Майя Леонард – Королева жуков (страница 46)

– А багажные отделения в вертолётах бывают? – задумчиво спросил Хамфри.

– Вот! – взвизгнул Пикеринг, открыв крышку люка. – Сумками забито.

– Быстро вытаскивай! Я их побросаю с крыши.

Пикеринг выгреб сумки из багажного отделения и забрался внутрь, пока Хамфри швырял вниз багаж Лукреции Каттэр.

– Подвинься! – сказал Хамфри.

Он заполз в багажное отделение на четвереньках, задом наперёд, чтобы закрыть изнутри дверцу.

– Ой! Тесно! Ты слишком жирный.

– Закрой рот.

Хамфри рывком захлопнул дверцу. Пикеринг заскулил.

– Что такое? – прошипел Хамфри.

– Ты мне задом лицо придавил, – пожаловался Пикеринг. – Не пукни смотри.

– Ш-ш-ш! Я слышу, кто-то идёт. Только представь, когда прибудем на место, мы окажемся в раю.

– Наедине с Лукрецией Каттэр… – мечтательно проворковал Пикеринг.

35

Рождество

Даркус шёл за дядей Максом по больничному коридору. С потолка свисали рождественские украшения. Заглядывая на ходу в палаты, Даркус вдруг понял, что многие люди проводят это Рождество вдали от своих близких, не только он один.

– Пришли! – объявил дядя Макс, открывая дверь в палату.

Профессор Эндрю Эпльярд сидел в кровати и пил зелёный чай.

– Счастливого Рождества, Эндрю! – воскликнул дядя Макс, усаживаясь на стул у кровати.

Даркус робко подошёл ближе.

– С Рождеством, профессор Эпльярд!

– И вас тоже с Рождеством! – Профессор Эпльярд отсалютовал чайной чашкой. – Пусть ваш жизненный цикл будет дольше, чем у бабочки-подёнки! – прибавил он со смешком.

– Я принёс вам подарок, – сказал Даркус, протягивая коробку в разноцветной обёрточной бумаге.

– Староват я стал для подарков, – возразил профессор Эпльярд. – Не надо было…

– Мне захотелось, – буркнул Даркус.

Профессор отставил чай и бережно развернул обёртку.

…Как только они вернулись из Америки, дядя Макс позвонил в больницу – узнать, в каком состоянии находится профессор Эпльярд. Ему сказали, что он вышел из комы накануне дня вручения кинопремии и быстро идёт на поправку. У Даркуса гора упала с плеч, но он всё равно чувствовал себя виноватым, ведь профессор Эпльярд попал в больницу из-за него.

– Вам уже лучше? – спросил он.

– Я думаю, да, – ответил профессор. – Судя по всему, меня укусило ядовитое насекомое. Очень странно! В моём организме нашли яд паука вида «чёрная вдова», меж тем как я, перед тем как потерять сознание, видел только жёлтую божью коровку. Да и не водится «чёрная вдова» в нашей стране. К счастью, меня уже кусали раньше пауки этого вида и, похоже, у меня выработался иммунитет к их яду.

– Вас кусала «чёрная вдова»?

– О, я сам был виноват. Нечаянно напугал бедняжку. «Чёрные вдовы» совсем не агрессивны. – Он открыл коробку с подарком. – Даркус, какая прелесть! Сверчки в шоколаде! Вкуснотища! Спасибо тебе!

– Вас укусила божья коровка Лукреции Каттэр, – сказал Даркус. – Мы их изучали. Те, что с одиннадцатью пятнышками, смертельно ядовиты.

– В самом деле? Как интересно! Я бы с удовольствием ознакомился с результатами вашей работы. – Профессор Эпльярд потёр глаза. – Должно быть, я разозлил Лукрецию Каттэр, когда обратился в глобальную энтомологическую сеть с просьбой призвать население внимательней наблюдать за поведением насекомых и отслеживать появление её жуков-уродцев.

– А я думал, это я виноват!.. – облегчённо вздохнул Даркус.

– Что такое? С чего бы?

– Я привёл к вам в дом божью коровку, – признался Даркус.

– Что ты, мой милый! Я беспокоился по поводу Люси Джонстон с тех пор, как закрыли проект «Фабр». Не ты один борешься с ней, знаешь ли.

Даркус просиял:

– Это хорошо!

– Я говорил с врачами, – вступил в разговор дядя Макс. – Вас могут выписать, как только вы пожелаете.

– Я хотел бы вернуться домой, – улыбнулся профессор Эпльярд. – Нужно покормить моих членистоногих.

– Тогда мы вас подвезём. Я на машине.

– Мы поедем на праздничный ужин к Вирджинии, – сказал Даркус. – Вы тоже приглашены. Жуков на стол подавать не будут, но если вы придёте, мы расскажем вам новости о Лукреции Каттэр и моём отце.

Профессор Эпльярд уже откинул одеяло и начал обуваться.

– Это было бы замечательно, Даркус! Я хочу услышать все подробности. Я смотрел репортаж о церемонии. – Он показал на плоский телевизор на стене палаты. – Никогда не видел подобного безумия!

Даркус позвонил в звонок.

– С Рождеством! – завопила Вирджиния, распахивая дверь. – А где твой дядя и профессор?

– Сейчас придут. Профессор ездит в кресле на колёсиках, пока не совсем ещё окреп. Но он поправляется.

Даркус вошёл в дом Уоллесов следом за Вирджинией.

На лестнице сидела её старшая сестра Серена, болтая по телефону и со скучающим видом обдирая лак с ярко-жёлтых ногтей. Вирджиния пригласила Даркуса в гостиную. Там развалился в кресле старший брат Дэвид в наушниках и с пультом управления от игровой приставки в руках. Он буркнул что-то неразборчивое, не отрываясь от экрана.

– Это он так поздравляет тебя с Рождеством, – пояснила Вирджиния.

Вдруг раздался грохот. Это сбежал по лестнице Шон.

Ворвавшись в комнату, он с ходу спросил:

– Ты принёс жука-носорога?

– Где тебя воспитывали? – За ним вошла Барбара Уоллес и замахнулась на Дэвида полотенцем. – Дэвид, уступи место Даркусу! Он совсем один, без родителей, в светлый праздник!

– Вот бы и мне без родителей побыть… – снова буркнул Дэвид себе под нос.

– Я всё слышу!

– Не беспокойтесь, пожалуйста, миссис Уоллес, – сказал Дарку, – он шутит!

Кейша и Дарнелл с визгом носились по комнатам, гоняясь друг за другом.

– Даркус, какое питьё тебе принести? Пирога хочешь? – спросила мама Вирджинии.

В дверь позвонили, и Вирджиния побежала открывать.

– Апельсиновый сок, если можно, – ответил Даркус. – Большое спасибо!

Пришли Бертольд с мамой, а за ними миссис Крипс. Она принесла рождественскую коврижку.

– С Рождеством! – сказал Бертольд, радостно улыбаясь.

– Входите, все входите! – весело крикнула Вирджиния.

И все гуськом отправились в гостиную.