Мэделин Ру – Гробница древних (страница 26)
Я нашла Ли в кладовке. Он стоял спиной ко мне, его влажные от пота золотистые волосы были откинуты назад. Он лихорадочно переставлял на полках емкости с сухими продуктами. Они, возможно, раньше были гораздо тяжелее, но сейчас остались заполнены лишь на четверть. Ли шептал себе под нос, повторяя, какие продукты переставляет с левой стороны кладовой в правую.
– Помощь нужна?
Я была измотана, но он тоже выглядел уставшим и измученным.
Ли вздрогнул и выронил горшок, который, к счастью, успел приподнять всего на несколько дюймов. Так что тот хоть и упал, но не разбился. Я рванулась вперед и подхватила его, не позволив тяжелому глиняному горшку, наполненному солеными зелеными бобами, перевернуться.
Увидев меня, Ли моргнул. Кладовая была тускло освещена единственным фонарем, который стоял на полке, прибитой к стене на уровне плеча. Поэтому левая сторона его лица была окрашена в яркий оранжевый цвет.
– Тебе часто приходится спасать юношей и их бобы? – спросил он.
– Ага, – ответила я, грустно улыбнувшись. – Я чувствую себя настоящей героиней.
Прошло почти два года с тех пор, как Ли выудил из грязи мою ложку, но мы изменились гораздо сильнее, чем должны были за это время. Я снова увидела ту ложку, слегка погнутую из-за небрежного обращения. Она свисала со шнурка, повязанного вокруг его шеи, болтаясь в вырезе рубашки.
Поддавшись мгновенному импульсу или порыву, Ли шагнул ко мне и крепко сжал в объятиях. Я обрадовалась и облегченно вздохнула. Несмотря на зверскую усталость после злоключений в дороге, я боялась остаться наедине со своими мыслями. Отец молчал, но мог вернуться в любую минуту. Было очевидно, что некоторое время Мэри и Чиджиоке невозможно будет оторвать друг от друга, а Кхент пообещал, что позаботится о Матери, пока я буду общаться с Ли. Дальтон согласился рассказать мистеру Морнингсайду обо всем, что приключилось с нами после нападения Спэрроу, и мне совсем не хотелось принимать участие в этом разговоре. В их отношениях явно чувствовался холодок, и я не спешила сообщить мистеру Морнингсайду, что читала личный дневник его друга, описывающий их давние приключения.
– Я знал, что ты вернешься, – сказал Ли, отстранившись и держа меня на расстоянии вытянутой руки. – Ты приехала как раз вовремя, Луиза. Здесь все перевернулось с ног на голову.
– В Лондоне то же самое, – сказала я, поставив горшок с бобами на полку. – Всю дорогу из города за нами гнались. Я понятия не имею, хотел ли пастух заставить нас прибыть сюда или просто истребить.
– Нас? – У него расширились глаза.
– Со мной приехали Мэри и Кхент, – сообщила я. – И паучиха тоже. Только она больше не паучиха, скорее антипод Отца. Ее, понятно, зовут Мать. За нами увязался еще и Надмирец, старый друг мистера Морнингсайда. Он утверждает, что хочет помочь мне избавиться от духа Отца, но не знаю, насколько это правда.
Возможно, мне стоило вырвать страницу из дневника Дальтона и посмотреть, не сможет ли Бартоломео распознать его намерения. Если бы я знала о таланте пса раньше, то, возможно, избежала бы многих неприятностей, случившихся со мной в Холодном Чертополохе.
– Боже мой, – пробормотал Ли, – у тебя было беспокойное лето.
– Похоже, у тебя тоже, – сказала я.
– После твоего отъезда некоторое время было спокойно, – начал он, сидя на куче горшков, вздыхая и ероша свои кудри, – но потом все полетело ко всем чертям. По округе стали падать мертвыми на землю птицы. На границе поместья постоянно дежурили какие-то фигуры, которые неустанно следили за нами днем и ночью, явно что-то выжидая. А две недели назад они стали заходить на территорию, и один чуть было не унес Чиджиоке. Это ужасно, Луиза, но я безумно рад, что ты здесь. Последнее время мистер Морнингсайд сам не свой…
Ли выжидающе смотрел на меня, и меня затошнило от страха. Я не имела права разрушить его ожидания.
– Он действительно выглядит немного уставшим, – подтвердила я.
Ли покачал головой.
– Нет, еще хуже. Он постоянно на нас сердится. Я знал, что он бывает в дурном расположении духа, но сейчас мы стали мишенью для его гнева.
– Мне жаль. – Это все, что я могла сказать. – Он находится в открытом противостоянии с пастухом. Должно быть, боится проиграть.
– Но почему? – Ли задумчиво почесал подбородок. – У него несколько сотен душ, заключенных в птицах, и он сам обладает большой силой. Я не понимаю, почему мистер Морнингсайд не оказал достойного сопротивления и почему не заставил миссис Хайлам призвать тени или что-то в этом роде.
– Я не знаю, что у него в голове, – пробормотала я.
Ли был прав. Почему он выжидал и не подготовился к надлежащей обороне? Насколько я знала мистера Морнингсайда, он не был трусом и никому не уступал. Так почему все так разительно изменилось?
– Послушай, Ли, я не знаю, что творится у него в голове, но сделаю все возможное, чтобы помочь. Мы все к этому готовы. Мне надо быть предельно осторожной. Дух Отца опасен, и я боюсь моментов, когда он берет надо мной контроль. Он жаждет крови.
– Это хорошо, – сказал Ли, нахмурившись. Когда мы впервые встретились, я даже представить не могла, что он может быть кровожадным, но смерть и жизнь в качестве тени его изменили. Такое изменило бы кого угодно.
– Надмирцы представляют собой реальную опасность. Они бы без колебаний нас уничтожили. Почему мы должны вести себя по-другому?
Конечно, он был прав. Я находилась в неведении относительно того, что они пережили в мое отсутствие, но прекрасно знала, как себя чувствует тот, кого преследуют и подвергают гонениям.
– Можно найти более удачное решение проблемы, – сказала я. – Возможно, сейчас ты жаждешь кровопролития, но поверь мне, это быстро надоест. Убийство, даже в целях обороны, изуродует твою душу. Оторви крылышки у бабочки, оторви у нее лапки, и что останется?
Ли встал, бросил на меня сердитый взгляд и направился к выходу из кладовой.
– Ладно. Если ты не готова помочь, может, Кхент и Мэри не откажут.
– Я вовсе не это имела в виду, Ли. Я просто советую тебе быть предельно осторожным. Я… виновата в гибели Спэрроу. Возможно, ее никто не любил, тем не менее ее смерть ранила мое сердце, – призналась я.
Эти слова заставили Ли остановиться. Он опустил голову и покачал ею.
– Ее в самом деле больше нет? – шепотом переспросил он. – Наверное, мне следует вздохнуть с облегчением, что Спэрроу ушла навсегда. От одного только ее присутствия мне становилось тошно. Она всех нас ненавидела, но… Проклятье!
– Мне надо повидаться с остальными, – сказала я и пошла к открытой двери в вестибюль. – Мистер Морнингсайд ведет себя довольно странно, и мне неспокойно из-за того, что рядом с ним в доме находится еще одно божество.
Ли вдруг согнулся и схватился за живот. Спотыкаясь и морщась от боли, он дошел до высокого стола и облокотился на него. Его лоб покрылся испариной.
– Что с тобой? – спросила я, бросившись к нему. – Ты болен?
– Надмирцы, – сквозь зубы процедил он, – они рядом. Только при их приближении я так себя чувствую.
– Дальтон – один из них, но его не стоит опасаться. Может быть, ты чувствуешь его присутствие в доме?
– Нет, боль не бывает такой резкой при наличии лишь одного из них. Она скорее похожа на ту, которую я испытывал, когда Финч и Спэрроу появлялись здесь вместе. Луиза, они – создания света, а я – существо из тени. Свет прорезает тень. Это настоящая пытка, когда они совершают набеги на нас.
– Пойдем, – сказала я, бережно взяв Ли за руку. – Надо рассказать остальным. Вам больше не придется сражаться в одиночку. Мы поможем, объединим наши силы.