Меган Марч – Удача Дьявола (страница 39)

Фордж вытаскивает из кармана телефон, нажимает на экран и протягивает его перед собой.

— Я прямо сейчас позвоню твоему отцу и скажу ему, что сделка отменяется.

Опять же, это может быть уловкой. Я делаю шаг вперёд и беру телефон у него из рук. На экране отображается контактная информация Григория Фёдорова.

Моего отца.

Я касаюсь экрана, чтобы позвонить. Выражение лица Форджа невозмутимо, пока звонит телефон.

— Это Фёдеров.

Боже мой, это мой отец. Его голос низкий с сильным акцентом.

У меня на руках поднимаются мурашки, и я позволяю им покрыть себя. Без сомнений, он русский. Это так странно, потому что я не чувствую себя русской. Я просто чувствую себя… собой. Комок поднимается в горле, когда Фордж тянется к телефону. Знаю, что, если я позволю ему взять его, он сделает всё сказанное.

— Фордж?

Я касаюсь экрана, чтобы завершить звонок, в тоже время как пальцы Форджа касаются телефона.

— Господи, Инди, ожидание убивает меня. Ты останешься с ним или нет? — спрашивает Руччо.

— Мне это тоже интересно, — произносит София Руссо из чёрного катера, где она держит чехлы для одежды. — И не только потому, что у меня есть для вас мои новейшие образцы.

Телефон в моей руке вибрирует, и мы с Форджем встречаемся глазами. Это перезванивает мой отец. Мой отец. Причина, по которой Фордж женился на мне, но не причина, по которой он хочет, чтобы я осталась. Моя голова кричит мне бежать, но сердце умоляет схватить мужа и никогда не отпускать.

— Что ты хочешь, чтобы я ему сказал, Инди? Тебе решать.

Я делаю глубокий вдох и принимаю решение, чёрт возьми, надеясь, что с ним я смогу жить.

— Извинись за то, что случайно ему позвонил.

Фордж резко выдыхает:

— Ты не пожалеешь об этом. Клянусь могилой Исаака.

55

Фордж

Она всё ещё не доверяет мне. Это становится очевидно, когда самолёт взлетает, направляясь в Прагу.

Инди притворяется, что меня не существует, даже когда сидит напротив меня и просматривает скрепленную стопку бумаг. Она ведёт себя так с тех пор, как поблагодарила друга за то, что тот пришёл ей на помощь, и извинилась за его потраченное время. Когда он уехал, Инди провела Софию Руссо вниз по пирсу с высоко поднятой головой и расправленными плечами, будто она была чёртовой королевой.

Индия Фордж абсолютно невероятна. Близость к тому, чтобы потерять её, преподала мне важный урок. Это то, чем я больше не хочу рисковать.

Хотя я не сильно преуспел в возвращении её расслабленности. Я никогда не сталкивался с такой неловкой тишиной в нашей роскошной обстановке в конце самолёта. Голиаф, Донниган, Бейтс и Коба сидят впереди, несомненно, тоже чувствуя неловкость. Я подумывал оставить Кобу дома, но решил, что лучше буду за ним присматривать, пока не подтвержу или не опровергну свои прежние подозрения.

— Желаете выпить, сэр? Мадам? — вежливо спрашивает бортпроводница. Инди смотрит вверх.

— Кофе. Чёрный.

— Виски. Чистый. Спасибо, Моника.

Стюардесса уходит приготовить напитки, а я сосредотачиваюсь на Инди.

— Чем занимаешься?

Её внимание сфокусировано на лежащих перед ней бумагах.

— Изучаю список игроков. Пытаюсь вспомнить, с кем играла раньше. Обычно у меня больше времени на подготовку, но мне нужно это сделать.

— Я могу помочь.

Наконец-то она смотрит на меня.

— Если у тебя нет списка их бессознательных привычек, то не можешь.

Моника возвращается с нашими напитками, и я взбалтываю в стакане свой любимый винтажный виски.

— Обычно это то, что ты делаешь? Изучаешь игроков?

— Конечно, — отвечает Инди, делая глоток кофе, и вздрагивает, когда кофе попадает ей на язык. — Чёрт. Я делала флеш-карты с фотографиями и записывала всю информацию о них на обороте. Подробная информация об их детях, женах, собаках, напитках и, разумеется, обо всех их сильных и слабых сторонах за столом.

— Играй с человеком, а не в игру, — отвечаю я, поднося стакан к губам.

Когда Инди отстраняет в сторону кофейную кружку, я благодарен за то, что она даёт ему остыть, потому что мне не нравилось видеть даже этот лёгкий дискомфорт на её лице. Ага, вот где я. Ну, полный пиздец, если я не смогу вернуть её.

— Именно. Я не настолько высокомерна, чтобы думать, что у меня есть превосходные навыки в покере, которые волшебным образом создают передо мной нужные карты. Если бы у меня были такие способности, мне бы не нужно было ничего знать о человеке за столом.

Самолёт встряхивает, когда он попадает в зону турбулентности, и я опускаю виски.

— Я знаю многих людей. Испытай меня.

Инди подгибает под себя одну ногу и прикусывает зубами кончик ручки в руке.

— Пока нет. Я собираюсь разобраться с этим и обозначу всех, с кем не знакома. Тогда ты расскажешь мне то, что знаешь.

— Я в твоём распоряжении, миссис Фордж. — Я наклоняюсь вперёд со стаканом, свисающим с кончиков пальцев. — Всегда.

По крайней мере, на этой фразе она внимательно смотрит на меня, а потом полностью игнорирует до конца полёта.

56

Индия

Раньше я бывала в Праге, но при совершенно иных обстоятельствах. Для начала, я не прилетала в неё на частном самолете, который встречал внедорожник с затонированными стеклами и водителем.

Нет, тогда мы пробивались через толпу, спрыгнув с переполненного поезда. Мама сразу заблудилась, потому что не говорила по-чешски. На самом деле, дома она говорила в основном по-английски и по-немецки, но оба были дерьмовыми по сравнению с её русским, на который она переходила только, когда злилась.

Теперь для меня всё обрело смысл. Я не знаю, почему в детстве не спрашивала об этом. Наверное, потому, что я была слишком занята беспокойством о том, где мы достанем нашу следующую еду.

Почему она сбежала от моего отца? Меня мучает этот вопрос, но не время его задавать. Теперь ответ ничего не изменит. Мне нужно беспокоиться о более важных вещах. Например, о предстоящей игре.

Когда мы выезжаем с частного аэродрома на ярко освещённые улицы города, архитектура мне знакома. В детстве она казалась мне такой изысканной и царственной, потому что я не знала ничего, кроме нищенского существования, и быстро научилась выживать благодаря своей смекалке.

То же самое я планирую сделать и в этот раз.

Фордж молча сидит рядом со мной. Не уверена, для кого это лучше: для меня или для него. Любые следы лёгкости, которая существовала между нами до ссоры, полностью исчезли. На её месте появилась неловкая сдержанность, от которой я не знаю, как избавиться, даже если захочу.

Я знаю, что если снова начну впускать его, то это не будет наполовину. Фордж не так устроен. Он придерживается принципа: «всё или ничего». Если честно, это пугает меня. Если я дам ему такой доступ, он сможет уничтожить меня.

Брак не должен быть минным полем. Но у нас он как раз такой.

— Я забронировал пентхаус нам в отеле. Подумал, что ты предпочтёшь удобство, а не остановку в другом более роскошном месте.

Я смотрю на него, сидя с левой стороны машины. Впереди сидит Голиаф с Донниганом, а Коба и Бейтс следуют за нами во втором внедорожнике.

— Спасибо за заботу. Я предпочитаю тратить как можно меньше энергии, когда играю, поэтому проживание в отеле облегчит мне жизнь.

— Если я могу ещё чем-нибудь помочь, тебе нужно только попросить.

Он звучит так… дружелюбно, что меня настораживает. У Форджа чисто выбритое лицо. И мне стало интересно, было ли это сделано ради меня, ведь я никогда раньше не видела его таким. У него всегда был этот заросший щетиной пиратский вид, и, очевидно, я слишком к нему привыкла.

Когда я вытаскиваю себя из мыслей, которые не должны иметь значения, у меня возникает другой вопрос.

— А как же твоя работа и график?

— Какой смысл быть генеральным директором, если ты не можешь проявить гибкость?