Мэделин Ру – Traveler: Сияющий клинок (страница 50)
– Чш-ш-што ты наделал? – зашипел Ссарбик, протягивая к Малусу когти. – Ты погубил Хос-с-сяина!
Капитан полоснул его гневным взглядом, вскинул меч Зараакса, махнул им в сторону араккоа, и Макаса на миг осмелилась дать волю надежде: быть может, в Малусе наконец-то проснулась совесть? Быть может, Зараакс довел его до последней черты? Или, быть может, он понял, что его цитадель вскоре будет взята с бою, Сокрытых разгонят, а его голова ляжет на плаху?
– Придержи язык, если не хочешь разделить судьбу Зараакса. Призови сюда столько бесов и огров, сколько понадобится, чтобы насытить Темную бурю. Да, угощение скудно, но до тех пор, пока мы не скормим ей главного блюда, Грейдона Торна, этого хватит.
Трогг протестующе завопил, но Малус, даже не взглянув в его сторону, для пробы взмахнул мечом. Пламя Скверны взбодрилось, засияло ярче, все та же черная порча поползла по руке Малуса вверх, быстрее, быстрее, охватила все тело, глаза его запылали тем же жарким зеленым огнем, что и оружие.
Ссарбик ненадолго исчез и вернулся с вереницей ошарашенных огров в цепях, еле волоча ноги, тащившихся за тюремщиком-демоном. Все огры были закованы в волшебные темные кандалы. Рядом с ними вприпрыжку бежали краснокожие бесы, но едва Ссарбик остановил процессию перед мрачно, решительно улыбавшимся Малусом, бесенята заверещали от страха и изумления.
Тень за спиной Малуса вскипела, выросла, превратилась в портал, шепот из ее недр зазвучал громче, жутче прежнего – так бешено, лихорадочно, что ни слова не разберешь.
– Нет! – загремел Трогг, но сдерживавшие огров демонические оковы были слишком прочны.
Тюремщик согнал приведенных к порталу, и вскоре все – и огры, и дюжина бесов – стали всего-навсего мерцающей пылью, всосанной раздавшимся вширь темным вихрем. Изогнувшись вьюном, портал превратился в черный туннель, потянулся кверху: Темная буря набирала силу, ярилась от голода, готовая принять жертву, шептала, требуя самой сущности Ордена Семи Солнц.
«Вот тебе и пробуждение совести».
– Малус… Малус, что ты творишь? – оторопело пролепетала Каррга.
Должно быть, от всего этого и ей сделалось не по себе: внезапно высвободившись из ее рук, Уолдрид соскользнул на пол и отскочил в сторону. Затра выстрелила в него из арбалетов, но промахнулась, и Ссарбику изловить Уолдрида тоже не удалось. Отрекшийся бросился к Алмазному Клинку, но вместо того, чтоб подхватить оружие, с силой толкнул его ногой. Клинок скользнул по полу, закружился, брызжа во все стороны искрами золотистого света, остановился возле Макасы, и его магия вмиг развеяла сковывавшие ее тени.
Макаса немедля схватила оружие – и как раз вовремя: Малус тотчас же бросился на нее, целя мечом Скверны в голову. Ахнув, Макаса в последний момент отразила удар гарпуном Света. Вновь изменившее форму, готовое к бою, оружие негромко загудело в ее руках. Портал, зачатки Темной бури, завопил на тысячу голосов.
– Демоны! Войско мое! Ко мне! – прогремел Малус.
Голос его изменился, набрал глубины, завибрировал, с каждым произнесенным словом обретая все большее сходство с голосом Зараакса. Тот Малус, с которым они столько раз сходились в бою, исчез, обернулся демоном, порождением тьмы, еще более мрачной тенью того, кем был некогда, в прошлом.
Глава тридцать седьмая. Месть Галены
До чего же долго Свет пребывал в дреме – разобщенный, расколотый, лишенный сил! Теперь он, вновь полный жизни, пел в руках юной девушки – благородной, сильной, чистой душой. Его радость, а с нею и мощь, нарастала, била ключом. Жизнь. Жизнь, возрожденную, как и клинок, нужно беречь. Клинок вспыхнул охранительным Светом, засиял, подхлестнутый близостью жуткого оружия Скверны, взыскующего разрушения. Клинок Скверны снова и снова обрушивался на него, но нет, на сей раз Свет даст ему бой. Алмазного Клинка больше не расколоть.
Едва Арам поднялся к вершине цитадели Сокрытых, крыша ее взорвалась, разлетелась вдребезги.
– Берегись!
Схватив Арама за ворот, Клок дернул его назад. Огромная глыба камня, увитая колючими лозами, рухнула наземь у самых их ног, чудом не раздавив Арама в лепешку. Врезавшись в Клока, он утер лоб.
– Спасибо.
– Держись позади, – велел гнолл, пихнув Арама в грудь и оттеснив за спину. – Слишком слаб. Слишком изранен. Клок защитит.
– Мргалргалрглрллглгл!
Может, Арам и согласен был держаться в задних рядах, но Мурчаль остаться сзади не согласился бы ни за что и, уворачиваясь от падающих обломков, ринулся прямо в высокий зал. Сияющий, ослепительный Свет внутри слегка угас, и в самом центре сияния Арам увидел Макасу – Макасу, вооруженную Алмазным Клинком! Вот только в ее руках он стал иным… не мечом, гарпуном. Арам мечтал, что пойдет с ним в сражение сам, но сейчас, глядя на Макасу – уверенную, сильную, – испытывал одну только гордость. Все они положили ради этой минуты немало трудов, все ради этого многим пожертвовали, и то, что теперь за всех них, как всегда, бьется Макаса, казалось единственно верным.
Под натиском вырвавшегося из клинка Света Малус пошатнулся, отступил прочь. Буйный черный вихрь, зловеще нависший над залом, дрогнул, на время утих. Почуяв что-то, Алмазный Клинок отбросил всех, кроме Макасы, назад и пробил в своде потолка зияющую дыру.
Ловко перепрыгнув через груду обломков камня, Мурчаль приземлился возле Макасы. Как ни удивительно, рядом с ними встал и Рейгол Уолдрид. Клинки его запорхали в воздухе, тесня от Макасы Затру.
– Малус! Малус!
Неуклюже подбежав к Малусу, Трогг с Карргой помогли ему встать.
– Деритесь же, недоумки, деритесь! – завопил капитан.
Арам никак не мог поверить собственным глазам. Зал лежал в руинах, верховного лорда Зараакса нигде не было вино, к цитадели, готовясь броситься вниз, слетались крылатые демоны, а Малус, не без труда поднявшийся на ноги, взмахнул ужасающим темным мечом, словно бы сросшимся с ним, запустившим в него мглистые щупальца порчи.
Трогг вскинул прикрепленную к культе палицу, но Мурчаль, опередив его, метнул в Малуса острое копьецо. Бросок его был безупречен. Копье, свистнув в воздухе, пронеслось через зал, миновало какой-то странный алтарь. Казалось, оно вот-вот вопьется прямо Малусу в горло, но капитан, видя его приближение, дернул Трогга за ногу так, что огр рухнул перед ним на пол, а копье Мурчаля застряло в его кирасе, не причинив никому вреда.
– Ты что это делаешь? – возмутился Трогг, выдернув копьецо и отшвырнув его прочь. – Троггу не нравится такой новый Малус. Он предал Гордунни. У него нет чести. Не годится такому зваться Гордоком. Теперь Трогг сам себе хозяин!
– Прочь с дороги!
Растолкав огров, Малус вновь бросился в схватку, к Макасе, но ее защищали надежно, да и сама она дралась с яростью бури – кружилась волчком, парировала, отражала все до единого магические снаряды, выпущенные в нее Ссарбиком и Ссаврой.
– Надо что-то делать, – сказал Арам, но Клок его не слушал.
Сзади к ним подошел Грейдон. Ослабший от ран, еле волоча ноги, он тяжело опирался на Галену в облике лунного совуха и до вершины крепости добрался только сейчас.
Небо разорвала пополам сотня ужасающих воплей. Косматые крылатые демоны, собравшиеся в небе над залом по приказанию Малуса, ринулись вниз. Хлопанье их крыльев внушало такой же страх, как и крики. Один едва не подхватил и не уволок с собой Мурчаля, но Уолдрид, вмешавшись в последний момент, пинком отшвырнул демона в сторону. Арам никак не мог поверить, что Отрекшийся на их стороне… но, может, не так уж это невероятно? В конце концов, Уолдрид пытался удержать Малуса от убийства Дреллы, ну, а теперь, похоже, окончательно принял сторону тех, за кем правда.
Клок, вскинув дубину, бросился в свалку, замахнулся на Трогга, но тут же замер, увидев, как палица огромного рогатого огра сокрушает налетевшего демона.
– Теперь Трогг хороший? – спросил Клок, почесав когтем в затылке.
– Трогг есть Трогг! – проревел огр, могучими взмахами палицы сшибая наземь одного демона за другим.
– Каррга тоже хорошая? – спросил Клок, повернувшись к огрихе ростом выше самого высокого человека и не сумев разглядеть ее татуировок, сплошь залитых демонской кровью.
– Малус предал Трогга. Малус – никчемный человек! – крикнула та, повернув плашмя клинок палаша и отразив им кривые острые когти нового демона.
Однако это не значило, что Ссарбик, Ссавра или Затра тоже на их стороне. Все трое сгрудились вокруг Малуса, защищая его, а порой предпринимая попытки отнять у Макасы Алмазный Клинок, но та держалась стойко.
Тем временем летучие демоны в небе заметили Арама, Грейдона и Галену, задержавшихся на пороге. Здесь их прикрывала уцелевшая часть потолка, но сейчас трое демонов, отделившись от общей массы, подняли когти и устремились к Араму.
– Назад!
Выступив вперед и заслонив мальчика собой, Галена принялась призывать с неба лунный огонь, стрелу за стрелой, пытаясь сбить демонов, но те оказались слишком быстры, слишком проворны, и легко увернулись от мерцающих серебром лучей света.
– Вот это за Тариндреллу! – кричала Галена, метнув в них еще стрелу. – Вот это за Арамара! Вот это за то, что отца его держали в плену! А это вам от меня!
Тут она быстро приняла облик огромного, сильного лунного совуха и вскинула руки-крылья, защищая лицо от лап проносящихся над нею демонов. Но демоны, не намеренные отступать, решительно мчались к цели. Их запах Арам почуял еще издали: казалось, тела этих тварей, чем-то похожих на летучих мышей, пропитаны серной вонью насквозь. Оскаленные клыки их сверкали, острые когти приближались с каждой секундой…