Меган Куин – Покаяние. История Кейса Хейвуда (страница 4)

Я не оборачиваюсь. Я просто не могу. Не могу смотреть ей в глаза, эти красивые зелёные глаза, что преследуют меня по ночам.

— Кейс, пожалуйста, могу я с тобой поговорить?

«Нет», думаю я.

Я не хочу разговаривать. Я хочу трахаться. Мне нужно вытрахать её из моей головы. Вот и всё. Мне просто необходимо пережить момент, когда её ноги обвивают меня, а Лайла выкрикивает моё имя на пороге экстаза.

По крайней мере, я убедил себя в этом. Ну, пытался убедить.

— У меня дела, Лайла, — отвечаю я.

— Обернись, — тихо говорит она и тянет меня за плечо.

Моя решительность слабеет, от её тона. Я сжимаю челюсть, заставляю себя развернуться и не прижать её к стене, чтобы взять то, что хочу.

Сделав глубокий вдох, я смотрю ей в глаза. Её лицо выражает беспокойство, на нём читаются вопросы, на которые я не собираюсь отвечать.

— Что? — довольно грубо, спрашиваю я, но уж лучше быть грубым, чем отдать Лайле моё сердце и позволить его разбить.

Застигнутая врасплох, она пристально вглядывается в мои глаза.

— Могу я просто поговорить с тобой хоть минуту?

— Конечно, говори, — я махаю рукой, чтобы она продолжала.

— Я хочу извиниться, за прошлую ночь, — набравшись мужества, говорит она. — Вчера, я вела себя не лучшим образом, по отношению к тебе, и мне не стоило уделять внимание другими парням в твоём присутствии.

Прошлым вечером, так или иначе, наши пути пересеклись. Жизнь Лайлы и моя, крепко сплелись, ведь наши лучшие друзья помолвлены. И с этим несправедливым обстоятельством, мне приходится жить.

— Меня не волнует, что ты делаешь с другими мужчинами, — лгу я.

На самом деле, вчера вечером, мне было больно смотреть, как она уделяет внимание кому — то, кроме меня. Лайла — моя опора и радость, которую я не позволяю себе иметь. Моя жизнь идет в никуда, оставляя чувство полной опустошенности. И я не должен втягивать в это Лайлу. Я не могу дать ей то, что она заслуживает.

Лайла вопросительно смотрит на меня.

— Поэтому, ты прервал наш с Диего разговор?

Она меня поймала. Диего мой друг, но я взял на себя смелость объяснить ему мои необоснованные ожидания по отношению к Лайле. Пусть я не могу быть с ней, но я не хочу, чтобы с ней был кто — то другой.

— От него одни неприятности, — снова лгу я. Диего, пожалуй, один из самых добропорядочных парней, кого я знаю, не считая Джетта. Он никогда не сделает что — то непристойное. Как только он узнал о моей ситуации с Лайлой, сразу же пошёл на попятную.

— Конечно, — на губах Лайлы появляется лёгкая улыбка. На её мягких и полных губах.

— Это всё? — спрашиваю я.

— Я просто хотела извиниться. Знаю, у тебя сейчас сложные времена…

— Что? — во мне начинает закипать гнев. — Кто тебе сказал, что у меня сложные времена?

— Я разговаривала с девушками, и они говорили что — то насчёт лета…

— Не смей, бля, говорить с ними обо мне, — цежу я, сквозь сжатые зубы, прерывая её. Голди и Девушки Джетта любят сплетничать и выносить мне мозг. Конечно, они обсуждали меня с Лайлой. — Они ничего обо мне не знают, так что лучше бы вам заниматься своими грёбаными делами. Поняла?

Я пытаюсь сдержать ярость и не ударить ее по лицу, чтобы хорошенько напугать, и она оставила бы меня в покое. Ей не стоит вынюхивать о моём прошлом. Это последнее, что я хочу, чтобы она сделала. Она не должна быть подвержена моим слабостям.

Лайла делает шаг назад, шокированная моим гневом. Я чувствую себя виноватым, что так сильно напугал ее. Не хочу, чтобы она видела эту мою сторону — этого жестокого и озлобленного человека, но я не знаю, как быть другим. Мне редко удается быть самим собой, как правило, в эти моменты я с Джеттом, ведь он знает о моих грехах и тех демонов, с которыми я сталкиваюсь каждый день.

— Почему ты не хочешь просто поговорить со мной? — спрашивает Лайла.

Протирая лицо полотенцем, я пытаюсь унять охватившее меня раздражение, чтобы не вспылить. И я знаю, что позже об этом пожалею.

— Лайла, это не твоё дело. Ты ясно дала мне понять, что я тебе не подхожу, так почему бы нам не прекратить эти разговоры?

— Потому что я думаю, у нас есть что — то общее.

Эта женщина бредит. Я качаю головой и набрасываю на голову полотенце, как капюшон. Я тяну за края и смотрю на Лайлу.

— Ты даже не представляешь, настолько далека от истины. У нас нет, абсолютно ничего, общего.

Благоразумная женщина, которая стоит напротив меня, вдруг превращается в совершенно непокорную. Она тычет пальцем мне в голую грудь.

— Знаешь, Кейс, не только у тебя дерьмовое прошлое, — говорит Лайла. — Не ты один страдаешь, поэтому перестань так себя вести. Вокруг тебя много людей, у которых было столько же неудач, как и у тебя, а может даже больше. В смысле, да что такого произошло? Ты больше не можешь быть боксёром? Тоже мне проблема! Есть вещи и похуже.

Я качаю головой, не позволяя спровоцировать себя. Понятно, что Лайла пытается узнать правду, но она не подозревает — я скрываю правду уже так долго, что меня можно считать мастером в отрицании и увиливании от ответа.

— Ты ведёшь себя так, будто тебя что — то тревожит, Лайла, — невозмутимо, отвечаю я.

Она скрещивает руки на груди и вздёргивает подбородок, принимая дерзкую позу, которую я хорошо знаю по общению с Голди.

— Даже если и так, я бы не говорила об этом с тобой.

Наблюдать, как она пытается сдержаться, довольно мило, но от дальнейших провокаций, меня останавливает тьма, отражающаяся в её глазах. Я понимаю, что существует нечто, что очень тревожит её. Нечто глубокое, что проникает ей под кожу и ранит. Подобные проблемы может распознать только тот, кто борется с такими же демонами.

Поняв это, я слегка смягчаюсь.

— Если хочешь поговорить об этом, я здесь, — предлагаю я.

— Серьёзно? Ты действительно думаешь, что я буду с тобой разговаривать? Ну так вот, ты меня разочаровал, — говорит Лайла и отворачивается, явно нуждаясь в личном пространстве.

Я рассматриваю её длинные ноги, пока она грациозно удаляется по коридору, но, вдруг, резко останавливается и оборачивается.

— Я не понимаю, Кейс. Действительно не понимаю. Мне казалось, у нас есть некая связь. И между нами что — то есть. Почему ты продолжаешь отталкивать меня, когда в твоих глазах ясно читается, как сильно ты меня хочешь. Почему ты себя не принимаешь?

— Ты знаешь, почему, — мягко отвечаю я.

— В том и дело, что не знаю, — кричит она. — Но, чёрт возьми, хотела бы знать.

Не дав мне ответить, она возвращается в зал, скорее всего, чтобы выговориться Голди. Я могу только предполагать, какая меня ждёт ночка, когда Голди заявится ко мне, чтобы устроить скандал на тему «как плохо я обращаюсь с её подругой». В том, что касается Голди, всегда можно рассчитывать на одну вещь — она начистоту говорит всё, что думает.

Мне нужно предотвратить этот разговор до того, как у него появится шанс состояться. Так что, вместо того, чтобы идти в свою комнату, я отправляюсь в офис Джетта. У меня нет необходимости назначать встречу, чтобы увидеть его.

Поскольку «Клуб Лафайет», уже, как бы, не существует, в данный момент, офис Джетта находится у него в квартире. Из — за этого, наведываться к нему, стало крайне неудобно, ведь большую часть времени на его письменном столе восседает Голди, которую он трахает глазами, давая обещания о том, что собирается сделать с ней позже.

К счастью для меня, сейчас Голди тренируется и мне не придётся наблюдать за обручённой парочкой, которая ещё даже не назначила дату.

Не потрудившись постучать, я толкаю дверь Джетта и иду к маленькой комнате в задней части квартиры, где разместился его офис. Джереми, его помощник, как раз выходит. Он смотрит на меня и даже не пытается скрыть, что откровенно разглядывает меня без рубашки. Почему это меня волнует? В любом случае лестно, когда кто — то рассматривает меня, парень это или девушка.

— Мистер Хэйвуд, какая честь, — с улыбкой говорит он, больше похожей на злую усмешку.

— Джереми, рад тебя видеть. Джетт у себя?

— Да. Вам что — нибудь принести? Может, бутылку воды?

— Не нужно. Спасибо, — вежливо говорю я и проталкиваюсь мимо него в кабинет. Хватит любезностей.

Я вхожу в офис и нахожу Джетта за столом. Он просматривает какие — то документы, зарывшись руками в волосы. Взглянув на меня, он кивает в знак приветствия.

Я сажусь напротив него и наклоняюсь вперёд, упершись локтями в колени.

— Забыл надеть рубашку? — не глядя на меня, спрашивает Джетт.

— Не — а. Просто знаю, как ты любишь, когда я хожу без рубашки. От моего вида, у тебя встает.

— О, я смотрю, ты в лучшем настроении, чем вчера вечером, — отмечает Джетт. Я был пьяным ослом, прошлой ночью. Но списал всё на очередной вечер, проведённый в компании бутылки виски.

— Не совсем, — признаюсь я. — Только что, столкнулся с Лайлой, в тренажёрном зале. Почему у неё опять есть доступ? Трудновато, чёрт подери, продолжать жить своей жизнью, когда я все время натыкаюсь на неё.

Джетт опускает документы на стол и смотрит на меня.