Мехтап Фырат – Полярная звезда (страница 40)
– Удивительно, но это первый раз, когда Бахар разговаривает с кем-то с участием. – Я почувствовала сарказм в голосе Гекче, но продолжила наблюдать за ними, не придав этому значения. Когда я внимательно посмотрела на Сенем, то поняла, что ее глаза полны слез. Может, я и избегала ее, но я не могла не заметить, как ей больно.
– Что-то не так, Гекче. Мне нужно пойти и выяснить, что случилось.
Когда я уже собиралась пойти к Сенем, Гекче помешала мне, схватив за руку.
– Пойдем, Ниса. Возможно, в их классе какие-то проблемы. Может быть, это домашняя работа. Забудь об этом, пойдем.
– Но… – я попыталась возразить, а Гекче нахмурилась, заставив меня замолчать.
– Ниса, послушай, я не хочу, чтобы ты сердилась на меня. Знаю, что ты хочешь защитить сестру, но я видела то, что произошло в ночь вечеринки. Пока она совсем не заботится о тебе, ты должна делать то же самое. Ты не можешь всегда быть рядом с ней.
Гекче была права, но я знала, что мыслями останусь с Сенем. Я могла злиться и обижаться на нее больше, чем на кого-либо другого, но она оставалась моей подругой на протяжении стольких лет и сейчас нуждалась во мне.
– Я не могу не думать о ней.
– Знаю, поэтому постараюсь тебя отвлечь.
Гекче схватила меня за руку и потащила в сторону класса. Я обернулась и в последний раз посмотрела на Сенем. Сенем столкнулась с Огузом, но ничего не сказала.
– Все в порядке, блондинка! – насмешливо крикнул Огуз ей вслед.
Когда я вошла в класс и Гекче усадила меня за парту, я продолжила думать о Сенем.
– Что-то случилось с Сенем, – пробормотала я, и она тут же подошла, села рядом со мной и прижала меня к спинке стула, чтобы я не двигалась.
– Если это случилось, значит, случилось. Отпусти.
Я невольно потянула ногти ко рту, и Гекче ударила меня по руке, чтобы я не грызла их. Она сказала, что мне стоит прекратить волноваться. Я ритмично застучала ногами по полу, а Гекче отвернулась и заговорила с Каном. В класс вошел Огуз и повесил куртку напротив нашей парты.
Он прервал разговор Гекче и Кана, коснувшись ее плеча, и сказал:
– Гекче, почему бы тебе не сесть сзади? – Он собирался сесть со мной. – Мне нужно задать партнеру по биологии несколько вопросов по домашнему заданию, – продолжил Огуз. Мы с Гекче удивленно посмотрели на него. – Ну же, давай, Гекче, – сказал он, и та встала и пересела к Кану. Огуз сел рядом, продолжая смотреть на меня. Это было очень странно.
– Ты действительно собираешься спросить меня о домашнем задании? – спросила я, и юноша покачал головой, как бы говоря «нет», посмотрел мне в глаза и усмехнулся. Огуз стал сближаться со мной после той ужасной вечеринки. После того, что он сделал той ночью, я не возражала против его близости.
Он снова был одет в черное. Вместо школьной формы он всегда носил черный джемпер. Как будто черный был цветом Огуза.
– Хотел спросить, как ты себя чувствуешь? – спросил он, и я улыбнулась, но ничего не ответила, лишь перевернула страницы учебника. Огуз продолжил: – Ты в порядке?
Мне пришлось оставить книгу и ответить. Я не была против такого интереса, но хотела знать о его причинах.
– Почему ты спрашиваешь?
– Разве это преступление – волноваться за тебя? – Он вопросительно склонил голову набок.
– Нет, конечно, нет. Прости.
Пока я пыталась справиться со своим смущением, в класс вошла Айбюке. Она посмотрела на нас с ухмылкой и села за свою парту.
– Слушай, я знаю, что мы с тобой не очень хорошо начали, но сейчас я волнуюсь и хочу знать, в чем дело?
Его слова заставили меня смутиться еще сильнее.
– Я в порядке.
Огуз забрал у меня ручку, которую я крутила между пальцами, и положил на стол.
– Я не слепой. В последнее время ты очень молчаливая, сегодня ты оставила без ответа самый простой вопрос, хотя у тебя блестящие способности к математике, и ты не купила коробку фруктового сока, который всегда пьешь.
Я открыла рот от изумления.
– Что? Ты пьешь одно и то же каждый день. Я заметил это, – продолжил он, заметив мое удивление.
– Ты запомнил, какой сок я пью, хотя мы почти не разговариваем? – спросила я, и он улыбнулся.
Это была не ухмылка, а настоящая улыбка. Та, от которой появляются ямочки на щеках.
– Мне нравится абрикосовый. Он слаще.
Я кивнула и улыбнулась.
Не думаю, что мне удастся заставить тебя говорить как-то иначе. Что произошло между тобой и этим ублюдком в ночь вечеринки, Ниса?
Улыбка исчезла с лица, я почувствовала раздражение от того, что все опять свелось к этому. Я не хотела говорить о Демире ни с кем.
– Ничего.
– Я в это не верю.
– Я дала ему пощечину. Вот и все.
Я прямо сказала Огузу, что произошло, чтобы он не делал из мухи слона. Я хотела, чтобы все закончилось, но понимала, что это не так просто.
– Без причины? Не думаю. Если бы ты не остановила нас, я бы выбил из него всю дурь. – Мои глаза расширились, а Огуз продолжил: – Не смотри на меня так. Я стараюсь защищать всех в этом классе. В том числе и эту ведьму. – Огуз указал на Айбюке, сидевшую в первом ряду. Я могла понять его любопытство, но эти вопросы следовало прекратить.
– Огуз, спасибо, но эту тему я не стану обсуждать. Не дави на меня, хорошо? – Когда я закончила, он снова положил ручку между моих пальцев.
– Пусть так, но было приятно видеть, как кто-то поставил Демира на место.
Лед между нами начал таять, а мои предубеждения насчет Огуза постепенно разрушаться.
Гекче так ошеломило то, как Огуз разговаривал со мной, что она поднялась и встала прямо перед нами. Она толкнула Огуза и спросила:
– Не хочешь ли ты встать с моего места? – Тот пожал плечами, не глядя на нее.
– Не, я сегодня посижу с моим партнером по биологии, а ты иди потусуйся с Каном.
– Мальчик, ты нарываешься! – бросила Гекче с возмущением, но Огуз не обратил на нее особого внимания.
– Ты разбиваешь мне сердце, синеглазка.
Гекче снова села рядом с Каном, который что-то бормотал позади нас. Она сделала, как хотел Огуз, но весь ее вид говорил, что девушка злится.
Пока Огуз убирал сумку со стола, взгляд Гекче метался от него ко мне. Я дала ей понять, что нахожусь в таком же недоумении. Внезапная приветливость Огуза казалась мне странной не меньше, чем ей. Я не хотела, чтобы им двигало что-то, о чем я не знала, например, те же мотивы, что и у Демира. Это разочаровало бы меня.
– Ниса, почему Гекче меня не любит? – спросил Кан, и я краем глаза проследила за выражением лица Гекче. Она злилась. Если бы Кан продолжил болтать нелепицы, ему бы досталось.
– Не знаю. Почему бы тебе не спросить ее?
– Я бы спросил, но она не хочет говорить. Нет, я не понимаю. Говорю ей, что влюблен, что готов следовать за ней куда угодно, а она лишь отвечает: «Заткнись, Кан». Я говорю, что собираюсь жениться, хочу сделать ей предложение, а она говорит: «Поищи кого-нибудь другого, Кан». Клянусь, эта девушка совсем не понимает, что такое любовь!
Гекче вдруг вышла из себя и бросила бутылку с водой в Кана, но тот ловко поймал ее и послал в ответ воздушный поцелуй.
Когда мы пошли обедать, Кан и Огуз последовали за нами, и мы все сели за один стол. Кан и Гекче препирались друг с другом, а мы с Огузом со смехом наблюдали за ними. Когда я спросила, почему он так задирает Гекче, Кан ответил:
– Она мне просто нравится. Что я могу сделать?
Об истинной причине я узнала гораздо позже. Оказалось, что Гекче не помогла Кану на экзамене по физике, который мы недавно сдавали, и Кан решил ей отомстить.
– Посмотри на меня. Если ты еще раз скажешь какую-нибудь глупость, я вырву тебе язык, – пригрозила Гекче, но Кан проигнорировал ее и скорчил гримасу.
– Не сердись, синеглазка.
Гекче попыталась толкнуть Кана, но он притянул ее к себе и ласково погладил по волосам. Хотя я пока не могла понять, какие между ними отношения, Кан открыто выражал свои чувства.
В кафетерии становилось все больше и больше народу, и я не могла разглядеть Сенем в толпе. Дамла сидела с девушками из их компании, но Сенем нигде не было видно. Я встала со стула, отбросив мысли о том, что меня ничто не должно волновать. Я собиралась найти ее и выяснить, что с ней не так.
– Я беспокоюсь о Сенем, Гекче. Она не пришла на обед. – Гекче подняла на меня глаза. Когда она уже собиралась открыть рот, я остановила ее: – Я скоро вернусь, обещаю.