Майя Коссаковская – Сеятель Ветра (страница 89)

Архангел Воинства улыбнулся впервые за этот вечер.

– Конечно! – кивнул он.

– Хорошо, теперь к политическим вопросам. – Габриэль провел рукой по лицу. – Мы все согласны, что последнее, что нам сейчас нужно, – это неразбериха. Поэтому предлагаю публично не связывать заговор Оха с Софией, Ялдабаотом и тем более ни в коем случае с Тенью. Был просто обычный переворот, парочка крылатых захотела власти.

– Ясно! – в голубых глазах Разиэля засияло истинное восхищение. – Габи, ну ты и сукин сын! Естественно, заговорщикам удалось временно отстранить нас от власти, поэтому Антикреатор почувствовал ослабление в Царстве и напал. А мы вернулись в последний момент, чтобы героически спасти мир. И кто же тогда является гарантом безопасности в Царстве? Кто же тогда законные правители всех крылатых, назначенные и благословленные Господом? Так ты думаешь?

– Нет! Это мерзко! – застонал Рафаэль.

– Но очень эффективно, – сказал Габриэль. – Это укрепит нашу власть и создаст впечатление, что ее утвердил сам Господь.

– Хитро, черт возьми, – согласился с ним Михаил. – А у тебя голова варит, Габи. Чем меньше сомнений по поводу Бога, тем лучше. Но мы не можем спустить все Оху и этой суке Пистис.

– Оха и остальных осудит независимый ангельский суд, – сказал Габриэль. – Если мы не обвиним их в связи с Тенью, то дело не будет настолько серьезным, чтобы обращаться непосредственно к воле Бога. Я поговорю с Нитаэлем и Дубиэлем. Они достаточно рассудительные, чтобы не настаивать на разглашении своих контактов с Мраком. Во всяком случае, я совсем не уверен, что они знали про связь Оха с Ялдабаотом. Взамен я предложу им чрезвычайное смягчение наказания в связи с великой победой над Тенью. Разиэль, стоило идти на такие безумства, чтобы добыть эту проклятую книгу?

Князь Магов улыбнулся.

– Только если ты алхимик, Габриэль.

– Минутку! – вмешался Михаэль. – Ты не сказал, что делать с Софией? Хочешь отпустить эту суку?

– Вынужден, – сухо ответил Габриэль. – Пистис последний могущественный эон при власти. Мы не можем сейчас развязать скандал и передать следствию ее дело, поскольку сразу же станет известно, что Бога уже нет в Царстве. Наказание или отстранение от власти такого могущественного ангела требует личного вердикта Господа. Прости, Михаэль, но переодеть и усадить тебя на Белый Трон не вариант. Кроме того, у нас нет конкретных доказательств ее предательства. Если мы начнем копать, то подставим собственные задницы. Пистис имеет большую власть, она хитра и проницательна, еще начнет что-то подозревать по делу Бога. Я и так все время боюсь, что она докопается до правды.

– Не думаю, – Разиэль покачал головой. – Скорее подумает, что мы потеряли благосклонность Бога. Но если начнем нападать на нее, она так это не оставит. Начнет убивать свидетелей и усиленно искать против нас оружие. И найдет, я боюсь.

– Черт, я об этом не подумал, – зашипел архангел Воинства. – Но эта госпожа Чертова Мудрость и дальше будет нам гадить с высоты своего золотого трона.

– Будет, – согласился с ним Разиэль. – Но сейчас мы хорошо знаем, что она за птица.

– И что нам это дает? – буркнул Михаэль.

Разиэль криво усмехнулся.

– Преимущества, Миха.

– Меня беспокоит Ялдабаот, – вздохнул Габриэль. – Очень плохо, что мы упустили его.

Улыбка на лице Разиэля стала по-настоящему мерзкой.

– Кто упустил, тот упустил, – загадочно произнес он.

Регент Царства вздрогнул.

– Как это? Ты что-то знаешь про Мастему?

– А кто должен знать, как не начальник разведки? Плохо бы я работал, если бы действительно упустил его.

– Говори конкретней! – рявкнул Габриэль. – Где он?

– В доме престарелых, – с удовлетворением ответил Разиэль. – Роскошном, истекающем золотом и точно соответствующем его душевному состоянию. Мастема сошел с ума, Габи. Он постоянно что-то бормочет под нос, по ночам воет от страха. Никого не узнает. Бредит. И у него уже нет силы, которая могла бы его вылечить. Падение Сеятеля уничтожило его разум. Он выгорел. Потому я не жалею, что мои агенты опоздали и по этой причине не смогли перехватить эту пустую скорлупу с серебряными крыльями, которая когда-то была Мастемой. Я и не слишком старался, стоит признать. Господин Великий Владыка Мира идеально подходит месту, в котором находится. И общество у него, надо признать, забавное. Согласно его классу и происхождению. Они действительно хорошая пара.

Архангел Откровений холодно усмехнулся.

– Ну да, – буркнул он. – Конечно, можно было на это надеяться. Ладно, пусть будет так.

– А с Софией я сам поговорю, если позволишь, – сказал Разиэль. – Попугаю ее и буду злиться столько, сколько действительно потребуется. Хорошо?

Габриэль кивнул.

Дворец Софии тонул в тишине. Придворные и слуги перемещались беззвучно. Разиэль проходил все новые комнаты, украшенные золотом и драгоценной мозаикой. Сады на стенах сочетались с садами в стенах, где белые экзотические цветы грели бутоны в искусственном свете ламп. В прудах плескалась рыба, разноцветная, словно горсть драгоценных камней, похожих на раскиданные в воде лепестки.

Ноги Разиэля ступали на все более дорогие ковры. В этот раз обошлось без бесконечных представлений и поклонов слуг. «Дарительница Мудрости и Таланта, эон женских хоров, госпожа Пистис София, пусть свет ее мудрости вечно сияет, примет архангела Разиэля, князя Магов, архангела Тайн в частных апартаментах».

«Какая честь», – подумал Разиэль с сарказмом. Джинн в цветах Софии открыл перед ним очередную дверь.

– Госпожа ждет, – коротко произнес он.

Пистис сидела в кресле, напоминающем трон. В комнате не было другой мебели, поэтому архангел вынужден был стоять.

– Приветствую, госпожа.

Она подняла на него темные миндалевидные глаза. Он бы хотел видеть в них беспокойство, но заметил только твердый блеск.

– Приветствую, архангел, – сладко произнесла она. – Что привело тебя к моему порогу?

– Госпожа, – начал он, слегка склонив голову, – меня называют архангелом Тайн, поэтому легко понять, что тайны – это моя страсть. Поэтому я надеюсь решить тут одну терзающую меня проблему.

Брови Софии подскочили на лоб.

– Так ты пришел за советом? Я польщена.

Холодная улыбка появилась на губах Разиэля.

– Прости, госпожа, я вынужден вывести тебя из заблуждения. Я пришел скорее дать совет тебе.

Сладкий голос ангелицы заледенел.

– Правда?

– Вопрос будет простым, и таким же должен быть ответ. Почему не прибыли твои отряды, Дарительница Таланта?

София пошевелилась на троне. Сухой шелест дорогого шелка окутал ее, как вуаль.

– Я думала, что все объяснила в письме Габриэлю. К сожалению, из-за ошибки командир отрядов получил неправильную информацию. Он ошибся номером провинции и Неба. Поэтому, когда прибыл на место, битва уже закончилась. К счастью, благодаря Господу, успешно. Так что отсутствие моих солдат не решило исхода битвы. Признаю, это досадное происшествие, но виновный был строго наказан. Сделаны соответствующие выводы.

– Вопрос в том, сделаны ли и другие выводы, – произнес Разиэль.

Снова брови Софии поднялись от удивления.

– Боюсь, я тебя не понимаю.

Архангел покачал головой.

– Госпожа, ты являешься сосудом мудрости. Мне трудно поверить, что все содержимое где-то расплескалось.

Ангелица побледнела.

– Разиэль, я надеюсь, что это не дерзость?

Ледяные голубые глаза ангела без труда выдержали взгляд Софии. Она первой отвела глаза.

– Это часть совета, София. Чтобы ты снова начала думать. Совершать безумие, движимое гордостью и иллюзорными сантиментами, не то же самое, что совершить предательство.

Смуглое лицо Софии приобрело серый оттенок. На высоких скулах появилось два алых пятна.

– Твой мир старый, закостенелый и холодный, – решительно начал Разиэль. – Ты не хотела меняться вместе с нами, с людьми, с Землей, с Космосом. Не хотела следовать за голосом Господа. Ты постоянно вспоминаешь времена до Сотворения, времена, когда ты была эоном эонов, одной из космократов. Когда в твоих руках была власть и все дрожали при звуке твоего имени. А Ялдабаот… Не пытайся меня перебить! Ялдабаот признал Царство своей собственностью и из-за гордости и тиранских наклонностей утратил милость Бога. Ты постоянно повторяешь, что хранишь старые ценности. Что защищаешь частичку золотого века. Тут, в этом дворце, похожем на шкатулку для драгоценностей, полную очарования и холодную, словно склеп. Убедись, что сокровища не превратились в мусор и тряпье. Потому что ему чего-то не хватает, моя мудрость. Сердца.

Глаза архангела сияли. София сидела бледная, неподвижная, в волнах шелка похожая на прекрасную куклу. Она молчала.

– Думай впредь, София, – сказал Разиэль, и в его голосе звучал холод. – Потому что я не собираюсь прекращать искать. Помни, я люблю тайны. А еще сильней я люблю разгадывать загадки. Я знаю, что ты предоставила Оху доказательства против Габриэля. Твоя разведка собирала их годами. Но и мою трудно упрекнуть, я же узнал. Более того, я знаю, что ты стоишь за резней в лесу Тератела. В мужской одежде, магически бездарно выполненной, тебе даже не удалось изменить черты лица, ты наняла обычного бандита Рама Изада, чтобы он провернул эту провокацию. Ты доставила ему эликсир немного лучшего качества, чем твоя одежда, признаю. Почему ты молчишь, прекрасная София? Молчи дальше и слушай, поскольку я еще не закончил. Все это ты сделала, чтобы поддержать Ялдабаота, врага Царства, изгнанника, предателя, известного как Мастема, Противник. Чей противник? Случайно, не Бога? Так это предательство или падение, начальница женских хоров?