Майя Фабер – Эхо прошлого. В поисках дома (страница 11)

— Вы понимаете, что я могу попросить императора приказать? — вкрадчиво уточнил он.

Я отметила, что удовольствия он при этом не испытывал. Гордость своим положением всегда видна. Рей же просто напоминал о своем месте в пищевой цепочке, вынужденный сделать это.

Боле затравленно глядел на крыльцо, чтобы не поворачиваться к Рею. Со своего места я прекрасно видела обоих.

— Дело не в этом.

— Тогда в чем?

— Они убьют мою семью, если земля достанется кому-то другому. Я думал, что до этого не дойдет. Что вас побоятся, но ко мне пришли в тот же день, когда я проводил вас после первого обсуждения. Если расскажу, тоже убьют.

— Но вы не отказали мне до сих пор.

— Я пытался.

— Вы не умеете придумывать достойные причины.

— Ладно, я не хотел отказывать, — перешел на нервный шепот Боле. — Отдать часть моей земли под притон, чтобы рядом росли мои дети? Достаточно того, что долги вынуждают меня расстаться с ней.

— Тогда почему эти уроды ведут себя так, будто уже имеют право здесь распоряжаться?

— Не имеют. — Боле бледнел, в лунном свете становясь мертвенно-серым. — Но кто им запретит? Сегодня мне сказали, что устали ждать. Я сразу отправил вам письмо, чтобы вы не приезжали. Я подпишу все для них, не будем подвергать себя опасности.

— Ничего вы не подпишете! — рявкнул Рей, уставший от его виляний так же, как и я. — Назовите имя.

— Я не могу…

— Имя! Сам все улажу.

«Ой, дура-а-ак…» — подумала я.

Глава 18

Я следила за Реем, готовясь в любой момент хвататься за кинжалы. Имени не расслышала, но здесь существовало не так много людей, которые могли обнаглеть так, как неизвестные конкуренты Крайтона.

Один, пожалуй, два человека, если все не слишком сильно изменилось за последние полтора года.

Еще одна неочевидная часть моего обучения: некоторые опасности, вернее, людей, которые их создавали, требовалось знать в лицо. Если не в лицо, то по имени — обязательно. Чаще всего как раз от таких «друзей» хозяев и приходится защищать. Никто же не рассчитывал на вторжение демонов в страну всерьез.

Со знатью это не слишком хорошо работало. Даже если все знали, чем промышляли предки того же Рея, никто не смел громко об этом говорить. Поэтому подробности жизни семьи Крайтон я и знала преимущественно по слухам и сплетням.

А вот с главарями преступного мира в трущобах все обстояло куда проще. Они не стеснялись представляться, открыто защищая свой сомнительный бизнес даже перед имперской полицией. Их не сажали — напротив, из отношений с ними извлекали пользу. Пока стражи правопорядка закрывали глаза на бордели, притоны и торговлю нелегальными зельями, взамен могли рассчитывать, что им выдадут кого-то помельче, если понадобится. Пригождалось это довольно часто: в трущобах любили прятаться беглые преступники и дезертиры. Местным ничего не стоило их обнаружить и сдать полиции, лишь бы только она не заявлялась на их земли.

Судя по направлению, наш с Реем путь вел к человеку, известному как Чад. Он содержал здесь пару десятков борделей. Известная личность — очень уж любили аристократы встревать в неприятности в его заведениях. То, что неприятности происходили каждый раз и явно были продуманы заранее, никого из богатеньких идиотов не интересовало. Поэтому мне, как будущему телохранителю, имя и морда Чада были знакомы давно.

И я сильно сомневалась, что Рей обладал такими же сведениями.

Я не собиралась ему помогать. Вот еще! Но меня, как любил говорить староста в деревеньке, снедало любопытство. Один дракон, конечно, мог за себя постоять, но и Чад не был дураком. Он давно окружил себя наемниками и магами, иначе его маленькая империя не просуществовала бы так долго.

Рея ждали. Впрочем, в этом я и не сомневалась с того момента, как Боле обмолвился, что послал письмо с просьбой не приезжать. Просьбы-то там как таковой и не было, я ведь успела все прочитать. Лишь очередной, очень завуалированный отказ. Но погром в «больнице» решили устроить не случайно, к тому же долгий и несколько театральный: могли ведь просто заставить Боле завершить сделку с ними, а потом вышвырнуть людей на улицу. Это было приглашение, и Рей принял его. Несмотря ни на что, его смелость вызывала у меня уважение, и неважно, как ее оценили бы другие.

Смелость я быстро перевела в благородную глупость. Рей был хорошим и судил всех по себе. И впрямь считал, что с каждым можно договориться?

«Крайтон» и «хороший» в одном предложении. Похоже, я совсем свихнулась от происходящего. Может, и столицы никакой нет, а мне все это снится. Жуткий сон, ничего не скажешь. Впрочем, каким бы он ни был, а больных нельзя вышвыривать на улицу. То, что я успела увидеть, лишь однажды заглянув в дверь «больницы», пугало меня до сих пор.

Как ни старалась, я не могла вспомнить ничего о Чаде. Кроме одного: тот никогда не вел долгих переговоров. У меня в голове он входил в список тех людей, к которым просто лучше не приближаться и не подпускать хозяина.

Чад с парой охранников-магов ждал около своего дома. Казалось, этой ночью в трущобах не спал никто, приводя в действие заранее подготовленный план. Один из охранников попытался грубо остановить Рея, не позволяя подойти впритык.

Я усмехнулась. Предосторожностью, рассчитанной на людей, они оказывали дракону услугу: больше места, легче как атаковать магией, так и менять ипостась.

Пока Рей пытался честно предложить денег тем, кто в них не нуждался, я оценивала обстановку, притаившись в небольшом переулке между домами. На всякий случай даже сережку сняла и бросила ее в траву — потом заберу. Так у Рея появлялся шанс почувствовать меня — других драконов тут нет. Впрочем, у магов Чада — тоже, но послание предназначалось не им.

По «конкурентам» и сейчас было видно, что все это не ради переговоров. Не знаю, что они планировали с Реем сделать, но выглядеть будет как несчастный случай.

Один из охранников медленно, почти незаметно двигался влево, обходя со спины.

Мне хотелось очень непрофессионально наорать на Рея. Он мне никто, я не буду его охранять! Не буду!

Где же моя жизнь снова свернула не туда, что я оказалась здесь, рядом с ним и именно в этой роли? Как будто исполнялось предназначение, от которого не получается скрыться.

Проклиная все на свете, я вышла на дорогу. Медленно, чтобы никого не спровоцировать, приблизилась и встала рядом с Реем. На шаг позади и на полметра правее. Так, как учили.

Рей коротко глянул на меня, и я прошипела:

— Убью.

— Могла просто подождать, пока это сделают они.

— А как же удовольствие?

— Красотка, — довольно оскалился Чад, — помню тебя. Сколько лет прошло? Три?

— Четыре, — подсказала я с такой же гадкой улыбкой. Мы встречались однажды, в тот год у меня был полевой экзамен в трущобах. — Разойдемся мирно по старой дружбе?

— Да разве я против? — удивился он. — Идите своей дорогой.

— Он не пойдет, — горестно вздохнула я, вызвав у него восторженный смешок. — Оставь ребят в покое.

— Ребят, — повторил Чад. — А ты видела тех ребят? Зараза, к тому же смертельная. Я пытаюсь оказать этому городу услугу. Сарай нужно сравнять с землей и сжечь там все, пока эпидемия не разошлась по столице.

— Нет никакой заразы, — разозлился Рей. — Простуда, только и всего.

Я едва сдержалась, чтобы не пнуть его. Чад не вел переговоры, но сказал очень много. Много для него. Речь шла не о земле, а о подопечных Рея, и значит, прийти к соглашению не получится никогда. Им не дадут жизни: не Чад, так другие. Трущобы отвергали их.

Я-то понимала это, а Рей привык к другому. Привык к сделкам, считая, что договориться можно всегда.

— Идем, — шепнула я ему.

— Нет.

— Ну, нет так нет, — подвел итог Чад.

Первыми я заметила летящие в меня заклинания, а потом бросилась к Рею.

Глава 19

Поганцы и впрямь подготовились хорошо, пока мы пытались строить из себя благородных героев. Я не успела даже посмеяться над произошедшим: стоило кому-то атаковать, как я бросилась защищать Рея, а он — меня. Более идиотской ситуации я не смогла бы представить. Мы лишь помешали друг другу. Лучше бы он дал мне делать мою работу…

Увы, для него я была не телохранителем, а вредной девчонкой. Которую он и в самом деле решил закрыть собой, окончательно сломав в моей голове все, во что я еще пыталась верить.

Мы отбивались, я командовала. Приятно было работать с кем-то, кто понимал меня без слов. У Рея было два неоспоримых преимущества. Во-первых, он тоже прошел войну, а потому знал все знаки и шифры, а во-вторых, хоть и в шутку, но тренировался со мной. Я выучила его слабые места и помнила, где его требовалось прикрывать.

Смешно, что все это я осознала только сейчас. Мой мозг собирал необходимую для работы информацию. О хозяине. А я даже не понимала. Навыки, вбитые в подкорку многолетним обучением, проявлялись будто по собственной воле.

От охранников Чада, скрывшегося в доме, мы избавились быстро. Уверена, внутри был кто-то еще. Нам бы уйти, но я не стала даже предлагать. Знала, что Рей не сдвинется с места, пока не получит гарантии своей победы — неприкосновенности маленькой «больницы». Вспоминая детей в переулке, я не могла его винить.

На наше любезное предложение выйти и поговорить — еще разок и спокойно, словами, а не огнем, водой и кинжалами — никто не отреагировал.

— Жаль, — крикнула я и добавила: — Ну, нет так нет.