Мэделин Ру – Суд теней (страница 42)

Я вскрикнула, потому что больше ничего не могла сделать: как Иисус к кресту, я была прикована к Т-образному столу железными кандалами, надетыми на запястья и щиколотки. Тут же находилась и Спэрроу – я ощущала, как она окружает меня со всех сторон подобно пару. Моя тюрьма не была сложена из кирпичей или камней – я была заперта в собственном мозгу.

– Что вы делали в этом шатре?

Ее голос раздавался из стен моей мысленной тюрьмы, из окружающего меня воздуха. Я запаниковала, пытаясь сделать вдох. Действуют ли здесь законы внешнего мира? Есть ли отсюда выход? Я этого не знала. Я плотно зажмурилась, борясь с желанием выболтать всю правду. Я попыталась заговорить, но поперхнулась. Лгать не получалось. Тут это было невозможно… Я вспомнила рассказ о девушке в дневнике Бенну – о девушке, лицо которой растаяло, как кипящий воск.

– Я встретилась со своим отцом! – хриплым от безумного отчаяния голосом выкрикнула я.

– О чем вы говорили?

Казалось, я ощущаю ее голос на вкус, вдыхаю ее, позволяю ей заглянуть в самые темные, самые потаеннные уголки своей души и своего разума. Я должна была выбраться, я не собиралась позволять ей одержать верх. В попытках вырваться я металась, раня себя об иглы на столе. Я крутила головой, чтобы вытряхнуть ее из себя, но все было бесполезно. Я замерла, тяжело дыша, и в ужасе осознала, что еще немного – и она вытянет из меня всю правду. Я посмотрела в сторону, на свое плечо. Затем мой взгляд переместился ниже и упал на пальцы, на кончиках которых все еще виднелись шрамы. Один палец был перебинтован. Это была повязка, наложенная после укуса паука. На этот раз мне не пришлось напрягаться, чтобы привести себя во взвинченное состояние, необходимое для трансформации. Отец сказал, что это возможно. Нужно только произнести какой-то заговор. Капкан Оборотня прост: капля крови, прядь волос…

Ну пожалуйста, сработай, пожалуйста, сработай!

Становиться кем-то… чем-то другим было адски сложно. Это напоминало привыкание к новому телу в процессе взросления, только этот процесс был обратным и более мучительным. Моя плоть и кости были слишком велики для того, во что меня принуждали превратиться мои способности. Я сжималась, мою кожу жгло огнем, а в ушах стоял хруст костей. А потом все закончилось, и хотя у меня по-прежнему все болело, я уже не была собой. Я была маленькой и очень, очень быстрой. Я соскочила со стола. Я могла прыгать! Боже, какой же я стала прыгучей!

Я услышала разъяренный вопль Спэрроу. Свет пронзил меня в последний раз, а затем каким-то чудесным образом я оказалась на свободе.

Я была невероятно свободна. Свободна, как никогда прежде. Стол и комната исчезли, и я мягко упала на траву. Новые ноги! У меня появилось восемь новых ног! Трава показалась мне мягкой, как бархат, и я засеменила в ночь, с бешено бьющимся сердечком прислушиваясь к истерике Спэрроу. Я ее перехитрила. Финч пытался ее успокоить, а мой отец разразился хохотом. И еще я услышала, как она взвилась в воздух. Она твердо решила меня разыскать.

В лес я не побежала, а прямиком поспешила в дом, изобиловавший неплотно прилегающими дверями и окнами. Я намеревалась найти щель, достаточно большую для моего паучьего тела, и юркнуть в нее, воспользовавшись покровом ночи. Столь удачное превращение наполнило меня ликованием, но я уже чувствовала приближение усталости. Магия не давалась даром, и я знала, что скоро свалюсь в изнеможении. Я бежала вдоль стены дома, пока не оказалась у кухни. Все вокруг невообразимо увеличилось в размерах, и двор выглядел гигантским жутким лесом. Наконец мне удалось проникнуть в кухню, протиснувшись между дверью и каменными плитами пола. Щель была очень узкой, но я ее преодолела, после чего меня буквально вышвырнуло из паучьего тела, вернув в мое собственное. Я ударилась о стол и упала на бок.

Голая. Абсолютно голая.

Ну конечно. Пауку одежда и обувь ни к чему, и все это упало в траву, как только я избегла Кары. Осторожно прижимая к себе перебинтованную руку, я встала и тут же схватилась за край стола, чтобы не упасть, потому что у меня закружилась голова. Я смотрела прямо в лицо Ли.

– Ой, привет! – выдохнул он.

Он как раз ел пирожное и медленно опустил его, вытирая крошки с подбородка.

Мое сердце не переставало бешено колотиться с момента, когда я оказалась в той жуткой белой комнате, но сейчас мне казалось, что от перенапряжения оно просто лопнет. Я поспешно прикрылась руками и откашлялась, собираясь непринужденно отступить в тень за дверью.

– Не слишком ли поздно пить чай? – мучительно покраснев, прошептала я.

Ли положил пирожное на тарелку и, опомнившись, прикрыл глаза ладонью.

– Я говорил тебе, что не могу уснуть, когда вокруг бродят эти Надмирцы.

– Верно, – прошептала в ответ я. – Я тоже хотела бы от них отделаться.

– Это… э-э… все, случайно, не из-за них? – спросил он, и я услышала, как сложно ему не расхохотаться.

– В точку, – вздохнула я, бочком пробираясь к двери.

В припадке ярости Спэрроу могла пойти на конфликт с миссис Хайлам и устроить обыск в доме. Поэтому мне не терпелось поскорее поместить между собой и ею как можно больше дверей, стен и собак.

– И случись тебе в ближайшем будущем встретить кого-то из них, ты меня не видел. Более того, кто бы ни спрашивал, меня здесь не было. И уж точно я не была в голом виде.

Ли кивнул, продолжая прикрывать глаза, но я видела, что его лицо медленно расплывается в улыбке.

– О том, что ты выпрыгнула из тела паука, я тоже должен забыть?

Я отворила дверь и выскользнула в вестибюль.

– Да, – поморщившись, ответила я, прикрываясь дверью как щитом. – Да, я думаю, так будет лучше для всех.

Глава 29

Как и Ли, я в эту ночь не сомкнула глаз. Всякий раз, засыпая, я оказывалась в белой комнате пыток Спэрроу, слышала ее голос вокруг себя и даже внутри. Что случилось бы, если бы я осталась и подверглась пыткам? Солгать было невозможно, и только особые способности спасли меня, помешав выдать ей правду. Теперь я понимала, почему Чиджиоке предостерегал меня так часто и так настойчиво. Они были опасны, очень опасны, и доверять им было нельзя.

С другой стороны, а кому можно доверять?

Книга. Ему нужна книга. Из дневника я знала, что книга называется Черный Эльбион, но сама думала о ней только как о КНИГЕ – именно так, огромными зловещими буквами. Я нехотя думала о человеке, известном мне под именем Кройдон Фрост, как об отце. Размышляя над его мотивацией и конечной целью, я понимала, что мало того, что он явился под вымышленным именем и в чужом облике, так еще и лгал мне неоднократно, кто он и что собой представляет. И он убил или, во всяком случае, вывел из строя партнера Спэрроу и Финча. Мистер Морнингсайд недвусмысленно дал мне понять, что угроза книге является также угрозой его существованию и что без него мир превратится в хаос. Или это очередная ложь?

Я так устала. Меня тянули в разные стороны, и все чего-то хотели. Мне предстояло решить, кто получит желаемое, а кто станет моим врагом. Если я помогу мистеру Морнингсайду установить местонахождение книги, которую он так жаждет заполучить, то нанесу удар собственному отцу и, возможно, миру, к которому принадлежу. Если верить отцу, где-то находится королевство Темных эльфов и прочих лесных существ. Проклятие мистера Морнингсайда и пастуха обрекло их на вечный сон. Что, если обнаружение книги, обеспечивающей его существование, приведет к полному уничтожению этой волшебной страны?

После нападения Спэрроу я не могла занять сторону пастуха. Но точно так же я не испытывала ни малейшего расположения к отцу. Возможно, кто-то на моем месте был бы счастлив узнать, что давно утраченный и вдруг нашедшийся член их семьи является богом, но меня переполнял ужас. Он был вовлечен во многовековой конфликт, что по определению делало причастной к этому и меня. Он говорил о войне, но я не хотела участвовать ни в каких войнах. Тем не менее меня вынуждали выбрать чью-то сторону, и мне ничего не оставалось, кроме как встать на сторону Дьявола. В конце концов, мы подписали контракт, с помощью которого я надеялась навсегда покинуть Холодный Чертополох. С другой стороны, обстоятельства вынуждали меня на ходу менять свой план, потому что теперь было неизвестно, удастся ли мне получить от отца хоть один пенс.

Я решила, что безопаснее всего будет просто уехать отсюда. Причем не только мне, но и всем остальным. Но можно ли полагаться на то, что мистер Морнингсайд исполнит свою часть договора? Он признавал, что, отпустив всех своих работников, окажется в очень затруднительном положении. Возможно, он и не собирался соблюдать нашу договоренность.

Таким образом, было предельно ясно лишь одно: мне необходимо выпутаться из этой паутины обид, лжи и магии. Впрочем, для этого необходимо было прибегнуть к определенной хитрости. Я решила, что заключу еще один договор, но уже не с Дьяволом, а с отцом: Черный Эльбион в обмен на мою свободу плюс сумма, достаточная для того, чтобы спокойно добраться до Лондона и устроить свою дальнейшую жизнь.

Передавать черную книгу отцу было рискованно, с другой стороны, на территории Холодного Чертополоха ему все равно далеко с ней не уйти. Он был окружен врагами, и даже попытайся он унести книгу, скрывая свой истинный облик, миссис Хайлам наверняка заметит, что кто-то пытается взломать наложенное ею заклятие.