Мэделин Ру – Суд теней (страница 41)

Это заставило его полностью развернуться ко мне. Он выглядел растерянным, а если присмотреться, то даже грустным.

– Он ничему тебя не научил. Ну еще бы! Должно быть, он жутко боится тебя и того, чем ты могла бы стать. – Он ухмыльнулся и широко развел своими когтистыми руками. – Ты мой единственный настоящий ребенок, и мне было бы стыдно, если бы ты не научилась всему, что могу делать я. Дай-ка припомнить… Друиды приговаривали: «Капкан Оборотня прост: капля крови, прядь волос».

– Чтобы превратиться в кого-то, мне нужны кровь и волосы этого человека? – уточнила я.

– Либо ты должна пролить их кровь, либо они – твою. Этого достаточно, чтобы создать нужный образ. Но ты не станешь другим человеком, дитя, ты будешь лишь выглядеть как этот человек и говорить его голосом. Это мираж, и не более.

Я решила, что запомню это. Полезный трюк, если только мне удастся его воспроизвести.

– Как насчет розовой пены? Мне… мне приснился сон, а наутро я плевалась чем-то темно-розовым. Что это означает? – спросила я.

– Это бывает, когда нас посещает особенно мощное видение, – пояснил он. – Что бы тебе ни приснилось в ту ночь, это могло быть пророчеством.

Я содрогнулась. Пророчеством? Сон о том, как меня заживо поедают мои друзья и работодатели, был пророческим?

Он подошел ко мне. Над его лицом клубился черный туман, а его одежда при каждом шаге принимала странные очертания. Со всех сторон его окружали звуки, похожие на эхо, как если бы он был одет в накидку, сотканную из древнего шепота. Он протянул ко мне руку, и я застыла, загипнотизированная его странными глазами и силой, которая жуткими сгустками расползалась от него во все стороны. Он приподнял когтями мой подбородок, и я сделала резкий вдох, стараясь не вздрогнуть и ничем не выдать свой страх.

– Луиза, надвигается война. Самозванцы рассчитывали, что я буду спать вечно и уже ничем не сумею им помешать. Но их магия утратила силу, и пришло время предъявить права на то, что мы потеряли. Мне жаль, что я не могу показать тебе, каким был наш мир, прежде чем они его уничтожили. Он был населен друидами, феями, порождениями тумана, воды и растений. Все они обитали в гигантском дворце из корней и камней под охраной Небесного Змея и Токахуатля…

Я кивнула, зачарованная. Это казалось фантазией, чем-то совершенно невероятным и невозможным. Но все, что я увидела и узнала за последние месяцы, заставляло меня усомниться в своих прежних, усвоенных с детства представлениях.

– Я… я кое-что об этом читала. В дневнике Бенну.

Он расхохотался, в очередной раз развеселив змей и пауков у входа в шатер.

– Ты узнала о капле в море, о крошечной части нашего мира. Представь себе королевство, окутанное ветвями и листьями, народ которого спит, обреченный на блуждания в бесконечном кошмаре. Потом представь себе, как старейшина этого народа просыпается. Слышится поскрипывание ветвей, во мрак сквозь листья просачивается лунный свет, и заточенный в вечный кошмар народ медленно просыпается.

– Они тебя усыпили, потому что не смогли убить? – спросила я.

Он выпустил мой подбородок и нахмурился, словно охваченный горем.

– Не верь ничему, что тебе говорит Тот-Кто-В-Засаде. Ты ему не друг, Луиза, и ты не его работница. Ты хорошенькая диковинка, редкая бабочка на булавке под стеклом. – Он вздохнул и стиснул перед собой когтистые руки. – Но я увезу тебя из этого места. Ты окажешься в безопасности прежде, чем я начну свою большую войну.

Я покачала головой и протянула ему руку. Даже волшебство шатра было не в силах стереть следы, оставленные книгой.

– Я не могу уйти. Единственное, что позволяет мне приходить и уходить, – вот эта булавка, которую мне дал мистер Морнингсайд. Я прикована к книге.

Его грусть рассеялась, в глазах заблестело любопытство.

– Значит, ты ее видела? И прикоснулась к ней? Потрясающе! И он дал тебе эту булавку? В таком случае он знает, что книга не может тебя убить. – Он начал стремительно расхаживать взад-вперед, сосредоточенно сдвинув брови. – У нас еще меньше времени, чем я думал. – Внезапно он остановился и развернулся ко мне. Его глаза сверкали все ярче и ярче. – Луиза, ты должна принести мне книгу. Я освобожу тебя от ее темной власти, но вначале ты принесешь ее мне и сделаешь это тайно.

Глава 28

Внезапно пауки и змеи у шатра забеспокоились, но на этот раз издаваемые ими звуки даже отдаленно не напоминали смех.

– Кто-то идет, – прошептал отец.

Схватив за руку, он потащил меня к выходу из шатра. Я бежала рядом с ним, и у меня голова шла кругом. Мне казалось, что все, что я узнала об этом человеке и его королевстве, теперь висит на мне тяжелым физическим грузом. Неужели это все правда? Неужели он действительно жертва заговора между пастухом и мистером Морнингсайдом? Это казалось безумием, но разве дневник Бенну не подтверждал эту историю? Его и Кхента безжалостно преследовали только потому, что они несли то, что было ценным для Матери и Отца.

Мы выскочили из шатра. Вдруг насекомые и змеи бросились врассыпную, как будто над ними выстрелили из ружья. Вначале я ничего не поняла, но затем глянула туда, откуда они бежали, и увидела опускающихся с неба Спэрроу и Финча. Я лишь мельком успела заметить их крылья, но тут же настороженно накрыла ладонью спрятанную в кармане фартука ложку. Они еще не причинили мне никакого вреда, и я не понимала, откуда во мне столько недоверия к ним.

– Эти жалкие глупцы, – прошипел отец. – Они так же слепы, как и их предводитель, и точно так же постоянно суют нос не в свои дела. К счастью, от них гораздо легче избавиться.

– Погоди, – прошептала я. – Избавиться? Их должно быть трое. Ты убил третьего?

– Тише, – шикнул он, но я видела, что он улыбается. – Я все еще уязвим. Они ничего не должны знать.

Спэрроу бросилась в нашу сторону, едва успев коснуться земли ногами. К нам уже вернулась наша гораздо менее презентабельная внешность, и отец снова был Кройдоном Фростом. Он улыбнулся ей дружелюбной, несколько глуповатой улыбкой и отвесил поклон. У меня даже кости занемели от холода, и по мере их приближения мне становилось все труднее сдерживать неконтролируемую дрожь.

– Поздновато для прогулки, – сквозь зубы процедила она. – Что вы тут затеваете? Я думала, экономка запретила горничным выходить из дома после наступления темноты.

– Зря ты на нее набросилась, – прошептал Финч и взял сестру под руку, тщетно пытаясь оттащить от меня.

Я подняла глаза на отца, опасаясь, что Спэрроу может спровоцировать его на ответную агрессию, о которой всем придется пожалеть, и заметила жилку, пульсирующую у него на виске. Я уже знала, что он оказался способен избавиться от одного из Арбитров, но не имела ни малейшего представления о том, как далеко простирается его терпение.

– Слушай, брат, хватит миндальничать с этой жутковатой крошкой. Она одна из них, а мы прибыли сюда, чтобы разобраться с ними, а не чаи гонять.

Спэрроу произнесла это, не сводя с меня глаз. Я едва не расхохоталась, настолько комичным было то, что она усматривала опасность во мне, не замечая того, что прямо перед ней стоит бог, пылающий жаждой мести в адрес таких, как она.

– Ты права, – напрямик ответила я. – Мы не друзья, и я нарушила запрет миссис Хайлам. Может, принести розги, чтобы ты отхлестала меня за это прямо сейчас?

– Это было бы неплохое начало! – рявкнула она, нависая надо мной.

– Я тебе ничего не сделала, – ответила я. – Почему ты меня так ненавидишь?

– Я тебя ненавижу? – Она расхохоталась и тряхнула головой, откидывая за спину свои густые желтые волосы. – Я была создана с этой целью – узнавать правду и выявлять ложь. В этом доме назревает что-то неладное, и я знаю, что ты, девчонка, к этому причастна. Что вы тут делали вдвоем?

– Спэрроу, я прошу тебя, успокойся…

Финч попытался обнять ее за плечи, но она снова стряхнула его руку.

– Если что, это мой отец, – вздохнула я.

Произнеся это слово, я ощутила, что уступаю ему превосходство в нашем противостоянии. Он же кротко улыбался, стоя рядом со мной и ничем не проявляя своей истинной сущности.

– В детстве я его не знала. Он приехал сюда, чтобы познакомиться со мной, чтобы обрести давно утраченную дочь. Я уверена, вас немало порадует то, что я не просто низкородная, но к тому же и незаконнорожденная иномирка.

Спэрроу подозрительно прищурила сапфировые глаза. В этот момент в ней не было ничего ангельского. Я больше ничего не успела добавить, потому что она схватила меня за горло, сдавив его словно тисками. Я ахнула и всплеснула руками, но она была гораздо сильнее. Впившись пальцами в мою шею, она подтащила меня к себе.

– Ты говоришь мне не всю правду, маленькая лгунья! Но тебе не удастся меня обмануть. Я использую Право на Кару…

Больше я ничего не услышала. Спэрроу широко открыла рот, и из него ударил луч ослепительного золотого света. Обрывками сознания я слышала, как кричат Финч и отец, но меня там уже не было. Повсюду был ослепительный, сверкающий белый свет, а затем я провалилась в небытие. Когда мои глаза привыкли к сверканию, я обнаружила, что нахожусь в холодной белой комнате, где не было ничего, кроме стола, на котором я лежала. Поверхность стола казалась мне утыканной горячими иголками, которые начинали нестерпимо колоть и царапать мою кожу при любой попытке пошевелиться.