Майя Бессмертная – Я тебя достану! (страница 20)
Ну вот, наверняка ещё синяк останется.
– У нас – солидное издание. И если…
– Ну да. Журнал с креативным названием «Супер суперстар» не может по логике таковым являться. Или ваш пиар-отдел – просто олухи, не имеющие представления о достойной рекламе.
– Так может, вы всё же согласитесь на интервью? Тогда сами и увидите, насколько у нас хороший рекламный отдел. Все читательницы нашего журнала тотчас упадут к вашим ногам.
– Ни за что, Ванесса. Вы меня пряниками не заманите в свои липкие ручонки журналиста! До чемпионата мира – никаких интервью я давать не намерен! Хватит с меня и славы и женщин!
Ухмыльнулся, скрестив руки на груди.
Его зелёные глаза просто въелись в моё лицо, ощупывая его каким-то расфокусированным сумасшедшим взглядом. Всё тело прошибло ледяными волнами неприязни, и я с силой сцепила зубы, чтобы не высказать этому наглецу всё, что я о нём думаю.
Господи, как же я его ненавижу!
– О, я вижу, вы мило воркуете?
Нина Петровна выпорхнула из кабинета, прижавшись к стальному телу своего внука.
Я заметила, как зелёные глаза мужчины моментально потеплели, а накачанная грудь стала ровнее вздыматься под белоснежной футболкой.
Что ж, по крайней мере, в нём есть хоть что-то человеческое – искренняя любовь к бабушке.
– Мы просто поздоровались, ба. Интересовался у твоей школьной подруги, не преследует ли она тебя повсюду? Может, мне стоит заявить на неё в полицию?
На лице Романовского тотчас появилась глупая улыбка, а Нина Петровна с силой ткнула его в бок:
– А ну, прекрати, разбойник!
Ледяная неприязнь к спортсмену захлестнула меня с новой силой, и я еле смогла выдавить из себя спокойную улыбку. Больше всего на свете я бы хотела вцепиться в глотку этому самодовольному нахалу и перегрызть её! Но в таком случае его милейшая бабуля точно откажется мне помогать.
Ничего, Романовский, я тебя ещё достану. Позже.
– Ванессочка, я позвоню тебе, как только поговорю с Мазуриным. Обещаю.
– Спасибо вам. Я тогда пойду.
Выдохнула, развернувшись на пятках. Бросилась по направлению к вешалке, хватая свою курточку, и с силой потянула дверь на себя.
Оденусь на улице. Главное – больше не видеть этого наглого взгляда Романовского, от которого у меня внутри всё начинает сжиматься.
Глава 21
Павел
*****
Вижу, как эта журналистка выходит из кабинета маникюра, и моментально делаю стойку. Становлюсь похожим на гончего пса, поймавшего жирную добычу.
Эта пигалица наверняка меня преследует!
Вынюхала, где находится моя бабушка и решила подобраться через неё ко мне. Взять интервью любыми способами. Даже очень грязными.
Вот ведь пройда…
Впериваю в неё оценивающий взгляд, видя, как она приближается ко мне, понуро опустив голову. Рыжие, чуть вьющиеся на концах пряди разметались по хрупким плечам, создавая какой-то мистический образ, а припухлые губы чуть приоткрылись.
Втягиваю носом воздух, подавляя в себе отчаянное желание, прикоснуться к девчонке. Потрогать – так ли на самом деле шелковисты её рыжие пряди, как кажутся с этого ракурса.
Замираю на месте, окатывая девчонку насмешливым, ледяным взглядом. Она медленно перебирает ногами, проводя при этом ладошками по округлым бёдрам, и этот невинный жест отчего-то приводит меня в возбуждение.
В голову начинают лезть всякие пошлые мысли вроде тех, как должно быть хороша эта чертовка в душе, под струями горячей воды. Когда она вот таким же судорожным, рваным движением намыливает свои идеальные бёдра, нагибаясь ко мне.
Рыжая подходит ко мне вплотную, натолкнувшись на мою стальную грудную клетку и от этого столкновения её грудь в тонком синтетическом джемпере инстинктивно подпрыгнула. Обожгла мою кожу через слой ткани.
Девчонка подняла на меня свои синие, широко распахнутые глаза и даже ойкнула от удивления. Растерялась на мгновение, замерев в какой-то неестественной позе и тотчас прибавила ходу.
Ускорилась, словно пытаясь сбежать от меня.
Ловлю её за руку, вцепляясь пальцами в тонкий свитерок чуть повыше локтя и с силой разворачиваю её к себе. Она сцепливает зубы то ли от боли, то ли от нежелания говорить со мной. Но даже в таком ракурсе её губы остаются маняще припухлыми, тёплого ягодного оттенка с яркой ноткой сексуальности.
Как же, не заметила она меня!
Словесная перепалка с девчонкой только подстёгивает моё любопытство. Ещё никогда особи женского пола не пытались привлечь меня таким странным способом – противодействуя. И эта игра неожиданно начинает мне нравиться, захлёстывая с головой.
Рыжая перекидывается парой непонятных фраз с моей бабулей и припускает практически бегом к входной двери, едва не отрывая от стены вешалку вместе со своей потёртой курточкой.
А она что-то там втирала мне про топовость того журнала, в котором она работает. Думаю, это всё враньё. Журналисты солидных изданий не носят подобные вещи, получая за свои статьи совсем неплохие гонорары.
И, следовательно – либо тот журнал с идиотским названием «Супер суперстар» занимает в рейтинге одно из последних мест и влачит жалкое существование, грозясь вот-вот обанкротиться. Либо девчонка мне просто солгала, обведя вокруг пальца.
И на самом деле ей нужно от меня совсем другое.
И последний вариант гораздо более похож на правду. Иначе как объяснить постоянные встречи с этой рыжей бестией в весьма неожиданных местах? Сначала она под видом проститутки попала в мой дом, минуя охрану. Затем – оказалась знакомой одной из бабушкиных подруг, и теперь – делала маникюр в том же салоне, куда я привёз свою бабулю.
Романы с алчными продажными женщинами научили меня, что никому верить нельзя, а все особи женского пола – наглые шлюшки, пытающиеся отхватить себе кусок пожирнее за счёт выгодного романа.
Эта рыжая, скорее всего, не исключение.
– Павлуша, ну что же ты стоишь?
Бабушка выжидательно дёргает меня за плечо, вцепляясь в рукав, и тащит в сторону входной двери, бойко цокая каблучками. Прохожу мимо очаровательно улыбающейся девушке на рецепшен, и замечаю, что она отчаянно строит мне глазки, как бы подмигивая.
Ох, бабы неисправимы.
– Куда ты так торопишься?
С раздражением выдыхаю, смотря как бабуля пытается накинуть на свои сухие плечи шубку. Она кряхтит, отчаянно стараясь попасть рукой в руках, оглядываясь на закрытую дверь.
– Ну, уйдёт же!
– Кто?
– Ванесса! Ты же с ней только что разговаривал, али запамятовал?
Грозный взгляд бабушки подхлестнул меня обжигающей волной, и я моментально скривил губы. Терпеть не могу разговоров в подобном тоне. Да и бабуля редко отрабатывала на мне свои приёмчики главного врача.
А тут…
Из-за какой-то рыжей девчонки…
– Помню. Зачем она тебе?
Буркнул, помогая бабушке надеть шубку.
Она сверкнула своими блеклыми, некогда зелёными глазищами и я едва не поперхнулся собственной слюной.
– На улице – конец ноября! Неужели ты думаешь, я позволю молоденькой девчушке добираться в подобную мерзкую погоду до дома на попутках?
– Не сахарная.
– Возможно. Но это я вызвала её сюда, в этот салон. И мне совсем не трудно довезти её до дома на автомобиле.
– Ты хотела сказать – чтобы я довёз. На своём автомобиле…
Бабушка быстро вытолкнула меня из салона, неловко взмахнув руками:
– Ванесса, подожди, детка!