– Мы не будем извращаться. – Соломон поцеловал девушку в шею.
Он повёл её за собой. Увидев вещи Багиры в одной комнате, Соломон толкнул дверь в другую и скрылся. Вампирша подняла туфли девушки, что она сбросила по пути, и перевернула подошвой вверх, чтобы посмотреть размер. Примерив их, Багира покрутилась, представила себя танцующей в клубе. Покружилась в центре гостиной, глядя на ночное небо, подумала о том, что хотела бы послушать музыку. Но вместо того, чтобы сходить за телефоном или включить телевизор, она села на диван, сбросила туфли и уткнулась носом в подушку. Хотелось есть так сильно, что казалось будто организм стал пожирать себя изнутри. Зная, как близко к ней пища, Багира думала о крови, тёплой и нежной. Как бурая жидкость стекает по её горлу, как вкус остаётся на клыках…
Они ели оба и сразу, но сегодня Соломону нужно было удовлетворение других потребностей. Багира позволила ему это.
Соломон показался в коридоре, позвал сестру, молча махнув рукой. Толкнув дверь своей комнаты, он отодвинул ногой сумку с вещами, чтобы Багира могла пройти, поднял с пола платье и нижнее бельё девушки, бросил их на спинку кресла в углу. Они сели по разные стороны от лежащей красотки – она спала. Багира увидела полупрозрачную струйку спермы на внутренней стороне бедра и осторожно прикрыла ноги блондинки простынёй. Голая аккуратная грудь с торчащими сосками маячила у лица Соломона, когда он наклонился к одной руке девушки, ожидая, когда Багира возьмёт другую.
Они впились клыками, мурча как коты. Отточенные не одним годом движения были смелыми и резкими, словно вампиры были роботами, с настроенной программой. Хлынувшая тёплая кровь заставила обоих закрыть глаза от удовольствия. В полнейшей темноте и тишине квартиры, они жадно драли запястья бедняжки, которая не успела даже дёрнуться. Багира, открыв глаза, держала взгляд на брате. Ей нужно было его контролировать – Соломон мог убить девушку, выпить всю кровь, растворившись в моменте.
Почувствовав насыщение, вампирша отпустила руку, давшую ей пищу. Поднявшись на ноги, она обошла кровать. Схватив его за волосы, ей удалось оттянуть голову брата. Сидя на коленях, продолжая обхватывать руку жертвы, он запрокинул голову и улыбнулся. Нависая над Соломоном, Багира видела как кровь струилась по подбородку, капала на его грудь, как в глазах вампира, всё ещё скрытых контактными линзами, расплылось удовольствие и нега. Но она потянула сильнее и он скривился, нехотя поднялся на ноги и достал из сумки бинты.
– Помоги мне, – он кивнул в сторону платья.
Багира взяла вещи и надела их на девушку, пока вампир заматывал запястья. Дырки от клыков заживали быстро, но всё же раны нужно было перетянуть. Природа позаботилась о тайне вампиров, скрыв за ними следы их существования. Это радовало, особенно сейчас, когда люди, насмотревшись сериалов и начитавшись книг, могли пустить ненужные слухи и развести дискуссии в социальных сетях.
Соломон отнёс девушку к углу здания, уложил на асфальт рядом с мусорными баками. Это было не самое подходящее место, но оставив девушку здесь он мог не беспокоиться о том, что его кто-то увидит. Соломон запрыгнул на баки, а затем забрался на крышу пятиэтажного здания, проскочив пролёты пожарной лестницы. Он следил за пробуждением девушки, чтобы никто не причинил ей вреда, пока она в отключке. Наблюдая за улицей, он вспомнил ещё момент из прошлого…
– Нет! Неправда! – Багира, сидящая на заднем сиденье, влезла между Соломоном и Ровеном. Высший вампир следил за дорогой и отмахнулся, когда его дочь потрясла огромной бумажной картой. — Соломон, скажи ему!
Соломон лишь улыбнулся. Он стряхнул невидимую нитку с модных джинс коллекции Глории Вандербильт и также отмахнулся от куска карты, норовящей влезть к нему в глаз.
– Да какая разница, Багира. Проехали мы этот чёртов поворот или нет! Посмотри, какая красота вокруг…
За стеклом и правда был потрясающий пейзаж: горы, силуэт которых еле виднелся в темноте, россыпь необычайно ярких звёзд, не скрытых городским небом, и тёмный лес, через который пробивались фары их машины. Несколько миль назад они встретили оленёнка, выскочившего на дорогу и стояли минут двадцать, наблюдая за ним.
– Ты издеваешься? Я про этот концерт уже неделю твержу! Так сложно хоть раз прислушаться ко мне и ехать строго заданному маршруту?
Ровен кивнул.
– Несложно, милая. И будь твоё желание чем-то другим, нежели два часа дурацкой музыки, в окружении еды, я бы уступил тебе.
Багира со злостью сложила карту, свернув её как попало, открыла окно и выбросила на дорогу. Ветер подхватил её, поднял высоко и мастерски развернул обратно в прямой лист.
– Не дуйся, милая. Но сейчас действительно не время, чтобы…
В машину сзади что-то врезалось. Их закрутило, повело в сторону. Ни один их них не испугался, никто попросту не понял что случилось.
Следом ехал автобус со школьниками и когда Багира выбросила карту, та прилипла к лобовому стеклу, перекрыв обзор водителю. Бедный человек включил стеклоочиститель, чтобы снять лист, хотел даже высунуться в окно и снять его рукой, но из-за недосыпа вместо педали тормоза втопил педаль газа повторно.
Для автобуса удар вышел не критичным, но испугавшись, казалось бы, опытный водитель совершил ошибку: вместо того, чтобы выровнять занос, крутанул руль вправо. Скользнув колёсами по мокрому асфальту, автобус накренился. Школьники закричали, сбились в салоне как плюшевые игрушки на полке, и повалились друг на друга. Визг колёс и громкий удар… Выбитые стёкла и мерцающие фары в темноте…
Багира выползла из машины и поднялась по склону, где её ждал Ровен. Его свитер и брюки были разорваны, в руку впился осколок стекла. Равнодушно вытащив его и бросив в сторону, Высший двинулся к автобусу, лежащему на боку. Мелкие капли дождя противно липли к коже, не скатываясь, оставались на лице словно пытались превратиться в лужу на дороге. Багира вытерла щёки и лоб, схватилась мокрой ладонью за край асфальтового полотна и подтянула тело, выползла под свет фар.
– Какого хрена! – раздался голос Соломона. – Я не видел, чтобы за нами кто-то ехал. Он вскарабкался следом за сестрой и подал ей руку, чтобы она встала.
Ровен присел рядом с лобовым стеклом, снял намокшую карту и, развернувшись вполоборота, показал Багире.
Вампирша ужаснулась, коротко вскрикнула, прикрыла рот ладонью.
– Там есть выжившие? Нужно им помочь!
Ровен встал, запрыгнул на дверцу автобуса, вскрыл её, как консервную банку. Скрежет толстого, старого металла прокатился на полмили вперёд. Багира бросилась к нему.
– Есть живые? Ровен, не молчи? Что ты видишь?
Внизу, на боку автобуса, на сидениях и асфальте, на крошке из стекла, лежали подростки в сине-жёлтых куртках. Они стонали и плакали, кто-то звал маму. С каждой секундой гомон становился тише, когда очередной человек умирал, но все они, как один, были словно сломанные куклы.
– Есть выжившие, но вряд ли они доживут до приезда скорой.
– Нужно вызвать помощь! – Багира заозиралась, будто где-то поблизости можно было найти телефон.
Соломон стоял поодаль, чуть сбоку и молчал. Он видел, как взгляд Ровена загорелся. Высший уже просчитывал, кого можно было бы попытаться обратить. Его глаза не выискивали тех, кому можно было помочь. Он, словно сканер, искал точки-жертвы.
– У них сломаны позвоночники… – Ровен прыгнул внутрь. Багира забралась на стенку автобуса и присела. – Хотя вот эти двое… – послышалась возня. Ровен перевернул тела уже погибших, отбросил их и добрался до рыжеволосого парня без сознания, – Багира, забери этого…
Он подал дочери паренька и вернулся ко второму юнцу. Глаза его были открыты и он ворочал ими, не имея возможности пошевелиться.
– Я не чувствую тела… – из его горла, вместе со словами брызнула кровь.
– Т-с-с! – Ровен положил ладонь на его губы и размазал по подбородку кровь, слегка улыбнувшись. – Береги силы.
Он поднял второе тело и подал Багире. Она бережно, как могла, спустилась и уложила его рядом с первым мальчиком. Соломон подошёл ближе, сжал кулаки. Из разбитого автобусного окна показалась голова Ровена, а затем и сам Высший. Но не успел он коснуться ботинками дороги, как Соломон перегородил ему путь.
– Не нужно!
Ровен уставился на сына, не понимая.
– Не нужно! – повторил Соломон, приглаживая к затылку мокрые пряди тёмных волос. – Дай им спокойно умереть.
Багира поднялась с колен, оставив мальчишек.
– Пусть Ровен попробует! – она попыталась взять брата за руку, но тот увернулся.
– Нет! – Соломон поднял указательный палец вверх и приблизился к отцу. – Нет! Не отбирай у них смерть! Они всё равно умрут! Так пусть так, чем обращаясь!
Ровен хоть и слегка улыбался, в его глазах читалось разочарование. Он перевёл взгляд с сына, на Багиру, прочтя на её лице недоумение.
– Думаешь, не смогут пережить обращение?
Спокойный голос Ровена способствовал расслаблению Соломона. Он ждал всплеска гнева, но видя, как Высший был спокоен и сам ответил чуть мягче.
– Я в этом уверен, Ровен. Посмотри на них, они же еле дышат. Потеряли много крови. Для превращения нужно много сил, а они едва моргают самостоятельно.
Ровен протянул ладонь, погладил Соломона по щеке, затем протянул вторую к лицу Багиры.
– Мои дети. В такие моменты я вижу, как вы окрепли. Но мне так хочется дать вам большую семью. Но ты прав, Соломон. – Он опустил руки, отвернулся от них, запустил пальцы в свои волосы. – Ты прав! Это невыносимо! Невыносимо!
