Майн Рид – Жена - девочка (страница 44)
— А что вы тогда чувствуете, мисс?
— Я хотела бы, чтобы он всегда был рядом только со мной и ни с кем больше. И еще я хотела бы, чтобы он всегда говорил со мной, а я слушала и смотрела на него, особенно в его глаза. У него такие красивые глаза. Они были особенно прекрасны сегодня, когда я встретила его в лесу! Мы были одни. Это было впервые. Насколько приятнее было быть с ним наедине, чем среди множества посторонних! Я хочу, чтобы все папины гости уехали, и остался только он один. Тогда мы могли бы быть всегда вместе, и никто бы нам не мешал.
— Кто он, мисс, кто он, о котором вы говорите? Скадамор?
— Нет-нет, это не Франк. Он вполне мог бы уехать со всеми остальными. Мне не нужно, чтобы он оставался.
— Кто ж тогда?
— О, Сабби, ты знаешь. Ты должна знать.
— Возможно, у меня есть догадка, кто он. Наверное, я буду недалека от истины, если предположу, что это тот джентльмен, с которым мисс вернулась домой с охоты.
— Да, это он. Я не буду скрывать это от тебя.
— Лучше вам не говорить об этом больше никому. Если ваш отец узнает, он очень рассердится. Я боюсь, что папа выйдет из себя и прогонит его.
— Но почему? Что плохого в этом?
— Ах, вы спрашиваете почему? Вы узнаете это в свое время. Вам лучше было обратить внимание на вашего кузена Скадамора.
— Это невозможно. Я не люблю его. Я не могу.
— Вы влюбились в другого?
— Да, это так. Я ничего не могу с собой поделать.
Креолка не особенно удивилась этому. Она принадлежала к тем женщинам, которые способны оценить настоящего мужчину; и, хотя она вначале недолюбливала капитана-республиканца, теперь уже чувствовала к нему симпатию. Говорили они, конечно, именно о нем.
— Но, мисс, скажите мне правду. Вы думаете, он также влюбился в вас?
— Я не знаю. Я много бы дала, чтобы это было так.
— Что бы вы отдали?
— Весь мир — только бы это было так! О, дорогая Сабби! Ты думаешь, что он влюбился в меня?
— Ну, Сабби полагает, что вас невозможно не любить!
— Не любить меня? Нет-нет! Конечно, он не может меня не полюбить!
— Конечно нет, — отозвалась креолка, которая хорошо разбиралась в женской красоте.
«Разве он может ее не полюбить?» — подумала она, глядя на свою молодую хозяйку, на ее ангельские личико и фигурку.
— Хорошо, мисс Бланш, — сказала служанка, не произнося вслух эту мысль. — Нравитесь вы ему или нет, но послушайте совета Сабби и не говорите никому больше о том, что вы в него влюбились. Я думаю, это не понравится вашему отцу. Это вызовет большой и неприятный скандал. Сохраните ваши чувства в тайне — спрячьте их. Не бойтесь, Сабби не выдаст вас. Мисс Бланш, Сабби знает, что вы милый, хороший ребенок. Она понимает и любит вас и переживает за вас.
— Спасибо, дорогая Сабби! Я знаю, что ты меня любишь, я знаю это.
— Вот уже звонят к обеду. Теперь вы должны спуститься в гостиную; и постарайтесь не сердить вашего кузена. Я имею в виду Скадамора. Очень странный молодой человек. Горячий как дьявол и коварный как змея. Если он узнает, что вы предпочитаете капитана Майнарда, он устроит большой скандал вашему отцу, — это настоящая змея. Итак, мисс Бланш, вы должны опасаться всего этого и держать язык за зубами до поры до времени.
Бланш, уже одетая к обеду, спустилась в гостиную, но вначале пообещала слушаться советов своей наперсницы-креолки.
В тот день сэр Джордж давал званый обед. Как уже было сказано, отмечали пятнадцатый день рождения Бланш, его единственного ребенка.
Гости были тщательно подобраны. Помимо тех, кто остановился в Холле, были специально для этого события приглашены еще и другие представители знатных фамилий, жившие неподалеку.
Всего собралось более двадцати семейств — некоторые из них обладали важными титулами, кроме того, ожидалось, что еще столько же прибудет позже. После обеда должны были состояться танцы.
Когда Майнард, завершив свой туалет, спустился в гостиную, она была полна гостей. Многочисленные красавицы расположились на диванах, на них были платья с вычурными юбками и очень скромными корсетами и рукавами. Джентльмены были в строгих черных костюмах с белыми воротничками и простотой нарядов резко контрастировали с шелками и атласами дам, шелестевшими вокруг.
Войдя в комнату, Майнард почувствовал, что оказался в центре и мужского и женского внимания. Это внимание не было обычным, тем, которым удостаивают любого только что вошедшего гостя. Как только дворецкий громким голосом объявил его имя и воинское звание, все очень всполошились. Даже бывалый военный отбросил маску высокомерия, вдовы и герцогини, надев свои оправленные золотом очки, глядели на него с интересом, необычным для этих важных дам; ну а их дочери желали вступить с капитаном в приятный разговор.
Майнард не знал, что кроется за всем этим. Будучи чужим в этой компании, он мог ожидать испытующих взглядов, но никак не такого активного внимания столь респектабельных и воспитанных людей.
Он и сам был достаточно хорошо воспитан, чтобы не показать свое замешательство. К тому же он видел перед собой лица, которые казались дружески настроенными; а уж вдовы, глядевшие на него сквозь очки, казалось, рассматривали его с восхищением!
Хотя он и не смутился, но не мог не удивиться. Со многими их тех, кто сейчас здесь находился, он встречался прежде, охотился, стрелял и даже обедал вместе с ними. Так отчего именно сейчас они стали рассматривать его с таким интересом, до сего времени не выказанным?
Разъяснение происходившему дал хозяин, который подошел к гостю и в дружеской манере произнес:
— Капитан Майнард, мы вас поздравляем!
— С чем поздравляете, сэр Джордж? — спросил удивленный гость.
— С вашим литературным успехом. Мы уже наслышаны, сэр, о вашем умении владеть мечом. Но мы не знали, что вы так профессионально умете обращаться и с другим благородным оружием — с пером!
— Вы говорите сплошные комплименты, сэр, но я на самом деле не знаю, что вы имеете в виду.
— Вы узнаете, если взглянете сюда. Я полагаю, сэр, вы еще не видели — это пришло с последней почтой. — И сэр Джордж показал популярный утренний лондонский журнал.
Взгляд Майнарда остановился на колонке, в заголовке которой крупным шрифтом было набрано его собственное имя. Ниже шла рецензия на его книгу — роман, о выходе которого Майнард, уезжая из Лондона, еще не получил обычного в таких случаях уведомления. Таким образом, журнал, который он держал в руках, первым дал публичную рецензию на его книгу.
Так начиналась эта рецензия, которая продолжалась в том же хвалебном духе. Завершало статью утверждение рецензента о том, что «новая яркая звезда появилась на литературном небосводе.»
Автор не стал читать всей длинной статьи с комплиментами, выданными щедрой рукой рецензента, который, конечно, не был известен в литературных кругах, и поэтому Майнард был совершенно с ним не знаком. Он просмотрел лишь несколько первых абзацев и конец статьи, после чего вернул журнал хозяину.
Было бы неверно утверждать, что Майнард не был доволен, но также нельзя было сказать, что это было для него сюрпризом. Он изложил свои мысли, описал некоторые истории из жизни в далеком чужом краю, приправил повествование размышлениями более поздними, — все это сложилось в роман, он надеялся, что труд о любви сделает его известным и тем самым обеспечит будущую карьеру. До этого он думал только о войне. Сейчас настало время отложить в сторону меч и взяться за перо.
— Обед подан! — объявил дворецкий, широко раскрывая двери гостиной.
Гости сэра Джорджа разделились на пары. Только что состоявшийся писатель обнаружил себя рядом с некоей титулованной леди. Это было молодое и интересное создание, леди Мэри П., дочь одного из благородных пэров округа. Но ее «кавалер» уделил ей мало внимания. Все его мысли были об еще более юной и интересной девушке — о дочери хозяина.
В течение тех нескольких минут, что он находился в гостиной, Майнард направлял в сторону Бланш страстные взгляды. Она же, выхватив популярный журнал из рук своего отца, удалилась в угол комнаты и там, усевшись, жадно и с очевидным интересом поглощала его содержание.
По положению листов журнала он мог предположить, какую именно статью она читала, и, поскольку свет люстры освещал ее лицо, мог наблюдать за его выражением. Когда он писал этот роман, то постоянно думал о ней, и мысли его были возвышенны. Неужели она, углубившись в рецензию, читала теперь их?
Было сладко и радостно наблюдать улыбку на ее лице, будто хвалебные слова рецензента были ей приятны. И еще более сладостно было наблюдать, как, закончив чтение, она обвела взглядом комнату в поисках Майнарда, глаза ее остановились на нем, и на лице была гордость за автора и радость за его успех!
Известие о начале великолепного обеда грубо прервало этот приятный обмен взглядами.
Майнарду досталось место во главе стола рядом с леди Мэри — и он невыносимо завидовал юным гостям, рассевшимся в конце, особенно молодому Скадамору, который сидел рядом с этой яркой красивой звездой, день рождения которой они собрались отпраздновать!
Майнард не мог более видеть ее. Между ними стояла огромная ваза с букетом из оранжереи. Как он проклинал эти папоротники и цветы, садовника, вырастившего их, и руки, которые украсили стол, создав эту непроницаемую преграду!