Меган Куин – С любовью, искренне, твоя (страница 26)

— Ни за что. Он не сделает этого — это бы вызвало негативную реакцию прессы. Ты должна прочитать его угрозы и глубже вникнуть в смысл письма. Рим проверяет тебя. Пытается напугать. Он хочет увидеть, насколько серьезны твои намерения. Если бы босс на самом деле собирался положить этому конец, он бы создал оперативную группу в отделе ИТ, чтобы выяснить, кто прислал то электронное письмо. Ничего такого не было. Поверь мне, он заинтересован.

— Ты так думаешь?

Подруга кивает и снова обращает мое внимание к компьютеру.

— Я знаю. Напиши этому мудаку.

Задумываюсь об этом на секунду. Мне правда продолжать переписку? Я не хочу основывать новую компанию, в то время как Рим Блэкберн злится на меня. Я имею в виду, он уже в ярости, и если узнает, что я отправитель, думаю, он может сорваться, особенно после того, что произошло сегодня.

У Рима есть власть, чтобы запятнать мою репутацию в этом бизнесе. Это то, чем я готова рискнуть?

Вспоминаю его напряженный взгляд, когда его трясло от гнева. Но больше мне запомнилась небольшая ухмылка, которую я заметила на его лице, когда он выходил из зала заседаний.

Цепляюсь за этот образ, пока печатаю ответ.

Чувствуя себя слишком игривой для понедельника, я встаю и протягиваю Жен свой телефон.

— Сфотографируй мою задницу.

— Что? — Подруга хмурится.

— Просто сделай это. У меня есть план.

— Эм-м-м… хорошо. — Она подносит телефон к моей заднице, и я поворачиваюсь боком, показывая свои изгибы, немного выпячивая попку.

— Не захватывай фон, только задницу.

Жен делает фотографию, думая, что я сошла с ума. Я отправляю ее себе по электронной почте. У меня есть планы, большие планы.

РИМ

Прошло семнадцать часов.

СЕМНАДЦАТЬ ЧАСОВ с этим богом забытым письмом, прожигающим дыру в моем почтовом ящике. Я пообещал себе, что не буду его открывать.

Оно не стоит моего времени. И маленькая скрепка в правом углу, указывающая на вложение, меня тоже не волнует, ага. Вероятно, это какая-то странная картинка сверкающей розы или что-то в этом духе. Роза от моей тайной поклонницы. Какая-то глупая девчачья херня.

Мне не нужна гребаная роза. Мне нужно вытащить голову из задницы и работать.

Потягиваю кофе, барабаню пальцами по столу, верчу ручку в руке.

Устремляю взгляд на электронное письмо.

Попиваю свой кофе.

Навожу палец на письмо.

Что, если это не какая-то дурацкая сверкающая гифка? Что, если это ее фотография? Сделала бы она ее? Или еще лучше, возможно, там нечто большее.

Стискиваю зубы, взвешивая свои варианты.

П*здец.

Зажмурив глаза, нажимаю на письмо и молю о розе.

Пожалуйста, будь розой, пожалуйста, будь розой. Ради бога, будь гребаной розой.

Приоткрываю левый глаз, готовясь быть ослепленным GIF-изображением, когда внизу письма вижу превью картинки.

Фотография идеально соблазнительной задницы.

Дерьмо.

Проведя рукой по лицу, резко выдыхаю и читаю ее электронное письмо.

Дорогая Напыщенная Задница,

Раз уж мы заговорили о задницах, решила послать тебе свою фотографию. Не утруждай себя, не вглядывайся слишком пристально. Я сразу могу ответить на твой вопрос; нет, я не ношу нижнее белье.

Я такая дерзкая, да? < — Игра слов (прим. пер.: cheeky — переводиться как «дерзкий», и «открывающий ягодицы»).

Ладно, твоя очередь, пришли мне фото своей задницы.

Постскриптум: Мне нравится, когда ты закатываешь рукава своей классической рубашки. От этого мне хочется еще больше покувыркаться с тобой.

Еб*ть.

Откинувшись на спинку стула, провожу руками по лицу, а затем снова наклоняюсь вперед, щелкая на изображение внизу.

На весь экран открывается фотография самой красивой гребаной задницы, которую я когда-либо видел. Облаченная в обтягивающие черные штаны, ее попка выгнута дугой, по ней хочется провести рукой, обхватить ладонью, хочется, бл*дь, отшлепать.

Я устраиваюсь поудобнее в своем кресле, изучая изгиб ее задницы и фон позади. Похоже, она в кабинке, а это значит, что это может быть КТО УГОДНО. Здорово.

И черные штаны? Ничего не дают.

Я еще немного наклоняюсь вперед, пытаясь понять, узнаю ли я…

Дверь в мой кабинет распахивается, и входит Хантер с леденцом во рту и ухмылкой на лице.

В отчаянии пытаюсь нажать кнопку выхода, но уже слишком поздно. Хантер замечает, что я паникую, его ухмылка превращается в широкую улыбку, когда он обходит мой стол и рассматривает задницу на моем экране.

— Так, так, так, что у нас здесь? — Одна его рука на моем столе, другая вцепилась в спинку стула, он наклоняется вперед, чтобы рассмотреть фотографию.

— Мать честная, чья это попка? — Я не отвечаю Хантеру, и ему требуется всего две секунды, чтобы сообразить. — Это та таинственная девушка? Бл*дь, чувак, у нее отпадная задница.

Он хлопает меня по спине.

Отмахиваясь от него, говорю:

— Да, это так.

— Она сообщила тебе свое имя?

— Нет. — Я снова беру ручку и начинаю возиться с ней. — Она неумолима. Мои угрозы на нее не действуют.

— А они должны? Если твое дурацкое служебное письмо не остановило ее, почему ты думаешь, что это сделают твои сообщения? Кроме того, почему ты хочешь, чтобы это прекратилось?

— Напомнить тебе о политике компании?

Хантер машет мне рукой и сосет свой леденец. Сосет. Издает соответствующие звуки.

— Успокойся и отправь ей фотку члена.

— Ты психопат. Я не буду посылать ей фотографию члена.

— Почему нет? Поговорим о том, как чертовски шокировать ее. Просто засунь мобильный в штаны, быстро сделай снимок и отправь. — Этот человек — мой лучший друг. Он впервые меня видит?

Даже за миллион лет я бы никогда не отправил фото члена.

Скрещиваю руки на груди и изучаю своего друга-идиота.

— Есть причина, по которой ты здесь?

Из заднего кармана Хантер вытаскивает мятую пачку бумаг, скрепленную степлером в углу, и бросает мне.

— Принес тебе те отчеты, которые ты просил.

Я смотрю на сложенные листы на столе, а затем перевожу взгляд на своего друга.