Майя Леонард – Битва жуков (страница 19)

Даркус увидел в гуще ветвей миниатюрную фигурку. Белокурые волосы были зачёсаны назад, открывая замурзанное, но хорошо знакомое лицо.

– Не может быть! – прошептал Даркус.

– Кого это ты назвал обезьяной?! – крикнула сверху Эмма Лэм.

– Эмма? Это ты?! – изумился дядя Макс.

Эмма Лэм – та самая журналистка, что помогала им во время битвы в магазине товаров для рукоделия и поклялась разоблачить Лукрецию Каттэр, – ловко прыгая с ветки на ветку, спустилась на землю.

– Вы живая! – радостно завопила Вирджиния и повисла у журналистки на шее.

– Ага, уж точно не мёртвая. – Девушка легонько стукнула себя кулаком по рёбрам. – Хотя и отощала изрядно.

– Ох, Эмма! – Дядя Макс так и сиял. – Как я рад тебя видеть! Я пробовал послать тебе весточку, но, когда мы приземлились в Кито, мне сказали, что ты не забрала письмо. Я боялся худшего.

– Мне пока нельзя возвращаться к цивилизации. – Эмма тряхнула головой. – Видели, что здесь творится? Сумасшедший дом! Перед кинопремией я уговорила одного человечка из «Биома» поделиться со мной кое-какими профессиональными тайнами Лукреции Каттэр.

– Вы нашли человека, который нам поможет? – встрепенулся Даркус.

– Больше не поможет. – Эмма Лэм нахмурилась. – Наверное, Лукреция Каттэр узнала, что он со мной общался. С тех пор он молчит.

Вирджиния аж поперхнулась:

– Как – молчит?

– Не грусти из-за него слишком сильно. – Эмма погладила её по плечу. – Хенрик Ленка знал, что делает. Он дрянной тип. Из тех, кто всегда норовит перебежать на сторону победителей. Я думаю, он согласился мне помогать на случай, если планы Лукреции рухнут и ему нужно будет отвертеться от тюрьмы. Так или иначе, он отлично сознавал, что рискует, а я ему очень хорошо платила за информацию.

– Хенрик Ленка? – Даркус переглянулся с Вирджинией и Бертольдом.

– Из проекта «Фабр»! – ахнул Бертольд.

– Он вам рассказывал, что Лукреция Каттэр выводит гигантских жуков? – спросил Даркус. – Мы тут нашли жука размером со слонёнка. Он умирал. Мы не смогли его спасти.

Эмма задумалась, наклонив голову к плечу.

– Верно, он рассказывал, что подопытный жук сбежал из «Биома». Называл его «жукозавр», но я решила, что он привирает. Он говорил, что жука вывели из «Биома» на цепи – посмотреть, как он будет себя чувствовать в естественной атмосфере, а жук сорвался с цепи, обломив себе рог и оторвав ногу.

– Они держат жуков на цепи?! – ужаснулся Даркус.

– Бедный жукозавр… – прошептал Бертольд.

Трое друзей притихли, вспоминая несчастного жука, которого они оставили умирать под прикрытием веток и листьев.

– Эмма, пожалуйста, скажи: у тебя есть лагерь, где наши усталые кости смогут найти покой и отдых? – спросил дядя Макс, чтобы сменить тему. – А то мы уже подыхаем от усталости!

– Я, подобно обезьянам, живу на деревьях. Где найду пару крепких веток, там и вешаю свой гамак. Наверху безопасней.

У дяди Макса вытянулось лицо.

– О-о…

– Но я знаю полянку на безопасном расстоянии от «Биома», там вы сможете устроить лагерь. – Она улыбнулась и зашагала в глубь джунглей. – Сюда, за мной!

18

Рассказ Эммы

– О чём задумался, просвети! – попросила Вирджиния, показывая на плясавших над головой Даркуса светлячков.

Мальчик улыбнулся:

– Эмма говорит, до «Биома» всего полдня ходу, вон в ту сторону. Мой папа совсем рядом!

Вирджиния посмотрела на тропинку, которую показывал Даркус. Солнце уже садилось, начинало темнеть.

– Завтра, – только и сказала она.

– Вирджиния! – Даркус понизил голос. – Меня беспокоит Бертольд. Не тащить же его с травмой в «Биом».

– Ты что, мы вместе шли всю дорогу! – Вирджиния нахмурилась. – Нельзя его бросать. Мы – одна команда.

– Неизвестно, с чем нам придётся столкнуться, – возразил Даркус.

– Вот именно! – Вирджиния многозначительно изогнула бровь. – Поэтому он нам и нужен! Он ужасно умный – куда нам с тобой до него.

Даркус посмотрел на собравшуюся у костра пёструю компанию. Дядя Макс и Эмма развешивали гамаки, Мотти поддерживала огонь и готовила ужин, а Бертольд сидел рядом, рассматривая свою лодыжку. Даркус подумал о Лукреции Каттэр, представил, что их ждёт в «Биоме», и сердце у него сжалось от страха. Когда он спасал папу из «Вершин», то в основном всё сделал сам, только жуки и Новак помогали. Так было проще.

– Даркус, есть хочешь? – окликнул его дядя Макс. – Мотти приготовила рис с бобами.

– Иду! – ответил Даркус и поднялся, ухватившись за протянутую руку Вирджинии.

Он сел рядом с Бертольдом, улыбнулся Мотти и вежливо сказал:

– Пахнет вкусно.

– Неправда, – ответила Мотти. – Но желудок набить можно.

Эмма дала ей металлическую миску:

– Мотти, мне положи, пожалуйста, доверху! Я уже месяц нормальной еды не пробовала.

Дядя Макс сел рядом с Эммой.

– Так что тебе поведал о «Биоме» этот доктор Ленка? Что-нибудь полезное?

Она кивнула, продолжая жевать. Потом проглотила то, что было во рту, и ответила:

– Весь комплекс построен на основе шестиугольников.

Девушка вытащила из кармана сложенный листок бумаги – приблизительную схему, кое-как начерченную шариковой ручкой.

– Вот этот шестиугольник в центре – самый большой купол. Насколько я поняла, там полно растений, как в огромной теплице. Я обошла кругом всю конструкцию – высматривала всё, что возможно разглядеть снаружи. Ленка сказал, у каждого купола своё назначение. Вот в этом – помещения для учёных, в этом – для обслуживающего персонала. Один купол – у Лукреции в личном пользовании, туда и не заглянешь никак. В этом – кладовые, прачечная и так далее… И ещё вот этот. – Эмма ткнула пальцем в шестиугольник рядом с квадратиком, который она надписала: «Дверь». – Здесь находятся мониторы охранной системы, генераторы, серверная, климат-контроль и кондиционеры. Если пробраться в этот купол, мы сможем увидеть всё, что происходит в «Биоме».

– А здесь что? – Даркус показал ложкой на шестиугольник, на котором не было никаких пометок.

– Тюремные камеры, – ответила Эмма.

– Там, наверное, папа и Новак.

– Спенсер, скорее всего, в том куполе, где работают учёные, – прибавил Бертольд.

– Это – река. – Эмма провела пальцем по извилистой линии, пересекающей центральный шестиугольник. – А это – обрыв. Тут водопад. Ленка говорил, что под землёй, в центральном куполе, находится огромная ферма насекомых.

– Под землёй!

На Даркуса навалилось отчаяние. «Биом» такой громадный! Неизвестно, сколько времени понадобится, чтобы найти папу и Новак, даже с помощью жуков, а потом ведь ещё нужно будет каким-то образом вытащить их оттуда.

– Самая большая трудность, – Эмма указала на квадратик с пометкой «дверь», – заключается в том, что войти в этот стеклянный лабиринт можно только через один-единственный люк в земле. Крышка люка поднимается автоматически, а дальше проложен туннель. Я подходила к люку ночью. Открыть его вручную нет никакой возможности, а других дверей в комплексе нет.

Наступило долгое молчание. Все таращились на мятый бумажный листок.

– Спорим, я смогу её открыть! – сказал Бертольд, внезапно выпрямляясь.

– Что? – Эмма нахмурилась. – Что-то не верится. Я всё перепробовала!

– Даркус, дай мне твой рюкзак! – Бертольд расстегнул карман рюкзака, вынул приборчик и нажал на экран пальцем. Появился белый шестиугольник. – Вот этим и открою!

У Эммы на лице расплылась улыбка от уха до уха.

– Ну, детишки, вы не перестаёте меня удивлять! Откуда это у вас? Можно посмотреть?