Майя Хоук – Капитан под залог (страница 40)
— Да?
— Ты не обязана это делать.
— Что?
— Притворяться, что тебе комфортно.
Поворачиваю голову. Смотрю на его профиль в полумраке.
— Я... не притворяюсь.
— Ты дрожишь.
Замираю. Он прав. Руки подрагивают.
— Просто... сегодня было много, — шёпотом говорю я.
Покушение. Спасение. Кулон. Этот номер.
Рейвен переворачивается на бок. Лицом ко мне.
— Хочешь поговорить?
— О чём?
— О чём угодно, — он улыбается. — Чтобы отвлечься.
Задумываюсь.
— Ты... правда думал, что я разревусь сегодня?
— Честно? Да, — он не отводит взгляда. — Ты никогда не была на поле боя. Никогда не видела настоящего оружия, направленного на тебя.
— И всё же я не расплакалась.
— Нет, — в его голосе появляется что-то тёплое. — Ты удивила меня.
Сердце подскакивает.
— Я думал, ты испугаешься, — продолжает Рейвен тише. — Откажешься от показа. Вернёшься к отцу, попросишь прощения.
— Никогда, — выдыхаю я.
— Знаю, — он протягивает руку. Не касается меня. Просто кладёт ладонь на одеяло между нами. — Теперь знаю.
Смотрю на его руку. Большую. Сильную. С мозолями на костяшках пальцев.
— Рейвен?
— Да?
— Ты... раньше говорил, что валарийцы выбирают пару раз и навсегда.
Он замирает.
— Говорил.
— Это правда? — шёпот я. — Ты никогда не мог бы... снова?
Долгая пауза.
Потом Рейвен медленно выдыхает.
— Я думал так. Долгое время. Думал, что часть меня умерла вместе с ней.
Сглатываю.
— И?
— И я был неправ, — его голос становится мягче. — Оказывается, сердце способно... расшириться. Найти место для чего-то нового. Даже когда кажется, что это невозможно.
Дыхание застревает в горле.
— Ты о ком-то конкретном?
Он смотрит на меня долго. Очень долго.
Радужки светятся слабым фиолетовым в темноте.
— Да, — наконец отвечает он. — О ком-то очень конкретном.
Сердце колотится так, что я боюсь — он услышит.
— И... что ты собираешься делать?
Рейвен усмехается. Но в улыбке есть что-то грустное.
— Ничего. Пока она сама не решит, что готова.
— Готова к чему?
— К мужлану вроде меня, — он повторяет свою фразу из уборной.
И я понимаю.
Он говорит обо мне.
Всё это время. Он говорил обо мне.
— Рейвен, я...
— Спи, Элира, — он переворачивается на спину. — Завтра большой день.
Лежу. Смотрю на его профиль. На то, как вздымается и опускается его грудь.
Хочу что-то сказать. Что угодно.
Но слова застревают в горле.
Вместо этого я медленно протягиваю руку. Нахожу его ладонь на одеяле.
Переплетаю пальцы с его.
Рейвен вздрагивает. Поворачивает голову.
Смотрит на наши сцепленные руки. Потом на меня.
— Элира...
— Не отпускай, — шепчу я. — Пожалуйста.
Он сжимает мою руку крепче.
— Не отпущу.
И мы засыпаем так. Держась за руки. В огромной кровати. Под шум океана за окном.