Майя Марук – Притяжение (страница 3)
Пока все, что читал главнокомандующий о кандидате, ему нравилось. Воображение, которое обычно не было развито у военных, но которым природа все-таки наградила Бардена, тут же нарисовало перед глазами крепкого мужчину с проседью, в водолазном костюме, и лицом, испещренным морщинами опыта. Почему-то главнокомандующий подумал о том, что с таким персонажем будет интересно что-нибудь обсудить. Ну, или послушать истории из жизни, похожие на военные байки, которые они травили с сослуживцами на дежурствах. О том, что в личном деле имелась и фотография кандидата, и его 3D изображение в полный рост, Барден даже не вспомнил, закрыл файл и прикрыл глаза. До прибытия на станцию оставалось всего три часа.
Глава 2.
Успокоиться мне удалось только в космолете, когда поставила сумку на полку и села в кресло. Эмоции до сих пор кипели, но я старалась держаться. Время от времени возникало желание позвонить родителям, и спросить, за что они так со мной поступили, но теперь я точно знала, что ничего этот разговор не даст кроме новой волны ненависти и обид.
Сидя в кресле, я старательно отталкивала от себя детские воспоминания, которые так и норовили отправить меня в пучину самоистязания. Чтобы хоть как-то справиться с собственным состоянием, начала рассматривать обстановку вокруг.
Космолет был обычным: серые стены, квадратные полки, кресла с жесткими ремнями. Он принадлежал «Ковчегу» и использовался исключительно для перевозок сотрудников внутри системы. Необычным казалось только количество пассажиров: в салоне была только я, и двое мужчин, неизвестной мне расы, в оливковой форме. К станции эти двое отношения не имели. Станция была гражданской, спецодежда была только у отдела техников. Да и нашивки на плечах мужчин намекали на то, что они были военными, а не учеными.
Оттого, что никого из коллег рядом не оказалось, я почувствовала себя совсем неуютно. Обычно в командировки отправляли малые или большие группы экспертов от пяти до сотни сотрудников, в зависимости от задачи. Я ни разу не видела, чтобы кто-то был командирован в одиночестве.
Я присмотрелась к соседям. Оба были похожи на людей, отличались только глаза, в них не было цветной радужки, только черный зрачок и кожа как будто бы с серым оттенком. Волосы у обоих мужчин были седыми. Но, я не была уверена, что это было особенностью их расы. Расу, к слову, я определить не смогла. Оба заметили, что я их рассматриваю, но никак на этот интерес не отреагировали, а я поспешила уткнуться в планшет, чтобы не злить и не привлекать к себе лишнего внимания.
К этому времени на почту пришли несколько писем: приказ о командировке, об отправке, документы о секретности, обязательства о неразглашении, и еще несколько стандартных бланков. Информации о том, куда я направляюсь, и в чем будет конкретно заключаться моя работа – не было. Единственное, что на данный момент мне было известно, это то, что работать придется на тракайцев.
Информации о тракайцах у меня было мало. Исключительно обрывки сплетен о том, что в их мире царил махровый патриархат, женщины ни во что не ставились, были ограничены в правах, и в ходу было многоженство. Что из этого было правдой, а что выдумками, или устаревшей информацией, я не знала. В сети нашла только общую информацию о планете, и системе, в которой она находилась.
Планетой и всей системой управляет Сенат, каждая ветвь власти называется Крылом и подчиняется Сенату напрямую. Также, если верить сети, у Тракая была довольно сильная экономика, хорошо развита промышленность и технологии. Больше ничего полезного я не нашла. Только узнала, что мужчины в оливковых комбинезонах и были теми самыми тракайцами. На контакт они идти не спешили, но я сделала закономерный вывод, что это мое сопровождение.
Убедившись, что больше ничего интересного не найду, спрятала планшет в сумку, и тут же загорелся экран телефона.
Я открыла экран сообщений и начала читать:
Сообщения приходили и приходили. Спасало только то, что голосовые и видеосообщения система безопасности не пропускала даже на личные устройства. Чем дальше я читала, тем агрессивней становились послания. И вот, я увидела сообщение от отца. Сердце сжалось, но открыть его не успела. Как раз в этот момент космолет приземлился на площадку. Я удивилась. В путевом листе время полета было указано 28 часов, а мы находились в пути не больше пяти. Я насторожилась. Мужчины, летевшие со мной, поднялись со своих мест, подошли ко мне и, не сказав ни слова, жестом показали на выход. Один из них взял мою сумку.
Пряча недоумение под маской безразличия, я подчинилась. Ситуация казалась нестандартной, никаких инструкций у меня не было. В голове мелькнула мысль о похищении, которое могло стать вишенкой на торте этого дня, но к счастью, все обошлось. Мы втроем молча, через герметичный канал стыковочного шлюза перешли в другой космолет.
Со мной так никто и не заговорил. Один из сопровождающих показывал мне дорогу, второй с сумкой шел сзади вплоть до кресла. Один из солдат проверил крепления страховочных ремней на моем поясе, как будто я была ребенком. Второй в это время прятал мою сумку в багажной капсуле. Как только они сели, космолет, будто по сигналу, тронулся с места. Кажется, насчет посадочной площадки я ошиблась, и менять транспорт нам пришлось прямо в космосе.
Планшет остался в сумке, телефон тоже. Ручной коммуникатор почему-то не работал. Я несколько раз пыталась его включить, но система требовала каких-то кодов. Что это были за коды, спросить боялась, потому что поведение сопровождающих изменилось. Они заметно расслабились на своей территории и начали меня откровенно разглядывать. К счастью, только разглядывать. Попыток заговорить или сократить дистанцию никто не делал.
Я изо всех сил старалась не обращать на мужчин внимания, но чужой взгляд как будто прожигал насквозь. В такие минуты жалела о том, что космолеты не были оборудованы смотровыми иллюминаторами. Смотреть в стену было как-то глупо. Прогуляться по салону тоже нельзя. Техника безопасности. В конце концов, я не придумала ничего лучше, как закрыть глаза и притвориться спящей. Правда, притворялась недолго. Недосып и стресс дали о себе знать, через несколько минут я провалилась в сон. Рядом слышались чужие шаги, кажется, что-то шуршало, но заставить себя открыть глаза и посмотреть, что происходит, я уже не смогла.
- Женщина. – Задумчиво сказал один из солдат своему напарнику. – Зачем она понадобилась на базе?
- Не знаю. – Пожал плечами второй. – Говорят, это связано с провалом.
Первый ничего не ответил, дотронулся кончиком пальца до острого носа. Он всегда так делал, когда начинал злиться. Женщина, да еще такая хлипкая, да еще и на базу. В то, что ее появление было как-то связано с провалом, он не верил, даже несмотря на то, что лично получил распоряжение, подписанное рукой Алана Митро доставить ему ученого в целости и сохранности. На ученого девчонка не была похожа. Уж больно хорошенькой оказалась: ни засаленных волос, ни очков, ни расплывшихся бедер. Ученые так не выглядели.
- Непохожа она на ученого. Может, главнокомандующий себе любовницу выписал?
- Барден? – Второй солдат скептически приподнял белую бровь.
- Мы должны прибыть на базу вместе с ним.
- И зачем ему заниматься транспортировкой тощей девки, когда он может любую из своего особняка посадить в космолет и привести с собой? Никто ему слова не скажет.
- Ради экзотики?
Солдаты переглянулись и замолчали. Несмотря на пренебрежительный тон, который был свойственен таркайцам, когда речь шла о женщинах, за пассажирку оба переживали. И оба искренне надеялись, что она действительно чья-то любовница, а не очередная жертва, которую должен был убить тот самый «провал». Мысль о том, что и ее тело попадет в крематорий, или будет съедено морскими хищниками, солдатам не нравилась.
Глава 3.
Стоя на краю обрыва, главнокомандующий наблюдал за тем, как внизу, словно муравьи, копошатся солдаты. Рас отсюда было не видно. Точно он мог отметить только мужчин с планеты Земля 12. Они не боялись воды и спокойно ходили по воде. Барден, глядя на это хмурился, догадываясь, что знает об этом деле далеко не все.
- Впечатляет, правда? – Подошел к нему Алан Митро.
Главнокомандующий повернул голову вправо и кивнул. С Аланом Митро они были знакомы не так давно. Первый раз этого маленького римута, с синим отекшим лицом и проплешиной прямо в центре круглой головы, он увидел два года назад, когда впервые попал на станцию. Тогда он был здесь чисто с формальным визитом, в честь какого-то праздника. Настолько несущественного праздника, что даже не смог вспомнить какого именно. Второй раз в «Эдем» Барден прилетел полгода назад, когда был обнаружен вход в одну из пещер. Местные называли это место «Провал», из-за внешнего вида: это была дыра в скальной породе, которая во время прилива полностью закрывалась водой. Для того чтобы ее не потерять, были установлены специальные маяки.