Мэгги Стивотер – Синяя лилия, лиловая Блу (ЛП) (страница 14)

— Ноа, — предупредила Блу. У неё закружилась голова, так как Ноа отбирал её энергию. Она уловила струйку, как ни странно, запаха старого ковра в кабинете школьного консультанта, а затем живой, зеленый запах Энергетического пузыря. — Это не ты!

Ветряной вихрь всё ещё усиливался, хлопая бумагами и опрокидывая стопки книг. Псина лаяла из-за закрытой двери старой комнаты Ноа. Мурашки поползли по коже Блу, и её конечности отяжелели.

— Ноа, перестань, — произнёс Гэнси.

Но он не перестал. Дверь затрещала.

Блу сказала:

— Ноа, теперь я прошу тебя.

Его не заботило, или там не было достаточно Ноа, чтобы заботиться.

Стоя на шатких ногах, Блу начала использовать все защитные образы, которым обучила её мама. Она представила себя внутри небьющегося стеклянного шара; она  видела все, но никто не мог её коснуться. Она представила белый свет, пронзающий  грозовые облака, крышу, темноту Ноа, отыскивающий Блу, покрывающий её бронёй.

Затем она выдернула вилку из розетки, которой была Блу Сарджент.

Комната затихла. Бумаги улеглись. Свет ещё раз моргнул и укрепился. Она услышала тихий всхлип, а потом абсолютную тишину.

Гэнси выглядел шокированным.

Ноа сидел в центре комнаты, бумаги вокруг него, мятные пластинки запачкались от его рук. Он весь сгорбился, тени не было, его фигура была худощавой, испещрённой полосами и едва видимой. Он снова плакал.

Очень тихим голосом он обратился к Блу:

— Ты говорила, я могу пользоваться твоей энергией.

Она встала на колени напротив него. Ей хотелось его обнять, но его на самом деле там не было. Без её энергии он был тонким, как бумага, он был черепом, он был воздухом в форме Ноа.

— Не так.

Он прошептал:

— Прости меня.

— И ты меня.

Он закрыл лицо, а затем исчез.

Гэнси произнёс:

— Это было впечатляюще, Джейн.

Глава 8

В тот вечер Блу откинулась на ствол раскидистого бука на своем заднем дворе, её глаза считали звезды, а пальцы прикасались к холодной гладкой коре одного из корней. Свет кухни, проникающий через раздвижные двери, казался далёким.

«Это был впечатляюще, Джейн».

Хотя Блу прекрасно осознавала положительные эффекты от своих способностей, она, по правде говоря, никогда не задумывалась об их изнанке. И, тем не менее, Ноа разнёс бы Фабрику Монмаут, если бы она не отрезала себя от него.

Сквозь буковые листья подмигивали звёзды. Она где-то прочла, что новые звезды формируются парами. Бинарные звезды, движущиеся по кругу в непосредственной близости друг от друга, становятся одиночными только тогда, когда их партнер сталкивается с другой парой бешено вращающихся новых звезд. Если она притворялась достаточно сильно, то могла видеть множество пар, цепляющихся друг за друга в разрушительной и созидательной гравитации своих созвездий.

Впечатляюще.

Возможно, она была немного под впечатлением. Не из-за отключения мёртвого мальчика - это казалось грустным, здесь нечем хвастаться. А из-за того, что сегодня она узнала кое-что про себя, а она считала, что ей уже давно про себя узнавать нечего.

Звезды медленно передвигались у неё над головой, множества возможностей, и впервые за долгое время она чувствовала их отражение в своем сердце.

Кайла открыла раздвижную дверь.

— Блу?

— Чего?

— Если ты закончила валять дурака на сегодня, то я бы попользовалась твоим телом, — сказала Кайла. — Мне надо заняться гаданием.

Блу приподняла брови. Мора временами просила помощи только для очень важных предсказаний, а Кайла никогда не просила. Скорее любопытство, а не повиновение притащило Блу к её ногам.

— А не поздновато? Сейчас?

— Я ведь говорю про сейчас, не так ли?

Оказавшись внутри, Кайла унеслась с гадальную и позвала Персефону столько раз, что не вытерпела Орла и проорала в ответ, дескать, люди здесь пытаются разговаривать по телефону, а Джими выкрикнула:

 — Может, я сгожусь?

Странно, но вся эта суета заставила Блу занервничать. Гадания на Фокс Вей 300 случались настолько часто, что, казалось, они осуществлялись машинально, и в них не было ничего волшебного. Но это производило впечатление хаоса. Возникло такое чувство, будто могло случиться что угодно.

В дверь позвонили.

— ПЕРСЕОФОНА, Я ЖЕ ТЕБЕ ГОВОРИЛА, — проорала Кайла. — Блу, займись дверью. Я буду в гадальной. Приведи его туда.

Когда Блу открыла входную дверь, то обнаружила стоящего в свете фасадного фонаря аглионбайского студента. Вокруг его головы порхали мотыльки. Он был одет в штаны светло-оранжевого цвета, в белые топ-сайдеры и мог похвастаться безупречной кожей и взъерошенными волосами.

Затем её глаза привыкли, и она поняла, что он был староват для воронёнка. Слегка. Сложно было представить, как это ей вообще взбрело в голову хотя бы на мгновение.

Блу сердито посмотрела на его обувь, а потом на его лицо. Несмотря на то, что всё в нем было доведено до совершенства, чтобы произвести впечатление, она нашла его не таким впечатляющим, чем могла бы ещё несколько месяцев назад.

— Ола.

— Здорово, — откликнулся он с весёлой улыбкой, полной неудивительно ровных зубов. — Я здесь, чтобы прощупать свое будущее. Полагаю, время всё ещё подходящее?

— Правильно полагаешь, морячок. Входи.

В гадальной к Кайле присоединилась Персефона. Они сидели по одну сторону от стола, словно жюри. Мужчина встал напротив них, лениво барабаня по спинке стула.

— Садитесь, — произнесла Кайла.

— На любой старый стул, — мягко добавила Персефона.

— Не на любой старый стул, — возразила Кайла. Она ткнула пальцем. — На этот.

Он сел напротив, его светлые глаза проследовали по всей комнате, как и он сам, всё его тело находилось в движении. Он был похож на человека, который доводил дела до конца. Блу не могла решить, красив он, или её дурачило его поведение, которое заставляло таковым его считать.

Он спросил:

— Итак, как это работает? Я должен вам сначала заплатить, или вы сами решаете, сколько это будет мне стоить после того, как узнаете, насколько запутанным окажется мое будущее?

— Как угодно, — сказала Персефона.

— Нет, — отрезала Кайла. — Сейчас. Пятьдесят.

Он, не злясь, расстался с деньгами.

— Могу я взять квитанцию? Деловые издержки. Кстати, там потрясающий портрет Стива Мартина. Прямо вижу, как его глаза следят за тобой по всей комнате.

— Блу, не выпишешь квитанцию? — попросила Персефона.

Блу, помедлив у двери, прошлась за визиткой, чтобы написать на ней сумму. Когда она вернулась, Персефона говорила Кайле:

— О, мы просто должны воспользоваться твоими. У меня нет своих.

— Нет своих! — недоверчиво воскликнула Кайла. — Что с ними случилось?

— Футболка Кока-Кола их забрал.

Фыркнув от всей души, Кайла достала карты таро и проинструктировала мужчину, как следует их тасовать.