Меган Миранда – Девушка, которая ушла под лед (страница 33)

Есть поступки: совершённые и несовершённые. Есть слова: сказанные и несказанные. Мной не руководит провидение. Никакого предназначения не существует. Я сама выбираю путь. И я направилась к Карсону. Я должна его спасти.

Вслед за Карсоном по узкой деревянной лесенке я спустилась в подвальный этаж. Они еще не закончили его обустраивать: одну часть с неоштукатуренными стенами из пенобетона занимали спортивные тренажеры, а в другой – стены уже зашили панелями, постелили ковры, поставили пару диванов и навесили огромный телик.

– Так, раз мне нельзя к тебе прикасаться, посидеть на диване не предлагаю, – выдал Карсон и рассмеялся, запрокинув голову. Ткнул меня в бок. – Да ладно, я шучу. Расслабься и улыбнись.

Я попыталась выдавить улыбку.

– Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь?

– Карсон, можно я задам вопрос? Помнишь, в детстве у тебя были судороги?

Он отвернулся, подошел к скамье для жима лежа.

– И ты это помнишь?

– Да, один приступ. На игровой площадке.

– Черт, они страшно изматывали. – Он лег, пододвинулся под штангу, нагруженную с обеих сторон. – Подстрахуй меня.

Я растерянно замерла. Тогда он взял мои запястья и положил их на гриф.

– На случай, если я уроню.

Он просил меня спасти его! Я вытерла потные ладони о брюки и снова вцепилась в гриф.

– Не переживай так, не уроню.

– Так, и что это было? – спросила я.

– О чем ты?

Досчитав до десяти, Карсон опустил штангу. Я держала гриф. Каждый раз, выжимая штангу, он делал мощный, громкий выдох. А я морщилась каждый раз, думая, что зря он так бездумно расходует возможность дышать.

– О судорогах.

Карсон сел, потянул руки назад, затем вперед. Остался сидеть спиной ко мне.

– Они начались, когда мне было три года. В десять лет получилось взять их под контроль. Вот и вся история. Семь лет мне подбирали лекарство: раз в несколько месяцев врачи назначали новые таблетки и наконец нашли подходящий вариант. – Он помолчал. – Работают практически безотказно.

– Ты боялся?

Карсон посмотрел на меня тяжелым взглядом, открыл было рот, но передумал и снова лег на скамью.

– А чего их бояться? – выговорил он и взялся за штангу. – От судорог, как правило, не умирают. Главное, чтобы они не начались в воде. Ну, можно еще упасть и раскроить себе череп.

Карсон попытался засмеяться, но смех вышел неестественным. Я страховала еще один подход.

– И ты должен всегда пить эти лекарства.

– Ну, один препарат я перестал принимать месяц назад – он очень влияет на концентрацию. А вдруг я на самом деле такой же умник, как Жанна? – добавил он с улыбкой.

– А ты врачу сказал, что перестал принимать лекарство?

– Да. По его мнению, я смог перерасти судороги. Такое случается.

– Почему он так решил?

– Все просто. Я отменил препарат, а судорог нет.

Не очень-то научные аргументы. Сколько времени назад его состояние начало ухудшаться? И ведь этого никто не замечает! Я последний раз видела Карсона на вечеринке у Джастина. Были ли тогда признаки? Когда появилось притяжение? И как, в конце концов, мне заставить его сходить к врачу?

Пока я обдумывала варианты, у Карсона зазвонил телефон. Прикинуться больной и попросить его отвезти меня в больницу? Там убедить доктора Логана обследовать Карсона – подумаешь, пара-тройка анализов по тысяче долларов каждый. Но Карсон говорит: от судорог не умирают. Может, причина в другом? А что, если это сердце, а от физической нагрузки ему сейчас станет хуже?

Карсон щелчком захлопнул телефон и сказал:

– Идем!

– Куда?

– К Кевину.

– Жанна сказала ждать здесь.

– Мало ли что сказала Жанна! Она моя младшая сестра. Младшая. И если бы я ее слушал, то давно бы от скуки съехал крышей. Идем. А она подъедет туда.

Я встала на лестнице, перегородив выход:

– А почему мы просто не можем подождать ее здесь?

Карсон протиснулся мимо меня:

– А смысл? Джастин уже там. Деккер с Тарой в пути.

Так, проблема решилась сама собой.

– Я не хочу туда идти.

– Да как вообще Деккеру удается заставить тебя сделать хоть что-нибудь? Я пошел. Ты, если хочешь, сиди здесь и жди Жанну. Или пойдем вместе.

Карсон почти поднялся по лестнице. Я не могла отпустить его.

– Ладно, но я за рулем.

Всю дорогу я была на грани, потому что постоянно ощущала от Карсона притяжение. Сколько я еще вытерплю? Кевин жил в единственном богатом районе нашего городка. Хотя даже район – слишком громкое слово. Так, улочка. Я вывернула на круто уходящую вверх извилистую дорогу, которая шла мимо роскошных особняков, примостившихся на склоне холма. С дороги, конечно, не понять, но из окон домов наверняка открывался великолепный вид на озеро Фалькон.

Дом Кевина был последним на улице. Дорога покрыта снегом, кое-где обледенела, повороты крутые – так что карабкаться еще минимум минут десять.

Время от времени я поглядывала на Карсона, но все же старалась не отвлекаться от дороги. Позади была четверть пути, когда вдруг что-то изменилось. Легкое притяжение, только предостерегающее об опасности, резко превратилось в назойливый зуд в самом центре мозга. Я ударила по тормозам и повернулась к Карсону.

Он дернулся вперед от резкого торможения – его бросило на ремень.

– Эй, ты чего? Сесть за руль?

Карсон улыбался, будто все было как обычно, но он прищурился и несколько раз бросил взгляд за окно.

– Что случилось?

– Ничего… А чего свет такой яркий стал?

Мы стояли посреди узкой дороги, по обеим сторонам закрытой деревьями, сквозь которые едва пробивалось солнце.

– Карсон, скажи мне: ты плохо себя чувствуешь? Тебе не кажется, что сейчас начнется судорожный припадок?

– Я же объяснил: судороги давно прекратились.

Его слова прозвучали неуверенно. И тогда я приняла решение. Выбрала, как быть и что делать. Опасно развернувшись посреди обледеневшей дороги с ограниченной видимостью, я поехала назад в город.

– Ты куда? – спросил Карсон.

А я считала в уме. Три минуты, чтобы спуститься с горы. Три минуты ехать до трассы. Десять минут до доктора Логана. Я успею. Зуд только появился. Мы справимся.

– Я везу тебя к своему врачу. Ты плохо выглядишь.

– Смешно, – сказал Карсон, но в его голосе не было возражения. Наверняка он чувствовал что-то, что заставило его согласиться и позволить спасти себя.

– Позвони Жанне. Или родителям.

Но он не слышал меня. Он вертел головой, щурился, выбросил вперед ладонь, заслонив глаза от света.