Медина Мирай – Истоки Нашей Реальности (страница 49)

– Обязательно.

Хотя на первый взгляд пропасть между ними впервые со дня разногласия стала стремительно сужаться, Александр не мог отделаться от мерзкого ощущения. Ложь, которую он извергал всякий раз, когда чувствовал, что только так убережет друга от лишних переживаний, лишь отравляла отношения и рано или поздно должна была окончательно отдалить их друг от друга.

26. Сделка

Вечер. Час пик.

Городской архив, как и современные библиотеки, из-за цифровизации уже не привлекал столько людей, сколько еще пару десятилетий назад. У бесчисленных стеллажей и за белыми столами с нависающими над ними лампами можно было встретить стариков, привыкших к печатной литературе. Или следователей в поисках документов, которые не найти в интернете.

Ирен Шерро искала нужные в работе папки в специальном отделе, куда попасть можно было только по пропуску. При введении на компьютере у входа нужного запроса его моментально получал заведующий отделом, который в течение нескольких минут выдавал Ирен все необходимое и провожал к ее месту за небольшим столиком в кабинке с матовыми стеклами.

Просидев так час, она услышала дробный стук в стеклянную дверь. Не дожидаясь одобрения, ее открыл Саша.

– Боже правый, вы меня напугали, Ваше Высочество, – мило улыбнулась Ирен и закрыла папку.

– Это вышло случайно.

– Как вы меня нашли?

– Мне подсказали, что вы прямо сейчас собираете материалы на одного коррупционера.

– Да. К сожалению, далеко не всю секретную информацию оцифровали, вот и приходится часами перерывать архивы. – Женщина отложила папку в стопку справа. – Что-то случилось?

– Я бы хотел заказать ваши услуги.

– Мировой Совет вряд ли одобрит работу на частное лицо.

– Так же, как не одобрял и другие заказы от частников? – Ее недоумение вызвало у него улыбку. – Да-да, Ирен, я знаю, что когда-то вы брались за частные расследования и даже заказы особого назначения.

Она изменилась в лице и медленно отшатнулась от стола.

– Знаете? – настороженно спросила она.

– Да. Но, правда, я не видел, кто был заказчиком. Это секретная информация.

Она незаметно выдохнула и, вновь обретя уверенность, спросила более твердым голосом:

– Это было давно. Больше я за них не берусь. Найдите кого-то другого.

– Не нужен мне кто-то другой, – ответил Саша с присущей ему хитринкой в бархатном голосе. – Мне нужны вы со своими связями в Мировом Совете. Я заплачу вдвое больше, если вы возьметесь.

– Зачем вам мои связи именно в Мировом Совете?

– Я подозреваю, что он имеет прямое отношение к моему вопросу. Вы ведь знаете Селестию Хьюз?

Чуть помедлив, она ответила:

– Знаю.

– Тогда вы в курсе, что именно она создала этот ужасный вирус.

– Верно. Ее задержали после доноса вашей бабушки, и вскоре она скончалась прямо в тюрьме.

– Вот и я так думал. В секретных документах о ней так и пишут, но, согласно моей информации, все это ложь. Она не умерла в тюрьме. Более того, ее отпустили, и она успела сделать кое-что очень важное. У меня есть несколько предположений, кто мог ее выпустить, но я хочу узнать точно. Это должно быть где-то зафиксировано.

– И вы полагаете, что Мировой Совет мог…

– И не только он.

Она бросила на стол папку, которую все это время держала в руке, и заправила за ухо выбившиеся прядки светлых волос.

– Зачем вам это?

– Затем, что ее покровители обладают тайной, которую сами не в силах раскрыть.

– А вы можете?

– Не исключено. Я должен узнать, кто именно отпустил ее.

– Если это все-таки Мировой Совет, получается, мне придется в каком-то роде пойти против своего работодателя.

– Если вдруг окажется, что это действительно они, то к черту такого работодателя. Я мог бы конкретизировать, но той информации, которую я предоставил, вполне достаточно. О цене договоримся.

Она сжала кулак и в задумчивости поднесла его к губам.

– Я понимаю, что это очень рискованно для вас, но, поверьте, от этого зависят миллионы жизней. Мало семей, которых не коснулся вирус. Я хочу прервать череду этих несчастных смертей и вымирание мужского рода.

– Этот вирус убил моего сына, когда он еще был младенцем. Так что я знаю об этом не понаслышке. – Она грустно усмехнулась. – Если я помогу, есть вероятность, что это покончит с вирусом?

– Не попытавшись, мы этого не узнаем.

– Почему вы так доверяете мне?

– Вы были небезучастны к нашим с Александром судьбам.

– И что же с того? Я все-таки работаю на Мировой Совет. Если вдруг окажется, что он как-то причастен к вашему делу и оно против его интересов, то я могу оставить это в тайне.

– Но вы не станете.

– Откуда такая уверенность?

– Потому что, когда вы узнаете правду, у вас не возникнет желания рассказывать ее кому-то, кроме меня. Но сказать честно, я действительно вам доверяю и верю, что вы хороший человек. Из тех, кто в первую очередь за правое дело, даже если борьба за него рискованна и принесет убытки. Ваш стиль жизни, утрата ребенка, пожертвования и бескорыстная помощь говорят об этом красноречивее всего.

Эти слова приятно тронули Ирен, и она невольно улыбнулась, смущенно опустив глаза, полные печали.

– Моя помощь Александру привела к тому, что тысячи человек погибают прямо сейчас.

– Жалеете о его спасении?

– Возможно, немного.

– Если бы вы знали, к чему это приведет в будущем, стали бы лететь в другую страну ко мне за антидотом для него?

Она пристально взглянула ему в глаза и вздохнула.

– Я согласна помочь вам. И не нужно денег.

Саша кивнул ей в знак благодарности.

– Есть еще одна просьба. Это, скорее, мой личный интерес. Мне нужна информация о Мэриане Дине.

27. Переговоры

К вечеру о проведении мирных переговоров стало известно всему миру. Состояться они должны были уже на следующий день к обеду. Как и просил Александр, представителем третьей стороны стала Анджеллина, но прежде она несколько часов убеждала мать в том, что многочисленная охрана обеспечит ей безопасность. Наконец Лавиния согласилась. Но лишь при нескольких условиях: она будет сопровождать дочь до самых дверей в переговорную, на совместном фото стоять между дочерью и Александром и проконтролирует списки журналистов и каналов, которые будут допущены в Саейдский дворец. С особым пристрастием Лавиния отсеяла британскую прессу, хоть раз высказывавшую поддержку в адрес своих властей. Ночью ей удалось поспать всего несколько часов, все остальное время утверждая путь Анджеллины от парадного вестибюля до дверей переговорной, организацию совместного фото с представителями стран у их флагов и позиции охраны.

Наступило утро. Анджеллина едва успела открыть глаза, как в двери ее покоев уже стучались. Она лениво взглянула на часы. Семь утра. После теплого душа и завтрака к ней впустили визажиста и стилиста. «Переговоры переговорами, а выглядеть моя дочь должна превосходно».

Казалось, что этими хлопотами мать старалась приглушить свое беспокойство. Анджеллина стояла перед зеркалом, наблюдая за тем, как стилист застегивает молнию на ее обтягивающем бежевом платье без лямок. Она только собралась с мыслями, чтобы успокоить мать, как вдруг в комнату со стуком зашла служанка и сообщила:

– Его Высочество принц Саша уже здесь. Он в комнате для ожидания.

– Рановато… – Сложно было понять, разозлило это Лавинию или огорчило. – Мы скоро будем готовы. Так и передай.

– Будет исполнено.

К тому времени Анджеллина скользнула в бежевые лодочки и надела поверх платья короткий зеленый жакет оверсайз, с высоким воротом и рукавами по локоть. В руки ей вложили клатч с перламутровым зеленым отливом, а волосы заплели в пышную косу и уложили на плечо.

Анджеллина, Лавиния и королевская охрана приехали во дворец. Через черный ход и закрытые коридоры они дошли до комнаты ожидания.