Меган Куин – Мать всех дорог (ЛП) (страница 7)

Она игнорирует меня, достает пилочку из косметички, и занимается своими ноготками. Я посмеялся про себя, когда попытался представить девушку, которая разводила свиней, и теперь она подпиливает ногти. Несколько лет назад, Марли не была бы замечена за подпиливанием своих ногтей, но сейчас это выглядело так естественно. Многое изменилось за четыре года.

— Почему бы нам не пробежаться по графику нашего путешествия? — предлагает Берни. — Твоя мама составила для нас приличный маршрут. Я забронировал нам номера и стоянку для трейлера на протяжении всего пути. Думаю после путешествия, я получу бесплатную ночь в КОА (широко распространённая сеть кемпингов в Америке).

Мистер МакМэнн и его одержимость КОА — нечто нереальное. С тех пор как мы познакомились, он мечтал о дружелюбном, роскошном кемпинге какой только «Кэмпгрупп Америка» могла предложить. Для меня, вы можете увидеть один или их все, но я могу понять преданность этого мужчины.

— Хорошо, пап, — раздраженно отвечает Марли.

Она перемещается на сидение и разворачивает карту. Издалека, я уже догадался, что все надписи сделаны рукой мамы МакМэннов. Теплое и уютное спокойствие обрушилось на меня, когда я увидел хорошо знакомый витиеватый почерк.

Миссис МакМэнн была матерью, которая была нужна мне, и которой у меня никогда не было. В тот момент, когда мы встретились, она обняла меня, дала мне убежище, любила без памяти и относилась, как к своему ребенку. Потерять ее было для меня также ужасно, как и для Марли и Пола.

— Согласно маминым пометкам, мы останавливаемся в КОА каждую ночь, за исключением одной.

— Моя девочка, — говорит Берни, ударяя по клаксону.

Марли закатывает глаза и спрашивает:

— Что за «Деревня Вигвамов?

Пол разворачивается на сидении, поднимает палец вверх и отвечает Марли.

— Это был ряд отелей, построенных Честером Е. Льюисом. Где-то между тридцатыми и пятидесятыми годами, он построил шесть деревень вдоль «Шоссе 66». Все были похожи, как думали американцы, на жилища индейцев. Сохранилось только две деревни вдоль «Шоссе 66», — Пол говорит с надменными нотками в голосе.

— Спасибо, Капитан Очевидность.

Пол пожимает плечами.

— Ты спросила. Хочешь, я углублюсь в историю «Шоссе 66»? Как оно стало крупной дорогой для перемещения мигрантов с запада во время пыльной бури?

— Пожалуйста, Господи, нет, — Марли встает и потягивается.

Настоящая пытка, стоящая в двух шагах от меня, растягивающая свои жалкие пять с половиной футов роста, демонстрируя достаточно обнаженной кожи, отчего любой мужчина почувствует небольшое напряжение в промежности.

В тайне, я хотел бы надеть солнцезащитные очки и разглядывать ее маленькое упругое тело во всей его красе и не выглядеть самым большим извращенцем в мире. Вместо этого, я быстро разглядываю ее задранную рубашку и низко посаженные штаны для йоги, и стараюсь запечатлеть это в памяти. Похоже, что я мазохист, потому что я понимаю что у нас с Марли ничего не получится, не только из-за того, что она сестра Пола, но и из-за того что я сделал с ней.

Хотите узнать, как просрать лучшее в своей жизни, обращайтесь ко мне, я вам расскажу.

Марли идет в маленькую кухню и спрашивает:

— У нас есть что-нибудь попить, пап?

Чувствуя жажду, я иду за ней, чтобы тоже взять попить. Она фыркает и вздрагивает рядом со мной.

— Я что так плохо пахну? — спрашиваю я и нюхаю подмышки.

— Неандерталец, — снова фыркает она. — Что ты делаешь? Зачем ходишь за мной?

— Я тоже хочу пить. Ты не единственный человек, который хочет пить в этой веселой машине.

— Ты такой же надоедливый, как я помню.

Ее тело говорит «отвали от меня», но легкое движение ее язычка по губам дает мне маленькую надежду, что возможно, только возможно, она не настолько сильно меня ненавидит.

— А ты намного скованнее, чем я помню.

С коварной улыбкой, Марли с силой открывает холодильник, ее локоть ударяет меня прямо в живот.

— Ой, осторожнее.

Я сгибаюсь и обхватываю живот, пока она тихонько хихикает.

— Пап, что это? У нас нет газировки? Только яблочный сок?

— Что, милая? Я тебя не слышу. Пол, выключи музыку.

— Все в порядке. Я просто спросила про яблочный сок, ничего страшного.

Она поворачивается ко мне, одна рука на бедре, а во второй — стеклянная бутылка.

— Хочешь немного сока?

Я рассматриваю жидкость, и по каким-то причинам, она не внушает мне доверия.

— Охх…

Она не ждет от меня ответа.

— Фу, сделай себе сам, если хочешь. Я не собираюсь стоять и ждать, когда ты возьмешь себя в руки. Пей яблочный сок или жди следующей остановки.

Она захлопывает дверь и направляется на свое место, откручивая крышку у бутылки в ее руке.

— Кто-нибудь хочет попить? Там не было содовой шипучки.

— О чем ты говоришь? — спрашивает Берни. — Пол, о чем говорит твоя сестра? — Берни ударяет Пола по ноге, привлекая его внимание.

— Пап, я пытаюсь написать Саванне. Господи, я не могу отправить сообщение своей невесте? Марли — большая девочка, она может сама разобраться.

— Марли, я не думаю, что ты должна пить это… — говорю я, оглядывая все бутылки в холодильнике.

Марли поворачивается на своем сидении и спрашивает:

— Почему? Потому что ты хочешь это выпить? Серьезно, Портер, ты такой ленивый.

— Что ты там пьешь? — оглядываясь, спрашивает Берни. — Пол, что пьет твоя сестра?

— Твою мать! — Пол швыряет свой телефон на переднюю панель и поворачивается посмотреть, как Марли подносит бутылку «яблочного сока» ко рту, чистейший ужас мелькнул в его глазах.

— Нееееет! — орет он, выкарабкиваясь из кресла и ударяя Марли по руке, угол стола приземляется ровно в его яйца. — Чеееер…

Последовательно: бутылка пролетает перед грудью Марли, Пол кричит во всю глотку, сжимая свою мошонку, ударяя по деревянной столешнице, и Берни ударяет по тормозам, останавливая трейлер на обочине дороги.

— Прыгай Джордж Вашингтон! — кричит Берни, испуганный до полусмерти от девчачьего крика Пола.

Давайте остановимся на секундочку. Глядя со стороны, иногда ты можешь наблюдать сцены в замедленном действии, они останавливаются на время, и все о чем ты думаешь — почему я ничего не делаю… это именно то, что происходит со мной сейчас.

Пол на середине прыжка, вытягивает руку и выбивает «яблочный сок» из руки Марли, но вместо того, чтобы оттолкнуть ее в сторону, он толкает бутылку на ее грудь, разливая все по ее неоново-желтой рубашке. Марли вскидывает руки в воздух в шоке от атаки Пола, пар валит из ее ушей.

И потом Берни, вцепившийся в руль со страха, его плечи трясутся, потому что он не знает, что сделать с ужасом/злостью, пробегавшим через его тело.

Предупреждаю, НИКОГДА не пытайтесь испугать или взбесить Берни, или произойдет три вещи. Первое — он будет выкрикивать имена президентов, это что-то типа его ругательства. Если вы услышите имя президента, слетающее с его губ, спасайтесь бегством. Второе — его тело будет трясти от безудержной ярости, проходящей сквозь него. И третье — его брови превратятся в мачете и разрежут вас, опуская к коленям в туже секунду. Я никогда бы не подумал, что форма бровей заставит взрослого мужчин плакать, но это было до встречи с Берни МакМэнном. Поверьте, если я говорю, что у этого мужчины есть нечто устрашающее в его бровях, что заставит вас утонуть в собственном жидком стуле.

Страшно.

И сейчас, по осанке Берни я могу сказать, что он собирается пустить в ход брови. Я предлагаю вам бежать в укрытие.

— Пол! — кричит Марли, в ужасе от пролитого на нее «сока».

— Какого Джимми Картера там происходит? Мы в дороге несколько часов, и вы, два идиота, уже грызете друг другу глотки. Я разверну наш трейлер назад домой! — орет Берни, разворачиваясь, чтобы посмотреть на облитую Марли, разбитую бутылку на полу его драгоценной «Тэси», и на Пола, корчащегося от боли на земле.

— Она собиралась попить из туалетной бутылки, пап, — обращается к нему Пол, с мукой сжимая свои яйца.

Туалетные бутылки?

Что-то щелкнуло в голове.

— Что за запах? — Марли принюхивается.

Я могу сказать точно, но через минуту она поняла, что это было, потому что она вскакивает со своего сидения, рывком открывает дверь трейлера, выбегает наружу и сбрасывает с себя рубашку, как футболистка Брэнди Честиан, за исключением ликующих аплодисментов.