Майя Неверович – Тихое НЕсчастье (страница 5)

– Варенье, это хорошо. Тем более, клубничное.

– М-м-м, целые клубнички, такие сладенькие! Не хотите? – И как бы невзначай, слегка выгнула спину, выставив грудь вперёд.

– Я с удовольствием. – Кажется, он даже охрип. – Но нужно обход завершить. Я может, потом зайду.

– Нет. – Надула я губы и чуть ли не умоляющим тоном, добавила: – Вы обязательно зайдите. Я пошла ставить чайник.

– Ну хорошо, загляну.

Из комнаты он чуть ли не выбежал. Я была безумно довольна собой. Такой стервой себя ощущала! А главное – мне понравилось. Да, он старый. Да, отец одногруппницы. И плевать. Мне с ним не детей крестить. Я всего лишь хотела выпросить халявную печать материалов.

Я взяла чайник и вышла на кухню. Электрических чайников у нас ещё не было, поэтому пришлось идти в общую кухню и ждать, когда засвистит обычный, с резиновой ручкой наверху.

Ничего удивительного, что вскоре физрук снова постучал в дверь. Очень вовремя, я как раз успела достать кружки и банку с вареньем, открыть которую, разумеется, я доверила только ему. Это же закон жанра – позволить добыть мамонта и непременно восхититься тем, какой он сильный.

Мужчина сидел уже смущённый, ёрзал на стуле, а я всё щебетала.

Как бы мимоходом пожаловалась на то, что с понедельника практика, а мы с подругой ещё не напечатали ничего. У бедных студенток просто нет денег на бумагу. затем небрежно махнула рукой, вздохнула:

– Ну не будем об этом.

– Глупости. – Мужчина поставил кружку. – Я же могу вам напечатать. Вам же с Танюшкой моей одно и то же нужно?

– Да, – расстроенно надула я губы, – но Таня сказала, что у вас бумага подотчётная, и что краска может закончиться.

– Вот что за манера? – возмутился он. – Лезть не в свои дела. В общем, завтра вечером подойдёшь ко мне, часиков после шести, я уже всё напечатаю. И тебе, и Светке твоей.

– Ой! – Благодарно захлопала я ресницами. – Правда? А мы вам целую пачку купим бумаги. Честно-честно.

– Даже не вздумай.

Тут я вспомнила, что вечером у меня электричка домой и задумалась, начав грызть заусеницу возле ногтя.

– Блин, только мне нужно или до четырёх успеть забрать, или тогда уже в воскресенье. Как лучше?

– До четырёх не успею. У меня последняя группа только в три уходит. А почему позже не можешь?

– Так домой. – Пожала плечами. – Электричка.

Физрук махнул рукой.

– Не переживай, разберёмся. Приходи, как договорились.

– Ладно. Спасибо.

Внутренне я ликовала. Это была первая победа с помощью женской хитрости.

Вскоре он ушёл. А вот Светка в тот вечер так и не появилась.

Мы встретились только утром, перед парами. На мой негодующий взгляд она отвечала таким счастливым, что я решила отложить расспросы на более подходящее время.

– Ты где была? – Шёпотом, почти шипя, спросила у подруги, не выдержала я на первой же паре.

Казалось, она только и ждала этого вопроса. Потому что чуть не подпрыгнула от радости. Глаза блестели, улыбка такая, что вот ещё чуть, и порвёт рот.

– Я ночевала у Стаса, – сообщила она едва слышно, как великую тайну.

Честно? Мне в тот момент показалось это предательством. Лучшая подруга, а туда же. Зачем ей этот Стас? Непонятный, худой. Ничего интересного. Я была разочарована.

– И что ты там делала? – Дурацкий вопрос, согласна.

– Ну… – Загадочно закатила она глаза. Потом глупо хихикнула. – Мы смотрели кассету. Там такой фильм. Ну, знаешь, в общем секс прям показывали. По-настоящему.

– Фу. – Я отшатнулась и скривилась. – И ты такое смотрела?

– Сначала я отворачивалась. А потом… – Она так сильно покраснела! – В общем… – Она наклонилась и на ухо прошептала: – Я уже не девочка.

Тут я тоже покраснела. Нет, вспыхнула! Но не от стеснения, как она, а от негодования.

– Как ты могла? – Вскочила я и пошла прочь.

– Малика! – Светка смотрела на меня ошарашенно. – Что тут такого? Это все делают.

К её счастью, в кабинете уже никого не было. И никто не слышал её возгласа.

Что тут такого? Да не знала я и сама, что тут такого, но мне показалось это предательством. С одной стороны. А с другой, я ей немного завидовала. Она ведь теперь тоже сможет шушукаться с другими девчонками и болтать про «это». Я половины разговоров не понимала. Когда однажды при мне произнесли слово «минет», мне оно показалось таким красивым, похожим на нечто связанное с балетом. Стоило мне сказать об этом вслух, как надо мной начали смеяться и предложили спросить у мамы, что это.

Я не совсем дура, спросила. Но у своей сестры Машки. И когда та объяснила, мне захотелось рот с мылом вымыть.

А теперь и Светка, лучшая подруга, стала женщиной. А ведь она даже младше меня. Почти на полгода.

На смену гневу пришло ощущение некой ущербности. Светка права. Этим, действительно, все уже занимаются. Одна я, как дурочка, в плену придуманных собой же страхов и комплексов.

И я решила, что в ближайшее же время тоже стану женщиной. Не потому, что мне этого хотелось. А из любопытства, и чтобы быть «как все».

Но помня историю с позором Ирки, точно знала, что первым мужчиной не будет никто из нашей общаги.

***

С подругой мы быстро помирились. Причём первая подошла она. А я сделала великодушный вид. Хотя понимала, что она и правда, наверное, ничего «такого» не сделала. Ещё и поделилась со мной.

В холле учебного корпуса было, впрочем, как и всегда, шумно. Кто-то кого-то звал через весь коридор. Цоканье железных набоек старшекурсниц эхом разносилось по всему коридору. Мимо проходили мальчишки из группы сварщиков и толкая друг друга, над чем-то хохотали. В общем всё, как всегда.

– Я с физруком договорилась, – пробурчала я, всё ещё строя из себя оскорблённую, как бы сделав одолжение. – Вечером должен уже напечатать.

– Супер! – Светка обняла меня, и я окончательно растаяла.

– Ага, – фыркнула от смеха. – Только не поверишь. Я не помню, как его зовут.

Мы обе засмеялись. Ну а что? У нас он не вёл. Так, замещал пару раз.

– У Таньки как отчество? – напрягла Светка память.

– Понятия не имею. Как-то вот по отчеству не обращалась.

– Ладно, это я беру на себя. – Подмигнула подруга. – Выясним, как его зовут. А то я тоже не помню. Лозовой и Лозовой. А как его там.

Вскоре мы обе знали, что физрука зовут Владимир Владимирович. И смеялись, что как можно было не запомнить такое сочетание.

– Да уж, его предки не заморачивались.

– Я, кажется, даже знаю, как звали его отца, – смеялась Светка, когда мы уже были в своей комнате и собирали вещи, чтобы ехать по домам на выходные.

– Владимир. – Не поняла я сначала, в чём шутка.

– Владимирович. – Подняла она вверх указательный палец.

– Прикинь, как они голову ломали, когда девочка родилась? Таньке всем селом, небось, имя выбирали.

Мы хохотали.

Вскоре, проводила Светку на автовокзал и вернулась в общагу. Собрала свои нехитрые пожитки в дорожную сумку и спустилась с ними вниз.

Физрук был у себя.

– Привет. – Добродушно улыбнулся он. – Проходи.

Я зашла, с шелестом поставила перед собой сумку и не решалась пройти дальше. Почему-то именно теперь мне стало неловко. Когда накануне мы пили чай на пару этажей выше, я чувствовала себя в безопасности. А вот теперь – не очень. Да и его репутация бабника. Мало ли, вдруг приставать начнёт.