Меган Голдин – Не засыпай (страница 32)

Двумя годами ранее

Рука Эми замирает над коробкой с трюфелями, пока она решает, какой взять. Она останавливается на трюфеле из молочного шоколада с глазурью из белого.

– Не ешь! – кричу я, когда она собирается положить шоколадный шарик в рот.

– Что?

– Не ешь эту конфету.

– Почему нет?

– Она отравлена.

Эми выглядит ошеломленной.

– С чего ты взяла, что она отравлена?

– Я съела одну до этого. У меня потом слипались глаза. Было ощущение, что меня чем-то накачали.

– Лив, еще никто не ел ни одной конфеты. Взгляни.

Эми передает мне коробку из золотой фольги, чтобы я ее осмотрела.

– Видишь! Все трюфели в коробке. Никто их не ел.

Эми права. Коробка полная. Все шоколадки на месте.

– Наверное, мне это приснилось, – говорю я стыдливо.

– Лив, что на тебя нашло в последнее время?

Эми садится рядом со мной на диван и осматривает палец, который я порезала, разворачивая букет из роз.

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю я, когда она открывает свою аптечку.

– Ты стала абсолютным параноиком, – говорит она, беря стерильную иглу из набора, чтобы удалить то, что, по ее словам, похоже на занозу в моем пальце.

– Например? – я вздрагиваю, когда она пытается подцепить занозу кончиком иглы.

– Давай начнем с того, что ты вызвала полицию, потому что думала, что кто-то перевернул вверх дном твою спальню, тогда как я просто позаимствовала кое-какую одежду для отпуска, – говорит она. – Потом ты хотела, чтобы они провели полноценное уголовное расследование того, как пакет молока попал в наш холодильник. А теперь этот переполох из-за шоколадных конфет. Лив, я беспокоюсь за тебя. Твоя паранойя переходит все границы.

Признаю, в пересказе Эми мое поведение выглядит неадекватным.

– Должно быть, это стресс, – оправдываюсь я. – Работа была напряженной в последнее время.

Я стискиваю зубы, когда Эми все глубже втыкает иглу в мою кожу, а затем достает пинцет из аптечки.

– Тебе следует взять отпуск на несколько дней, Лив. Сходи куда-нибудь, расслабься.

– Хотела бы я, чтобы все было так просто.

– Все и есть просто. Скажи этому своему боссу, Фрэнку, что ты берешь пару выходных. Ты работаешь достаточно много, чтобы он мог дать тебе поблажку.

– Мне понадобятся все мои выходные дни для моего отпуска с Марко в октябре.

– Отпуск? Куда вы едете? – пинцет Эми замирает над моими пальцами, прежде чем вытащить занозу.

– Франция. Мы думаем о велопоездке по Долине Луары.

Эми не отвечает, снова промывая мой палец антисептиком и накладывая повязку.

– Теперь твой палец должен быть в порядке, – тонким голосом говорит она по окончании.

Она резко встает и несет свои сумки с покупками в спальню. Я поднимаюсь с дивана и иду на восхитительный аромат готовящейся на кухне еды. Заглядывая через стекло, я вижу вкусную запеканку, бурлящую в керамической посуде на решетке духовки.

– Пахнет восхитительно, – говорю я Эми, когда она входит на кухню. – Где ты нашла рецепт?

– Рецепт? О чем ты?

– Запеканка в духовке! А я-то думала, что ты даже яйца варить не умеешь.

– Лив, ты же знаешь, что я не готовлю.

– Тогда кто приготовил запеканку?

– Ты, конечно, – отвечает она, снова странно посмотрев на меня. – Только ты у нас готовишь.

Я лишаюсь дара речи. Если бы я приготовила обед, то я бы знала об этом. Правда же? Я чувствую себя не в своей тарелке. Тут я понимаю, что не видела кошку с тех пор, как проснулась.

– Где Шона?

– Наверное, бродит где-то по окрестностям, – говорит Эми.

– Она обычно возвращается к этому времени.

Я постукиваю ложкой по банке кошачьего корма у кухонного окна. Этот звук всегда возвращает ее домой. Мы обе слышим слабый звук в шкафу прихожей. Эми открывает дверь шкафа, и Шона выбегает, напуганная и явно расстроенная.

– Как ты, черт возьми, оказалась запертой в шкафу, глупышка? – спрашивает у кошки Эми, поднимая ее.

В шкафу висят мои вещи из химчистки. Квитанция, прикрепленная к лицевой стороне прозрачного полиэтиленового чехла для одежды, указывает на то, что они были получены сегодня. Оплата произведена наличными.

– Ты забрала мои вещи из химчистки? Я переведу тебе на счет деньги за них.

Эми меня не слышит. Она глубоко сосредоточена, печатая текст на своем телефоне.

– Что ты только что сказала? – отзывается она, отправив сообщение и поднимая на меня взгляд.

– Я поблагодарила тебя за то, что ты забрала мои вещи из химчистки.

– Какие вещи? – Эми странно на меня смотрит. – Я сегодня ничего не забирала.

Ее отрицание заставляет меня пошатнуться. Я упираюсь рукой в дверной косяк, чтобы удержаться. Если я не забирала вещи из химчистки и Эми не забирала, тогда кто? Сначала молоко появляется в холодильнике, а потом запеканка в духовке. Теперь моя одежда из химчистки чудесным образом оказалась в шкафу. Кто-то был здесь, пока я спала. Это единственное объяснение. Вопрос, кто и зачем.

– Ты в порядке, Лив? Без обид, но ты ведешь себя очень странно.

– У меня немного кружится голова, – говорю я, чтобы объяснить свое необычное состояние.

Эми подумает, что я сошла с ума, если я скажу ей, что, по-моему, кто-то вошел в квартиру, пока я спала, чтобы разогреть запеканку и принести мои вещи. Это нелепо. Я даже сама думаю, что рехнулась. И все же я не могу придумать никакого другого объяснения.

Я нахожу еще один букет цветов в вазе рядом с моей кроватью, когда захожу в свою спальню. Этот букет состоит из сочетания белых и бледно-розовых гардений. Они наполняют мою комнату опьяняющим цветочным ароматом.

Мой мобильный телефон издает звуковой сигнал о сообщении в снэпчате. Я открываю его и вижу фотографию гардений рядом с моей кроватью вместе с сообщением:

«Вот как парень должен относиться к девушке, с которой встречается, Лив».

«Кто это?» – пишу я в ответ.

Как только я нажимаю «Отправить», исходное сообщение исчезает, как будто его никогда и не было. Корю себя за то, что не сделала скриншот.

Я звоню в полицию. На этот раз два детектива прибывают через полчаса. Первый – угрюмый детектив, с которым я разговаривала несколько дней назад, когда писала заявление о пакете молока. Его напарник – моего возраста, детектив Ларри Реган. У него волосы насыщенного шоколадного цвета и такие же бархатистые глаза.

– Я вас помню, – говорит угрюмый детектив Краузе. – На этот раз кто-то оставил вам яйца? Или, может быть, буханку хлеба? – он смеется над собственной шуткой. Это заставляет меня немедленно пожалеть о том, что я позвонила в полицию, и напоминает мне, почему я никогда не доверяла копам.

– Букет цветов был оставлен рядом с моей кроватью. Ни я, ни моя соседка не ставили его туда.

Я рассказываю им об остальных странных вещах, которые произошли сегодня.

– И что вы думаете? Что незнакомец принес ваши вещи из химчистки в вашу квартиру и приготовил вам ужин? – усмехнулся детектив Краузе. – Я бы не возражал против такого преследователя. Как вы думаете, он гладит рубашки и воротнички тоже крахмалит? Он был бы на вес золота.