Майя Блейк – Второго шанса не будет (страница 6)

– Я в порядке. В самом деле. И ваш друг не виноват.

– Значит, он тебя спас? – с надеждой спросил итальянец.

– Ну, я бы не стала так преувеличивать.

– Да, Пьетро, мы по-прежнему пытаемся разобраться в мельчайших деталях нашей… встречи. Покажи Голди ванную комнату.

Пьетро кивнул:

– Конечно, конечно. Пойдем со мной.

Он провел их через двойные двери в ярко освещенный коридор. Голди увидела серо-золотой декор на стенах, услышала громкую, но ненавязчивую музыку и смех из гостиной.

– Сюда. – Пьетро повернул дверную ручку и открыл дверь в большую спальню. – Там ванная комната. В ней есть все необходимое.

Голди слегка улыбнулась:

– Спасибо.

– Пожалуйста. – Пьетро улыбнулся ей и кивнул Гаелу.

Гаел остался, пристально глядя на нее. Она снова встревожилась.

– Я в порядке, вы можете уходить, – сказала она, когда он не сделал попытки уйти.

– По-моему, мы договорились, что я не собираюсь нападать на вас, мисс Беккет. Приняв мою помощь, вы не лишитесь женской независимости. Кроме того, вам надо обработать рану на руке, а у вас всего двадцать минут.

– Ладно. Уговорили, – быстро произнесла она, и Гаел вошел в ванную комнату и снял пиджак.

Достав аптечку, он принялся засучивать рукава темно-синей рубашки.

Голди старалась отвести взгляд от его сильных, мускулистых предплечий, покрытых темными волосками. Но ей было трудно сопротивляться искушению.

Она затаила дыхание, когда он оглянулся на Голди:

– Подойдите к раковине. Надо промыть рану, а потом обработать ее антисептиком.

Она встала к нему не слишком близко, но все равно отчетливо ощущала тепло его тела. Она протянула ему руку, и, как только он прикоснулся к ней, ее тело стало покалывать. Его движения были осторожными. Рассердившись на себя за реакцию, Голди попыталась высвободить руку. Он хмыкнул, и она подняла глаза. Их взгляды встретились в зеркале.

У нее перехватило дыхание.

Глаза Гаела потемнели. Почувствовав возбуждение, Голди ахнула. Гаел посмотрел на ее разомкнутые губы, продолжая поглаживать ее ладонь под струей воды.

Голди страстно захотелось его поцеловать.

Гаел проворчал и отвел от нее взгляд.

Она жадно глотнула воздуха и сильнее встревожилась от того, что с ней произошло.

После грязного и оскорбительного предложения от режиссера кастинга она меньше всего должна думать о сексе. Она не должна становиться рабой сексуальных желаний и эмоциональных всплесков, как ее мать.

И все же Голди здесь и позволяет Гаелу прикасаться к ней длинными пальцами. И ей это нравится.

Она резко отдернула руку.

– Благодарю. Что дальше? – сказала она, избегая его взгляда.

Он что-то пробормотал по-испански, взял полотенце и обернул им ее руку.

– Сядьте.

Она вздрогнула от боли, когда он стал обрабатывать ее рану антисептиком.

– Все в порядке? – спросил Гаел глубоким низким голосом.

Голди запретила себе смотреть ему в глаза.

– Да, спасибо.

Он наложил легкую повязку на ее ладонь и произнес:

– Теперь голова.

– Что? – Только теперь Голди почувствовала легкую пульсацию в висках. Гаел обработал небольшую рану на ее голове и шагнул в сторону.

– Что мы будем с этим делать? – спросил он, глядя на ее разорванный свитер.

Она прикусила губу, понимая, что не может пойти на вечеринку в разорванной одежде.

– Вы не могли бы найти иголку и нитки? – осмелилась спросить она.

Он округлил глаза, в которых плясали золотистые искорки:

– Я очень сомневаюсь, что у Пьетро есть иголка и нитки. Но я что-нибудь придумаю.

Он вышел из ванной комнаты.

Голди сразу стало легче дышать. Она уставилась на себя в зеркало. Если не считать заметных доказательств драки с грабителем, она не выглядела слишком ужасно. Но она потеряла свой телефон, небольшую сумму денег и, что важнее, контактные данные режиссеров и агентов по кастингу, с которыми она планировала связаться в надежде получить работу.

Последняя оплачиваемая работа у нее была три дня назад. Она снялась в рекламном ролике, оплаты за который ей хватило, чтобы покрыть свои и материнские расходы еще на месяц. Ее мать работала официанткой, но зарабатывала очень мало.

Голди шла на сегодняшний кастинг с большой надеждой. Когда он прошел успешно, она позволила себе надеяться еще сильнее. Но потом от режиссера последовало непристойное предложение.

– Мой гостиничный номер. Девять часов. Хорошо сыграйте роль моей любовницы, и я воплощу ваши мечты в жизнь.

Голди затошнило, и она едва успела добежать до туалета. Закрывшись в кабинке, она разрыдалась. Но потом она вернулась в музыкальный салон, чтобы попрактиковаться в пении…

Глубоко вздохнув, она быстро сняла с себя одежду и надела халат.

Наконец появился Гаел Агилар. Он принес ей одежду.

– Как я и предполагал, иголки и ниток у Пьетро нет. Но я принес платье его племянницы.

Голди оглядела клочок черного материала в его руке. Платье было явно дорогим.

Она решительно покачала головой:

– Нет, это мне не подойдет.

Он поджал губы.

– Перестаньте спорить со мной по любому поводу, мисс Беккет, и просто примерьте платье. Неужели вы хотите появиться на вечеринке в этом халате?

Скривившись, она взяла платье и провела пальцем по этикетке. Она ахнула, увидев имя эксклюзивного дизайнера.

– Ладно, я его надену.

Гаел жестко взглянул на нее.

– Я рад, что вы наконец-то согласились. Не заставляйте меня ждать вас слишком долго, – протянул он.

Голди ничего не ответила и закрыла дверь. Она подозревала, что иметь дело с таким человеком, как Гаел Агилар, будет непросто даже в лучшие времена. Прибавьте сюда обстоятельства их встречи и четкое осознание того, как сильно он влияет на нее, когда они оказываются друг рядом с другом.

Надев платье, она посмотрелась в зеркало и затаила дыхание. Платье из роскошного материала красиво облегало ее фигуру. Слегка одергивая подол платья длиной до середины бедра, она с трудом сглотнула, увидев, что ее спина открыта до пояса. Голди поняла, что ей придется снять лифчик.

Выйдя из ванной комнаты, она увидела, что Гаел стоит в углу спальни и удивительно задумчиво смотрит на ночной горизонт Нью-Йорка.

Голди остановилась в центре комнаты. Повернув голову, он оглядел ее с головы до ног. Резко вдохнув, он сжал кулаки, держа их в карманах брюк, и выпрямился.