Меган Куин – (Не)идеальный момент (страница 26)

– Да, конечно. Клинтон – удивительно проницательный и умный человек. Мне повезло познакомиться с ним несколько месяцев назад. – Глаза Бив сверкают.

– Ну, мы прогулялись по тамошнему саду в ходе нашей с ним встречи, и он все твердил о том, как там красиво и какая это идеальная обстановка для проведения свадебной церемонии. На самом деле он подумывал о том, чтобы выдать там замуж свою дочь.

– Правда? – оживляется она, а шестеренки у нее в мозгу при этом лихорадочно крутятся.

Вам знакома фраза «Не отставать от Джонсов»?[20] Да, Бив только этим и живет.

– Да, и я подумал… он прав. Сады захватывают дух, на горизонте виден океан, просто впечатляющее зрелище. – Бив медленно кивает головой. – Вы знаете, цветы распустятся полностью через пять недель.

Она щелкает пальцами, и рядом с ней появляется ее помощница.

– Немедленно позвони в клуб. Мне нужно кое о чем договориться. – Затем она поворачивается к нам. – Идея с садами звучит великолепно, но я беспокоюсь о твоей способности ходить на каблуках по траве.

– О, вам нет нужды беспокоиться об этом, – давлю улыбку я, не желая давать ей возможность найти предлог, чтобы отмести идею с садом. – Я довольно хорошо хожу на каблуках.

– Крайне искусно, – поддакивает Брейкер.

– Наискуснейше, – добавляю я, отчего, конечно же, Бив одаривает меня насмешливым взглядом.

– Эм-м… просто посмотрите. Я буду расхаживать взад и вперед по этому ковру.

Я откидываю фату за спину и с предельной концентрацией иду по проходу, делая вид, что держу букет. Мои потные ступни скользят по поверхности каблуков, но я удерживаю их на месте, пока спускаюсь к алтарю.

Слава Иисусу, я сделала это!

– Иди назад, – велит мне Бив, и ее голосе полно недоверия, поскольку она уверена, что я не умею ходить на каблуках.

Боже, она такая долбаная зануда!

Расправив плечи и выставив руки перед собой, я ставлю одну ногу перед другой и направляюсь обратно по проходу.

Завидуй молча, Бив. Ты можешь заставить меня чувствовать себя дерьмово из-за моих очков. Ты можешь отнять у меня право самой выбирать, какой должна быть моя свадьба. Но я отказываюсь прислушиваться к твоему мнению о том, что мне не справится с этими долбаными туфлями.

– Видите? – Я протягиваю руки вперед и приближаюсь к ней. – Это не проблема… – На последнем шаге моя нога выскальзывает из туфли, и я теряю равновесие. – О черт! – вскрикиваю я, хватаясь за первый попавшийся мне под руку предмет…

Подсвечник.

Я крепко сжимаю его.

– Эй, приятель. – Я прерывисто дышу. – Ты был ближе всего. – Я хихикаю, поднимая взгляд на свечу, которая покачивается на месте.

– Э-э-э, Лия, – произносит Брейкер, делая шаг вперед.

Но уже слишком поздно.

Все происходит как в замедленной съемке: свеча опрокидывается и падает на пол. Я прослеживаю ее траекторию, наблюдая, как она летит прямо на бесконечную фату.

У меня перехватывает дыхание. Мои глаза удивленно расширяются. И через несколько секунд фата загорается ярким пламенем.

– О боже мой! – кричу я. – О боже мой, я горю. Я ГОРЮ! – Я отбрасываю подсвечник в сторону и в одной туфле лечу по проходу, убегая от пламени… а оно гонится за мной.

– Фата! – визжит Бив.

– Ты горишь! – орет Брейкер.

– Погаси его, погаси его, погаси его! – кричу я.

– Господи Иисусе! – Брейкер вне себя. – Падай, Лия, и катись!

– Куда катиться?! – воплю я в ответ, обходя алтарь. Пылающая дорожка приближается все ближе и ближе к моей голове. – Дорогой Господь, не поджигай мне волосы! Пожалуйста, ради любви к твоему Отцу, не поджигай их!

– Семейная реликвия, – произносит Бив прямо перед тем, как рухнуть на скамью.

– Падай, черт возьми!

Падаю на пол и перекатываюсь, поджимая колени, чтобы не зацепиться за скамьи.

– Помогло?! – ору я. – Я все еще горю?

Оглядываюсь через плечо и вижу, как пламя преследует меня.

– А-а-а! Брейкер, оно гонится за мной. Спаси мою душу… Спаси! – Я продолжаю сворачиваться клубком и вижу, как в воздух поднимается дым. – Что это за запах? Это мои волосы? Брейкер, помоги…

Бульк. Вода окатывает меня, пропитывая до костей, и тушит огонь.

Я поднимаю взгляд и вижу Брейкера, держащего в руках очень большую металлическую миску, его грудь тяжело вздымается, в глазах застыл ужас.

– Оно… ты его потушил?

Он с трудом сглатывает и кивает.

– Да, потушил.

Я же лежу ничком на земле, мокрая и перепуганная, и глубоко дышу.

– Где ты достал воду?

Он опускает взгляд на пустую миску и морщится.

– Э-э-э… Кажется, я только что нехило так окатил, то есть, благословил тебя святой водой.

Я качаю головой.

– Фраза «крещение огнем» только что обрела совершенно новый смысл, – нервно выдаю я, слыша, как Бив бормочет что-то вроде молитвы. Я с трудом сглатываю. – Считайте меня новообращенной.

– Она ненавидит меня, – сокрушенно подвожу итог я, когда Брейкер открывает дверь в магазин канцелярских товаров.

После того, как я с опаской вернула Бив испорченную мной фамильную фату, я сообщила, что собираюсь переодеться перед нашей следующей встречей, где мы должны выбрать внешний вид приглашений. Брейкер увез меня, и вместо того, чтобы обсуждать то, что только что произошло, мы в тишине ехали по обсаженным пальмами улицам Лос-Анджелеса.

Брейкер чешет щеку и произносит:

– Думаю, ненависть – это сильно сказано.

– Брейкер, я подожгла ее драгоценную фамильную фату.

– Не специально. Думаю, нам нужно это подчеркнуть. Ты не нарочно поджигала фату.

– Уверена, она думает иначе. – Я бросаю взгляд в дальнюю часть магазина, где вижу Бив со своей помощницей за столом, рассматривающих бумагу разной текстуры. – Как мне вообще теперь к ней подойти? Нужно ли мне еще раз перед ней извиниться? Может, оставить все на ее усмотрение?

Брейкер отводит меня в сторону и шепчет:

– Это была случайность. Было ли неловко? Да, но то был несчастный случай. Она будет уважать тебя больше, если ты отправишься на следующую встречу с высоко поднятой головой и не будешь постоянно извиняться. Ты сказала то, что тебе следовало сказать, так что забудь и двигайся дальше. Хорошо?

Я киваю:

– Ты прав. Просто… двигаться дальше…

– Вот в чем и суть. – Он выпрямляется и кладет руку мне на спину, направляя к столику, за которым сидит Бив.

Когда мы подходим, она поднимает глаза:

– Офелия, я не была уверена, что ты объявишься, учитывая твой внешний вид, когда мы выходили из церкви, но, похоже, ты можешь привести себя в порядок подобающим образом.

Я натягиваю улыбку:

– Это не составило труда. – Мне кажется, что она ждет, когда я сдамся, а я и рада бы. Мне отчаянно хочется упасть к ее ногам и извиняться снова и снова, но Брейкер прав. Она будет уважать меня, если я этого не буду делать. – Так на что нам следует обратить внимание?

– На плотность и вес бумаги, – подчеркивает Бив. – Но тебе нет нужды находиться здесь.