Меган Куин – Мать всех дорог (ЛП) (страница 63)

— Да, они влюбились в него. Полагаю, что кое-какой бьюти-блоггер восторгался по поводу того, что она вышла бы замуж за парня, который им пользуется.

Я смотрю на него скептически.

— Не думаю, что я использовала слова «выйдет замуж».

— Ну, у меня есть время, чтобы изменить это, — он подмигивает.

Я опять бросаюсь всем телом на него, бесконечно целуя его, пока его руки работают под несколькими слоями одежды, которую я одела.

— Это все реально сейчас? — спрашиваю я. — Ты на самом деле здесь?

— Да, малышка, — он пробегает губами по моей шее. — Ты так и не ответила мне, могу я переехать?

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Что? — он отстраняется, выглядя уязвленно.

Я пробегаюсь пальцами по его челюсти, пока говорю:

— Видишь ли, я планировала провести много часов в кровати с тобой, а при наличии соседки, мы можем подпортить ей настроение этим. Как насчет того, чтобы найти свое собственное место?

— Я не знаю, ты сможешь справиться с моей щетиной?

— А ты сможешь справиться с моей Особой Красной Точкой?

Смеясь, он снова меня целует.

— Я думаю, что это уже традиция.

Эпилог.

***Марли***

— Почему здесь так жарко? — жалуется Пол, размахивая одним из моих журналов перед своим лицом.

— Может, потому что ты решил съесть половину индейки, весь пирог, картофельное пюре и банку клюквы, — я указываю на его маленький, пивной животик.

Пол поглаживает свой живот и говорит:

— Должен соответствовать женушке.

— Ох, так в твоем животике тоже растет малыш?

— Еда, да.

— Итак, через три месяца, когда Саванна родит твоего ребенка, что ты планируешь делать?

Пол даже не задумывается, когда говорит:

— Захвачу немного очистителя для кишечника и выдам самое большое дерьмо в своей жизни.

— Зачем я вообще спросила? — я закатываю глаза.

Портер наклоняется и целует меня в ушко, прежде чем прошептать:

— Убеждай сама себя в этом, малышка.

Мы живем в Калифорнии вместе больше года, варим мыло и пишем о нем блоги. Мыло для Мужчин продается, несмотря на мои ранние идиотские прогнозы. Поскольку мы живем в Лос-Анджелесе, мыло на самом деле было хорошо воспринято мужчинами-знаменитостями. Им нравятся натуральные ингредиенты, что не чувствуют ощущение пленки после него, и то, как оно пахнет — не могу винить их за это. Каждый раз, когда Портер выходит из душа, я должна напоминать себе, что он не секс-машина, раздающая оргазмы. Он, в самом деле, мужчина со здоровым либидо, которому нужно, по крайней мере, десять минут, прежде чем снова вернуться на женскую территорию.

Папа открыл Тыквенное Поле на ферме в прошлом году со своим другом Томасом, и это имело огромный успех. В этом году, они добавили Кукурузный лабиринт и Тыквенный закон. Когда он не носиться на ферме, он руководит своими наемными работниками, которые проводят каждое утро за доением коз для мыла Портера. На ферме дела идут лучше, чем когда-либо.

А теперь Пол. Он доказал всем, что у него на самом деле есть яйца, и оплодотворил свою жену. Он вывел детский вес на новый уровень, едя за пятерых. Портер не может устоять, чтобы не ткнуть его в животик, каждый раз, когда у него появляется возможность.

В этом году мы решили провести День Благодарения в Калифорнии, пригласив семью в гости впервые, после того как стали жить вместе. Для Пола все еще проблематично смотреть, как Портер целует меня, но он это переживет. Нет никаких шансов, что я останусь без его поцелуев, только потому, что Полу неудобно.

— У тебя есть Funyun? Мне нужно что-нибудь солененькое, — Пол поднимается и начинает осматривать всю кухню.

— Он чудесный, — Саванна улыбается и держится за свой животик.

Я бросаю взгляд на Пола, который нашел все наши запасы Funyun, и теперь сидит на нашем кухонном островке и поедает их, крошки падают на его рубашку и торчат из его бороды. У Саванны должно быть что-то вроде розовых очков, потому что нет ни единой возможности, что кто-то в здравом уме будет считать это милым.

— Это место действительно хорошо выглядит, — папа делает нам комплимент. — Мне нравится, что вы сделали с каминной полкой.

Я иду туда, где он стоит, и оборачиваю свою руку вокруг него. Над каминной полкой, мы повесили мамины письма, написанные для меня и Портера, в матовые рамки, а под ними мы добавили снимок Портера на Ранчо Кадиллаков, снимок, который отдала мне мама, и снимок того дня, когда Портер сделал мне предложение на пляже. Это небольшая ода нашим отношениям… в которых мы стали, тем кем являемся сейчас.

— Она бы гордилась тобой, Пуговка. Так чертовски гордилась бы тобой, — он целует меня в голову пять раз, а потом сжимает меня сильно, прежде чем позволить Портеру занять его место.

Взяв меня за руку, он целует мое обручальное кольцо и смотрит в мои глаза.

— Когда ты собираешься позволить мне сделать тебя Смит?

— Ты скажи мне, — я оборачиваю руки вокруг его талии, наслаждаясь ощущением его мышц под моими прикосновениями. В отличие от Пола, Портер влился в жизнь в ЛА, потерявшись в долгих пробежках по пляжу, без футболки конечно, и обучении серфингу. В его каштановых волосах появилось несколько светлых прядей от солнца, делая его еще горячее, а загар на его коже только подчеркивает мышцы еще больше. Он — сила, с которой стоит считаться, когда мы прогуливаемся вдоль набережной, угадайте что, дамочки? Он весь мой!

Когда я росла, я никогда даже не представляла, что обручусь с Портером Смитом, буду совместно делить с ним квартиру в Калифорнии, но мы сейчас здесь. Все, что потребовалось — это немного поощрения для Портера, чтобы он, наконец, перестал пытаться спасти меня и на самом деле спасти себя.

— Давай пойдем прямо сейчас в суд, я готов.

Я хихикаю в его плечо, когда он притягивает меня в объятия.

— Я не могу сделать это, ты знаешь почему. Как насчет весенней свадьбы на ферме, под Дубком? Таким образом, мама сможет быть с нами.

Портер приподнимает мой подбородок и целует слегка мои губы.

— Думаю, что это прекрасная идея.

Большая отрыжка отрывает нас с Портером друг от друга, когда чипсы летят в нас. Пол стоит в дюйме от наших объятий, уставившись на нас, и поедая Funyun из упаковки.

— Что за прекрасная идея? — спрашивает он, глядя между нами, луковое дыхание скатывается с его языка.

— Чувак, ты испортил момент, — Портер отталкивает его руку.

— Именно для этого я здесь, — Пол поворачивается к папе и бросает в него пачкой, пока вытирает свои пальцы об штаны. — Давайте сыграем в нашу «Хотели бы вы Funyun?».

Саванна, Пол и мой папа рассаживаются по кругу за столом, готовясь к эпическому сражению, пока я притягиваю Портера к своей груди для последнего поцелуя.

— Поцелуй меня, — говорю я, мои губы прямо рядом с его.

— С удовольствием, малышка.

Он хватает меня за подбородок своими большим и указательным пальцами и целует меня глубоко, работая своими губами по моим, небрежно скользя по ним языком.

— Мерзость, перестаньте, Марли. Я только что съел индейку, пожалейте парня.

Смеясь, я отстраняюсь и шепчу:

— Надеюсь, ты насладился этим поцелуем, потому что что угодно может произойти, после этой веселой игры. Готовься к провалу, Смит.

— Любовь не спасет меня в этой игре?

— Это единственное время, когда моя любовь не поможет тебе. Ты сам по себе, красавчик. Я надеюсь, что ты готов.

— Жестокая, — он улыбается, схватив меня за талию и притянув для еще одного поцелуя.

Это должно было стать длинным путешествием для нас, чтобы привести нас туда, где мы сейчас, но я бы не стала ничего менять в этом. Как сказал мой отец, решения, которые я приняла в своей жизни, слепили из меня человека, каким я являюсь сейчас. Я сильнее, более уверенная в себе, и счастливее, чем когда-либо. Портер украшает мою жизнь и учит меня, что любовь — это не только проживать свою жизнь с другим человеком. Как сказала моя мама, это соединить свою душу с другой.

КОНЕЦ.