Майя Леонард – Ограбление в «Шотландском соколе» (страница 23)
Глаза принцессы наполнились слезами.
– Не волнуйся, дорогая, – проговорил принц. – Это не то ожерелье, которое я тебе дарил. – Он поднял с пола цепочку и передал её Адриану. – Это искусная подделка. Правда, остаётся вопрос: где настоящий бриллиант?
Хол почувствовал, как его тянут к выходу. Дядя что-то ему говорил, но он ничего не слышал. Его занимало совсем другое. Неужели Майло всё-таки это сделал? Невероятно! Хол обернулся, чтобы всё хорошенько запомнить. Потом он всё это изобразит в мельчайших деталях.
Нет, не может быть! Всё это полный бред. Поддельное ожерелье? Ерунда! Как подменить ожерелье, причём на виду у всех? Хол поискал глазами Майло, но человека со шрамом нигде не было видно.
– Я знаю, кто вор, – гремел в коридоре голос мистера Пикля. – Я это говорил всё время. Теперь вам придётся признать, что я был прав.
Хол не сразу понял, что опять подозревали его.
– Быстро идём к себе, – приказал дядя Нэт.
В купе он опустил на окне шторку, включил свет и тяжело опустился в кресло. Хол примостился на краешке дивана.
– Я требую, чтобы ты мне рассказал всё. – Дядя снял очки и начал их протирать. – Всё-всё, без утайки. Мистер Пикль намекал, что сегодня утром ты был в вагоне их высочеств. Это правда?
Хол кивнул.
– Хорошо. Оставим мистера Пикля. Но я сам лично видел, что ты постоянно пялишься на бриллиант. А потом, в Абердине, ты так прямо и спросил у принцессы, не боится ли она, что бриллиант украдут. Создаётся впечатление, что ты заранее что-то знал. – Дядя водрузил очки на нос.
– Я ничего не крал.
– Разумеется, ты не крал. Скажем так, крал не ты. – Тут дядя подался вперёд и глянул Холу прямо в глаза. – Не кажется ли тебе, что пора уже рассказать обо всём, что вы там задумали и чем занимаетесь вместе с этой девочкой, Марленой Сингх.
Хол так и подскочил. Что?! Он не сразу пришёл в себя.
– Но откуда вы знаете?
Дядя снисходительно улыбнулся улыбкой очень мудрого человека:
– Я ведь журналист. Я привык замечать детали и сопоставлять факты. Я видел Марлену, когда она высунулась из окна королевского вагона на вокзале Кингс-Кросс ещё в Лондоне. И я её сразу узнал. Последний раз мы общались, когда ей было шесть. Эта девочка уже тогда была помешана на поездах. Что, впрочем, неудивительно, она дочь машиниста. А потом, когда ты спросил, есть ли на поезде другие дети, я сразу понял, что ты её видел тоже. Потом ты перестал про неё спрашивать, и я понял, что вы встретились.
– Я бы сказал, – смущённо проговорил Хол, – но Ленни предупредила, что я сильно подведу её отца. Его могут даже уволить.
– Поэтому-то я и не стал тебя расспрашивать, – сказал дядя и откинулся на спинку кресла. – Однако я видел, как вы играете в юных детективов. И кажется, у вас уже есть подозреваемые, кто мог бы похитить бриллиант.
– Сорока-воровка. Мы дали вору такую кличку, по типу Розовой Пантеры. После кражи броши мы с Ленни поняли, что вор на этом не остановится. И что он здесь не ради какой-то мелочи. Он хочет сыграть по-крупному. Мы подумали и решили, что его цель – ожерелье с бриллиантом. И мы не ошиблись. Только вот я не понимаю, как ему удалось совершить подмену.
– Сорока-воровка, говоришь? – задумался дядя. – Да, эти птицы любят всё блестящее. Но здесь не обычная лесная трещотка с длинным хвостом. Это птица высокого полёта. Так?
– Так, – эхом откликнулся Хол.
– И кто у вас главный подозреваемый?
– Майло Эссенбах.
– Сын барона? Откуда такие выводы?
– Во-первых, он беден. Пусть из богатой семьи, но он не получит никакого наследства, и, похоже, он этим сильно недоволен. Во-вторых, он не любит поезда и всё-таки находится здесь. Зачем?
– Есть против него улики?
– Одна. Мы нашли записку. У него есть сообщник… ца.
– Сообщница? – поднял бровь дядя Нэт. – Уже становится интересно. Слушай, а почему бы нам не заказать ужин прямо сюда? Сегодня уже как-то не хочется сидеть вместе со всеми. А мы тут спокойно посидим, поедим и подумаем, хорошо?
Хол кивнул и достал свой блокнот.
– Ничего, что я буду рисовать? Мне надо быстренько набросать то, что происходило в оранжерее, когда разбился бриллиант. Пока всё это не выветрилось из памяти и картина стоит у меня перед глазами.
– Валяй, – сказал дядя и нажал кнопку звонка, чтобы сделать заказ.
Хол лёг на пол – так ему было удобнее – и начал рисовать.
Эми принесла ужин. Хол закрыл блокнот, и они с дядей сели за стол. На ужин была жареная треска в молочном соусе с петрушкой и укропом. За едой Хол подробно рассказал о том, как он хотел поймать вора, а вместо этого нашёл Ленни. Тогда они стали заниматься расследованием вместе и наконец решили, что больше всего подозрения падают на Майло. А его вероятной сообщницей была Сьерра Найт.
– Сьерра, наша киноактриса? Да ты что? – не поверил дядя. – Ну да ладно. Оставим это как версию. Потому что всё остальное звучит, по крайней мере, правдоподобно. И мне очень понравилось про туалет королевы, спрятанный за стеллажами в библиотеке. Второй тронный зал, великолепно! Слушай, как, говоришь, называлась та книга, на которую надо было нажать, чтобы отодвинуть стеллаж?
– Что-то о налогах на бороду во времена Генриха Восьмого.
– Гм, надо будет посмотреть на досуге. А ты пока мне скажи, отчего вы так прицепились к Майло? Что-то на него ещё есть?
Хол рассказал, что он видел, как Майло держал в кулаке что-то маленькое и блестящее.
– Ну, это может быть что угодно. Самая невинная вещь, – парировал дядя. – Записка выглядит гораздо серьёзнее, хотя тоже ничего не доказывает. Речь в ней может идти совершенно о другом.
– О чём? – спросил Хол.
– Я не знаю.
– И всё же тогда в библиотеке он вёл себя очень подозрительно.
– Это когда?
– Когда мы вошли, а он от испуга уронил книгу.
– Да, но он мог просто зачитаться. Чтение книг ещё не делает человека вором.
Хол не сдавался:
– И всё равно это он! Мы уверены. Нам с Ленни остаётся лишь добыть доказательства. А ещё нам хотелось поймать его на месте преступления. Прямо в тот момент, когда он похищает бриллиант. Но… – Тут Хол вздохнул. – Ожерелье кто-то подменил раньше. Теперь этим делом будет заниматься полиция.
– Можно посмотреть твои рисунки?
Хол протянул блокнот:
– Тут, правда, часто одни наброски. У меня не было времени всё тщательно прорисовывать.
– Не такие уж и наброски, – не согласился дядя. – Нарисовано всё подробно, а главное, что меня даже удивляет, совсем неплохо выявлены характеры. У леди Лэнсбери хорошо схвачены её любимые жесты, а мистер Пикль… – Дядя усмехнулся. – Не думаю, что ты рисовал шарж, но мистер Пикль чем-то напоминает колбасу, нашпигованную салом. А как он раздувает ноздри, когда сердится! Короче, ты большой молодец.
Хол расплылся в улыбке.
– Да, у тебя острый глаз. – Дядя закрыл блокнот и забарабанил по нему пальцами. Он уже думал о другом. – Понимаешь, кража знаменитого бриллианта у жены наследного принца – это очень серьёзное преступление. Полиция станет рыть так, что камня на камне не останется. Но ты можешь им помочь. Не знаю, поверят ли тебе сразу, но если под руководством серьёзного взрослого человека, – дядя сделал паузу, – ты решишь продолжить своё расследование…
– Что, правда? Ура! – крикнул Хол.
– Почему бы и нет? Ты мог бы даже разоблачить преступника первым.
Хол не верил своим ушам.
– Да, можно попытаться, – продолжал размышлять вслух дядя. – Ты знаешь, я много ездил на поездах, но никогда в статусе детектива. Ну-с, с чего мы начнём? – Дядя с нетерпением потёр руки.
– Я мог бы нарисовать маршрут движения «Шотландского сокола» по стране и отметить на нём все места, где поезд останавливался, где мы заправлялись углём и водой, где выходили погулять и где совершались преступления.
– Приступай! – скомандовал дядя. Он снял со стены карту и расстелил её на полу.
Они провозились с картой около получаса, пока Хол не перерисовал в блокнот весь маршрут поезда со всеми необходимыми уточнениями и пояснениями. Потом пришло время спать, потому что дядя уже начал зевать.
– Но вы ведь не расскажете про Ленни, – на всякий случай спросил его Хол, забираясь под одеяло.
– Даже не знаю, о чём ты говоришь, – пробормотал дядя, засыпая. – Я вообще не видел никаких детей на этом поезде.
Хол долго не мог заснуть. Ворочался с боку на бок, перекладывал подушку, то натягивал, то снова отбрасывал одеяло. Потом случайно нащупал на груди медальон со святым Христофором. Тот сначала отдавал в его руке холодом, но потом согрелся. Холу вдруг ужасно захотелось поговорить с мамой. Но он понимал, что это сейчас невозможно. Потом захотелось поговорить с Ленни. Интересно, знает ли она о разбившемся бриллианте? И где она сейчас? Неужели всю ночь проведёт в этой генераторной, где бубнит дизель и мигает жёлтый свет? Он представил её лежащей в углу на тюрбане своего отца. Потом представил её отца, смотрящего вперёд по ходу поезда. Потом представил Джоуи, кидающего лопатой уголь. Потом он представил дальнейший маршрут поезда по северу Шотландии, через всё графство Банфшип, потом через город Элджин, потом поезд повернёт на юг возле Форреса, а потом будет виадук возле города Каллен…
А потом он уснул.
Глава 19
Инспектор полиции