за руль, ничего не сказав. – Спасибо, – протянула я руку Огузу, когда он открыл дверцу, чтобы я забралась на заднее сиденье. Это значило больше, чем просто благодарность. Он был рядом со мной, несмотря на наше ужасное знакомство.
Хотя Седат задал несколько вопросов по дороге, я оставила их без ответа. Чувствовала себя слишком усталой, чтобы говорить.
После возвращения домой я долго не могла прийти в себя. Демир совершил сегодня немыслимое. Я так много плакала, что вся косметика тети Эсмы расплылась по лицу, и я стала похожа на панду. Распустила стягивающую голову косу и постаралась аккуратно, чтобы не порвать и не пренебречь памятью Гюлькан, платье. Носить одежду мертвого человека – плохая примета. Поэтому все так вышло сегодня.
Мне повезло, что дядя Деврим и тетя Эсма спали, когда я вернулась. Если бы они встретили меня, не знаю, как бы рассказала им о случившемся. Кровь на колене засохла. Я чувствовала себя так, как будто меня пронзили ножом. Я только начала смягчаться по отношению к Демиру. Как раз собиралась отбросить предрассудки, но он разрушил все своими словами.
Как он мог сказать мне такое? Как мог парень сказать такое незнакомой девушке? Демир уничтожил все хорошее, что было во мне по отношению к нему. Когда вспоминала его слова, мои глаза горели и я снова начинала плакать. Тот момент снова вставал перед глазами, я закрывала лицо руками и пыталась стереть его из памяти, но не получалось. Легче не становилось. Я просто сходила с ума.
Когда дверь в комнату медленно открылась, я подняла голову и вытерла глаза, чтобы посмотреть, кто пришел. Сенем закрыла дверь и встала, грустная, посреди комнаты. Я вспомнила, что именно она разочаровала меня больше всего. Подруга решила остаться с ними вместо того, чтобы поддержать меня.
– Что случилось, Ниса?
Я усмехнулась ее вопросу. Она действительно решила спросить об этом сейчас?
– Почему бы тебе не пойти и не спросить у своих дорогих друзей, я уверена, что у них есть ответ.
Мои слова прозвучали так гневно, я еле контролировала себя.
– Почему ты ударила Демира?
– Потому что он это заслужил. – Я поднялась на кровати.
– Разве это не нелепо? Сначала ты танцевала с ним, а потом дала пощечину.
Она осуждала меня. После всех этих лет дружбы она осуждала меня из-за этого парня.
– Я не собиралась танцевать с ним.
– Даже если не хотела, ты прекрасно провела время.
Как она могла сказать такое? Я пережила самое отвратительное унижение, но Сенем упорно не замечала этого. Ее одержимость Демиром просто ослепила ее.
– Я не могу понять, что ты пытаешься сделать, Сенем? Ты стала совсем другой после того, как мы приехали сюда. – Я отбросила самоконтроль и подошла к ней. – Это из-за того, что я танцевала с Демиром? Это тебя так расстроило? Или то, что после он получил пощечину? – спросила я, и подруга отвела взгляд.
– Почти все на вечеринке спрашивали, почему, несмотря на то что Демир заинтересован тобой, я не могу уговорить тебя проводить время с нами. Думаешь, мне было приятно это слышать?
– Тогда я заставлю их замолчать! – Когда я двинулась к двери, не обращая на Сенем внимания, она взяла меня за руку и снова развернула к себе.
– В этом-то и проблема! Ты не можешь заставить их замолчать, Ниса! Не можешь! Это уже не исправить!
Глаза Сенем наполнились слезами, и я поняла, что есть что-то, чего я не знаю. Подруга была зла, но я не знала причины ее гнева. Может быть, она злилась на всех. Вынув заколки из волос и оставив их на прикроватной тумбочке, она глубоко вздохнула и снова встала передо мной.
– Слушай, я уже не знаю, что и думать, Ниса. Это ты демонстрировала с момента приезда свое недовольство. Разве это то, что заслужили господин Деврим и госпожа Эсма за то, что сделали для нас?
Хотя я понимала, почему это ее расстраивает, знала, что Сенем злится не только из-за этого.
– Я хочу, чтобы ты была со мной, но ты отказываешься. Я говорю, давай пойдем на вечеринку, давай познакомимся с людьми, ты снова отказываешься, но потом внезапно появляешься и все портишь. Что ты пыталась сделать, Ниса? Какую преследовала цель? Поздравляю. Ты – звезда сегодняшнего вечера.
– Ты говоришь о том, чего не знаешь.
– Ты тоже не все знаешь. Мы больше не в детском доме. Мы выбрали себе совершенно новую жизнь, чтобы начать ее с чистого листа. Мы начали все заново. Вбей это себе в голову и перестань заставлять меня сомневаться в моих решениях!
Это был переломный момент в нашей дружбе. У Сенем все менялось, и мое поведение все портило.
– В каких решениях? – прошептала я, и она взяла заколки с тумбочки и направилась к двери. Прежде чем выйти из комнаты, Сенем остановилась и, не поворачиваясь, сказала:
– Ты сама все понимаешь.
Глава 12
Когда кто-то рядом с вами всю жизнь, что бы между вами ни происходило, держитесь вместе. Этот человек может ошибаться, но это не имеет значения в сравнении с той прочной связью, что существует между вами. Вы – поддержка и опора. Что бы ни случилось, вы должны защищать друг друга.
Прошло пять дней с той ужасной праздничной ночи, и за все это время Сенем не сказала мне ни слова.
Мы избегали друг друга, не говоря уже о том, чтобы проводить время вместе. Впервые мы так отдалились, и эта размолвка стала трещиной в нашей дружбе. Когда мы жили в приюте, то не могли и пяти минут провести порознь.
На этот раз все вышло по-другому. Все эти новые люди вокруг вредили нашей дружбе. Я по-прежнему принимала Сенем такой, какая она есть, но она отдалилась от меня после первой же крупной ссоры. Я чувствовала себя, будто преступник, которого приговорили к казни, не дав шанса объясниться. В ту ночь я не удержалась и дала наглому парню пощечину, защищая свою честь. Это стало поводом для ссоры, и теперь каждый раз, когда я думала об этом, злое лицо Сенем стояло перед моими глазами.
«Перестань заставлять меня сомневаться в моих решениях!»
Может быть, она пожалела о том, что уговорила дядю Деврима и тетю Эсму забрать меня. Может быть, поняла, что ошиблась. Может быть, хотела, чтобы я никогда не приходила сюда.
Я не могла так дальше. Тоска по Сенем захлестывала. Но я чувствовала и обиду. Она поступила со мной очень несправедливо. Часть меня пыталась понять ее, осознать, что у подруги были причины так поступить. Но другая часть меня знала, что я делала все ради Сенем. Вот почему я злилась все больше и больше. Из-за своего интереса к Демиру она обижалась на меня. И я ничего не могла поделать.
Демир… Имя этого парня заставляло содрогаться. Но я никогда не смогла бы начать хорошо к нему относиться после того, что он сделал. Демир сам заставил меня испытывать к нему лишь отвращение.
Я не хотела признавать этого, но не могла отрицать. Я понятия не имела, как ему это удалось, но меня влекло к нему, хоть я и злилась. Дрожала, когда он оказывался рядом, вздрагивала, когда слышала его имя. Я не помнила, чтобы испытывала что-то подобное раньше, но этому следовало закончиться как можно скорее.
Члены нашей семьи, даже Зехра и Седат, заметили напряжение между мной и Сенем. И, хотя тетя Эсма несколько раз пыталась узнать о его причинах, мы сказали ей, что не хотим никого впутывать в это дело. Конечно, они не сразу оставили нас в покое, только после того, как дядя Деврим понял, что это действительно серьезно, и вмешался, она отступила.
Если дома мы все время сталкивались, то в школе все было наоборот. Мне даже не хотелось выходить из класса на переменах, я просто мечтала, чтобы уроки закончились как можно скорее и можно было пойти домой, потому что почти все вокруг обсуждали, что я дала Демиру пощечину в ночь вечеринки. Как бы мне ни хотелось сказать им, что он заслужил это, я предпочла промолчать. Надеялась, что так сплетни стихнут быстрее. Айбюке в последние дни так недобро смотрела на меня, что я начала бояться ее. Гекче сказала, что она ведет себя так из-за моего танца с Демиром. Демир никогда раньше не танцевал ни с кем из школы, и я стала исключением из этого правила. Вот так удача!
У Седата сегодня был выходной, так что дядя Деврим собирался отвезти нас в школу. Когда он встал из-за стола после завтрака, мы с Сенем тоже поднялись со своих мест. Но мы почти ничего не съели – из-за всего происходящего у нас не было аппетита.
Сенем вышла, прихватив свою сумку, тетя Эсма и дядя Деврим выжидающе посмотрели на меня. Но я последовала за Сенем, ничего не сказав.