Майя Леонард – Ограбление в «Шотландском соколе» (страница 36)

– Конечно, – ответил Айзек и начал плавно приближаться к паровозу, рассматривая его в видоискатель.

Путь ему преградил полицейский. Айзек опустил камеру на грудь.

– Простите, офицер, я боюсь, что ваш вид несколько испортит мой кадр. Их высочествам будет интересно рассмотреть только паровоз «Шотландского сокола», когда они потом будут вспоминать эту неповторимую поездку. Посторонитесь-ка. И я ещё хочу сфотографировать вон того человека в спецовке. Вероятно, это машинист. Как я понимаю, это его последний рейс. Важно запечатлеть этот исторический момент.

Так, шаг за шагом, постепенно забалтывая полицейского, Айзек добрался до паровоза, а за ним и Хол со штативом.

Хол даже успел заглянуть в будку машиниста и увидеть там отца Ленни. Полицейский не позволил отцу Ленни спуститься, более того, он прищёлкнул его к себе наручником. Тюрбан на голове мистера Сингха укоризненно раскачивался. Хол нахмурился: зачем же они так с ним?

– Эй, мистер! – услышал он голос Айзека, который уже занял место перед носом паровоза и обращался оттуда к Джоуи. – Вы мне позволите вас сфотографировать? Заснять рабочий момент, так сказать. Встаньте вот туда и повернитесь вот так.

– Зачем это? – хмыкнул Джоуи. – Я вам позировать не нанимался. Ступайте с богом. У вас своя работа, у меня своя.

– Хол! – крикнул Айзек. – Принеси мне камеру «Кэнон 5Д»!

Эта камера висела у Хола на плече. Он снял её и пошёл так, чтобы пройти мимо Джоуи.

– Джоуи, – прошептал он, сделав вид, что замешкался с ремнём фотоаппарата. – Я знаю, кто украл ожерелье, но мне нужны доказательства. Слушай меня внимательно, у нас мало времени, – и посмотрел на Айзека, который возился с фотоэкспонометром и вообще делал всё, чтобы отвлечь полицейского. – Я помогу снять все обвинения с Ленни и мистера Сингха.

– Мм? – сказал Джоуи, протирая ветошью руки. Руки были грязные, на лице тоже чёрная масляная полоса. Но глаза чистые, голубые. – Да чем тут поможешь? Огни в его топке уже горят, в котле не держать больше пару.

– Нужные мне доказательства находятся в багажном отделении. Там, где сидит Ленни. – Хол скосился на полицейского, но тот был занят Айзеком. – Только туда никого не пускают. А можно попасть в это помещение снаружи?

Джоуи покачал головой:

– Никак. Только через багажные двери.

– А через люк? Там же вверху люк.

Джоуи изумлённо вскинул брови:

– Да надо быть сумасшедшим…

– Ладно, я всё понял, спасибо! – Хол хотел уже отойти, но Джоуи его остановил:

– Постой! В конце служебного вагона, со стороны тендера, есть лестница. Она идёт наверх, а там, на крыше, есть небольшая площадка. Дальше вдоль середины вагона идёт другая лестница. Она с частыми перекладинами, но очень низкая. По ней ходят мойщики, когда моют вагон сверху. Вот только во время движения на ней никому не удержаться, сдует!

– А если поезд будет идти медленно, например в районе Бат Спа?

– Когда медленно, тогда, может быть, что-то и получится.

– Тогда скажите мистеру Сингху, чтобы в районе Бат Спа он ехал как можно медленнее. И подольше. Спасибо!

Хол отошёл от Джоуи, не дав ему ничего сказать в ответ. Он быстро подошёл к фотографу, передал ему камеру и сказал шёпотом:

– Айзек, мне нужно попасть в проход между паровозом и тендером. Можем мы это сделать?

Айзек кивнул:

– Оставайся здесь, пока я тебя не позову! – а сам подбежал к помощнику машиниста и попросил его на секунду замереть. Джоуи как раз держал шланг, через который в бак тендера подавалась вода. Сделав несколько кадров, Айзек разочарованно тряхнул свой фотоаппарат и крикнул: – Хол! У меня сел аккумулятор, неси запасной.

Хол тут же подбежал и предусмотрительно занял место между Айзеком и тендером. Он достал из кофра один из аккумуляторов, надеясь, что достал правильный, и подал его фотографу. Аккумулятор оказался не тот. Айзек снял с плеча Хола кофр и начал в нём рыться, что-то приговаривая. Затем он снял с шеи Хола и оба фотоаппарата. Потом развернулся к Холу спиной и попятился назад. Он буквально затолкал мальчика в щель между паровозом и тендером. Прислонившись к тендеру спиной, он начал менять аккумулятор, выжидая момент, когда полицейский отойдёт подальше.

– Всё чисто, пошёл! – наконец скомандовал он.

Хол подпрыгнул, потом подтянулся и через мгновение был уже в коридоре тендера.

Глава 29

Сетчатый питон

Внутри тендера было темно и гуляли холодные сквозняки. Хорошо был слышен шум льющейся воды: это Джоуи продолжал наполнять бак. Хол стоял, прислушиваясь к стуку своего сердца. Одна только мысль о том, что́ ему сейчас предстоит сделать, бросала его в пот. Вчера он здесь уже был. Но вчера было всё по-другому. А сегодня он должен помочь Ленни.

Кажется, дядя говорил, расстояние от Бристоля до Бата поезд пройдёт за пятнадцать минут. Оставалось надеяться, что за этот период в коридор тендера никто не войдёт. Особенно полицейские. Иначе вся его затея провалится.

Вдруг шум воды прекратился. С глухим металлическим стуком шланг был вытащен из бака. Ну вот. Сейчас поезд тронется, и тогда…

«Нет, я не сорвусь, – убеждал себя Хол. – Мистер Сингх поведёт поезд медленно, а я буду держаться крепко-крепко. Изо всех сил. Я должен довести до конца это дело. Я должен. Должен».

Время тянулось медленно. А в темноте оно тянулось медленнее вдвойне. У Хола уже затекли ноги и что-то стало сдавливать грудь. Вдруг, как всегда неожиданно, паровоз дал гудок, и по всему составу пробежала тяжёлая железная дрожь. Поезд наконец тронулся и начал набирать ход. Внизу что-то страшно скрипело, поезд преодолевал стрелку. Потом вдруг громко и дробно застучали колёса. Совсем не так, как в спальном вагоне. Они здесь, казалось, находились прямо под ногами.

По мере того как росла скорость, тендер начинал всё сильнее раскачиваться. Хол прижался к железной стене. Он представил, как сейчас будет забираться по лестнице над бегущей внизу пропастью. Руки его от страха вспотели, он вытер их о штаны.

Часов у него не было. Понять, когда поезд начнёт притормаживать, было невозможно. Секунды складывались в минуты. Минуты никуда не торопились, они стояли на месте.

Хол дошёл до конца коридора и открыл заднюю дверь тендера. Тамбура тут не было. Он это хорошо знал. Значит, снова придётся прыгать. Лестница была справа от двери служебного вагона. Если Эми права, то полицейский должен быть в том конце вагона. Здесь ему делать нечего. Хол посмотрел на вагонную автосцепку, которая лязгала и плясала, на шпалы, мелькающие под ней, потом на дверь вагона впереди и вдруг прыгнул.

Он сам не понял, как прыгнул, но тут же сместился вправо и схватился за тонкую железную перекладину лестницы. Хол прижался к ней, здесь можно было передохнуть, но вдруг понял, что уже лезет. Им будто что-то руководило извне, а сам он не успевал свои действия даже осмысливать.

Так он добрался до самого верха, до той горизонтальной площадки, с которой моют крышу вагона. В площадке был удобный проём, чтобы выбраться на неё и встать. Но Хол, конечно, и не думал вставать. Он более походил на ящерицу, которая медленно выползает наверх и вцепляется в железную решётку площадки всеми своими конечностями. Только-только не зубами.

Зубы у Хола уже стучали. Дрожь била всё тело. Ветер пронизывал до костей, и, что самое неприятное, делал это снизу и сзади. Он залетал ему в джинсы возле щиколоток и холодил ноги до самых колен. Противно заголял спину.

Было вдвойне сложно. «Но ты всё же молодец, – подбадривал себя Хол. – Ты уже здесь. Ты уже проделал половину пути. Ну ладно, одну треть. Сейчас главное – перебраться к лестнице на середине вагона и потом двигаться уже вдоль неё».

Он вытянул руку и выполз уже непосредственно на покатую крышу вагона. Подтянул себя к лестнице. Держаться за неё было можно, но ползти по ней даже нечего было думать. Только как-нибудь сбоку. «Спокойно. Спокойно. Сейчас я что-нибудь придумаю. Просто надо подстраховаться. Но чем? Ну конечно же!»

Хол лёг вдоль лестницы, расстегнул ремень брюк и тут же пристегнул себя им к длинной железной боковине. Теперь он был надёжно закреплён и мог немного передохнуть. Руки и ноги у него ещё дрожали, но он уже чувствовал себя намного увереннее. Отдохнув, Хол прополз вперёд столько, сколько ему позволял ремень, потом охватил лестницу левой рукой и перецепился. Потом ещё раз и ещё.

Люки в крыше шли через равные промежутки, но он искал тот, за которым должен мигать жёлтый огонь. Значит, там внизу была генераторная, а клетка багажного отделения, получается, рядом с ней. Главное, не проползти его, возвращаться труднее, поскольку нельзя будет отталкиваться. Первый люк был тёмен, второй тоже. Хол поднял голову и обернулся. В лицо летели сажа и копоть из трубы паровоза. Хол провёл по лицу рукой. Вряд ли оно от этого стало чище. Что же касается его жёлтой толстовки, то лучше на неё даже не смотреть.

Поезд шёл по насыпи, приближаясь к небольшой станции. Крыши домов, верхушки деревьев и телефонные провода мелькали на одном уровне с крышей вагона. Из мансардного окна какого-то дома выглядывала девочка и показывала пальцем на Хола. Он передвинулся дальше ещё на один отрезок и снова перецепился. Как раз во время перецепления паровоз внезапно дал длинный резкий гудок. Хол вздрогнул, но, что гораздо хуже, у него дрогнула рука, и он на миг потерял контакт с лестницей. Сердце его упало в пропасть. К счастью, только сердце. Но и оно уже вскоре вернулось на место.