Майлз Кроуфорд – Ловушки для вашего кошелька: Как мозг мешает нам богатеть (страница 2)

Мы создадим личную «Систему против дурака». Это как поставить заглушку на газовой плите, чтобы ребенок не смог ее включить. Только здесь мы обезопасим себя от собственных импульсивных порывов.

Научимся автоматизировать финансы так, чтобы мозг просто не успел влезть со своими «хотелками».

Освоим «ритуалы богатого человека» – простые ежедневные действия, которые перенастраивают нейронные связи.

Эта книга – не волшебная таблетка. Прочитав ее, вы не проснетесь миллионером. Но вы проснетесь человеком, который понимает, почему он вчера купил эту бесполезную кофеварку. Вы начнете ловить себя на мысли «Стоп! Это ловушка!» в тот самый момент, когда тянетесь к кошельку. А это – первый и самый главный шаг к тому, чтобы ваши деньги перестали утекать сквозь пальцы, как вода, и начали работать на вас.

Итак, устраивайтесь поудобнее. Наше расследование начинается. Поехали!

Прежде чем мы начнем охоту на конкретные ловушки, нам нужно познакомиться с тем, кто эти ловушки расставляет. С тем самым внутренним диверсантом, который каждую минуту саботирует наши благие финансовые намерения.

Представьте, что ваш мозг – это многоквартирный дом, построенный в разные эпохи. Есть здесь древнее подвальное помещение, вырубленное в скале еще нашими предками. Есть старый фундамент, заложенный тысячи лет назад. Есть несущие стены, возведенные в средневековье. И есть современная надстройка с панорамными окнами и системой «умный дом». Все эти части существуют вместе, часто конфликтуя между собой. И проблема в том, что, когда дело доходит до денег, именно древний подвал чаще всего берет управление на себя, отключая всю современную автоматику.

Глава 1. «Пещерный человек» за штурвалом: Почему миндалевидное тело не отличает саблезубого тигра от обвала на бирже

Сцена первая: Обычное утро обычного человека

Семь часов утра. Звонит будильник. Вы открываете глаза, тянетесь к телефону и первым делом (не надо так делать, кстати!) залезаете в новости. А там – заголовок: «Паника на рынке! Индекс упал на 5% за сутки. Эксперты прогнозируют крах».

Ваше сердце пропускает удар. Ладони слегка потеют. В животе возникает неприятный холодок. Вы вскакиваете с кровати, забыв про утренний кофе, и судорожно открываете брокерское приложение или вспоминаете о своих накоплениях в банке. Мысль одна: «Спасай, пока не поздно! Надо всё продавать, забирать деньги, нести домой, в матрас!»

Знакомо? Если да, поздравляю: вы только что стали жертвой грандиозного эволюционного конфликта. Ваш организм отреагировал на финансовую новость так, как если бы на пороге вашей пещеры появился саблезубый тигр.

Сцена вторая: Саванна, 50 000 лет до нашей эры

Наш гипотетический предок по имени Хрук возвращался с охоты. Он был доволен: ему удалось подстрелить из лука жирную птицу. Вдруг из-за кустов донеслось рычание. Густая шерсть на загривке Хрука встала дыбом. В долю секунды его мозг, а точнее, крошечный отдел под названием миндалевидное тело (или амигдала), принял решение: «ОПАСНОСТЬ!»

Дальше сработала автоматика, отлаженная миллионами лет эволюции. Надпочечники выбросили в кровь адреналин и кортизол. Сердце забилось чаще, прокачивая кровь к мышцам. Дыхание участилось, насыщая кровь кислородом. Пищеварение и все второстепенные процессы отключились за ненадобностью – организм перешел в режим «бей или беги». Хрук мгновенно оценил ситуацию: тигр слишком большой, бежать бесполезно. Значит, надо драться. Он схватил копье, издал боевой клич и… тигр, испугавшись шума, ретировался. Хрук выжил и передал свои гены дальше. В том числе и ген, отвечающий за мгновенную, неконтролируемую реакцию на угрозу.

Сцена третья: Офис, XXI век

Вернемся в наше время. Вот он, прямой потомок Хрука – офисный работник, менеджер среднего звена Иван Петрович. Вместо саванны – опенспейс. Вместо тигра – график на экране монитора. Но механизм-то внутри один и тот же!

Когда Иван Петрович видит новость об обвале рынка, его мозг получает сигнал угрозы. Миндалевидное тело, которое эволюционно не научилось отличать потерю денег на счете от потери жизни, мгновенно включает ту самую древнюю программу. В кровь выбрасывается адреналин. Сердце колотится. Дыхание сбивается. Рациональное мышление (за которое отвечает неокортекс – «умная надстройка») блокируется. Иван Петрович находится в состоянии биологической паники.

Что ему хочется сделать в этот момент? Бежать или нападать. Но нападать на график бесполезно. Остается бежать. И он «бежит» – совершает паническую продажу активов. Часто – именно на дне, когда рынок уже упал и вот-вот начнет восстанавливаться.

Теперь давайте посмотрим на официальные данные. Брокерские дома и управляющие компании регулярно публикуют статистику, которая подтверждает эту картину с математической точностью. Согласно многочисленным исследованиям, в том числе проводимым крупнейшими мировыми финансовыми институтами и находящим отражение в отчетах Банка России, средняя доходность частных инвесторов значительно ниже доходности инструментов, в которые они инвестируют. Почему? Потому что люди не держат активы долго. Они покупают на пике эйфории (когда тигра нет, а мамонт есть – об этом позже) и продают на дне паники (когда тигр появился).

Разрыв между доходностью фонда и доходностью его инвесторов называется «поведенческим разрывом» (behavioral gap). По некоторым оценкам, он может достигать 3-5% годовых и даже больше. Это цена, которую мы платим за то, что наш мозг до сих пор живет в каменном веке.

Нейробиология кошелька: Кто есть кто в вашей голове

Чтобы лучше понимать свои финансовые ошибки, давайте познакомимся с основными обитателями нашего «мозгового дома». Нейробиологи условно делят мозг на три системы, которые часто работают вразнобой.

1. Рептильный мозг (Древний подвал)

Это самая старая часть, которая есть даже у ящериц. Она отвечает за базовые инстинкты: выживание, размножение, защита территории, агрессия, страх. Ему плевать на ваши долгосрочные цели. Его девиз: «Еда! Секс! Опасность! Спать!». Он работает на автомате, не требует усилий и часто включается раньше, чем мы успеваем подумать. Именно рептильный мозг заставляет нас набирать полную тележку в супермаркете, когда мы голодны. Или покупать акции, потому что «все побежали – и я побежал». Или, наоборот, в панике всё продавать.

2. Лимбическая система (Эмоциональный первый этаж)

Это наш центр эмоций. Здесь живут радость, печаль, гнев, удовольствие, привязанность. Именно лимбическая система отвечает за выброс дофамина – нейромедиатора предвкушения. Вы еще не купили ту самую сумку или тот самый телефон, но уже представляете, как будете его распаковывать – это дофамин. Вы еще не получили прибыль от сделки, но уже предвкушаете, как потратите деньги – это дофамин. Лимбическая система – мощнейший двигатель. Она заставляет нас хотеть. И в этом ее опасность. Дофаминовая петля – причина того, что мы постоянно проверяем уведомления, листаем ленты, охотимся за скидками.

3. Неокортекс (Современная надстройка, «пентхаус»)

Это самая молодая часть мозга, отвечающая за логику, анализ, планирование, речь, самоконтроль. Это то, что делает нас людьми. Неокортекс понимает, что если откладывать по 10 тысяч рублей в месяц, через 10 лет можно накопить на квартиру. Он знает, что диверсификация снижает риски. Он видит, что скидка в 50% – это маркетинговый ход, чтобы продать залежалый товар. Но есть одна проблема: неокортекс – очень ленивый и энергозатратный. Чтобы он включился, нужно приложить усилие. Рептильный мозг и лимбическая система срабатывают за миллисекунды, а неокортексу нужно время, чтобы проанализировать ситуацию и включить тормоза.

И вот тут-то и разворачивается главная драма. Пока неокортекс раскачивается и говорит: «Давай подумаем, действительно ли нам нужна эта пятая пара кроссовок?», лимбическая система уже схватила кредитку, а рептильный мозг тащит ноги к кассе. Неокортекс проигрывает в скорости. Ему просто не дают слова.

Эксперимент: Зефир и судьба

Классическим доказательством этой борьбы служит знаменитый Стэнфордский зефирный эксперимент, проведенный в конце 60-х годов психологом Уолтером Мишелом. Детям четырех-пяти лет предлагали на выбор: съесть одну зефирку (или печенье) прямо сейчас или подождать 15 минут и получить две. Ученые оставляли ребенка одного в комнате с лакомством и наблюдали.

Одни дети не выдерживали и секунды – хватали зефир и съедали, как только психолог выходил за дверь. Другие пытались бороться: закрывали глаза руками, пели песни, отворачивались, нюхали, но терпели. Третьи спокойно ждали вознаграждения.

Самое интересное началось через много лет, когда ученые проследили судьбу этих детей. Те, кто в четыре года смог удержаться от сиюминутного соблазна ради двойной выгоды, во взрослой жизни демонстрировали более высокие академические успехи, лучше сдавали экзамены, имели более высокий доход, реже имели проблемы с лишним весом и зависимостями. Они лучше умели гасить порывы своей лимбической системы и давать слово неокортексу.

А те, кто съедал зефир сразу? Они тоже стали взрослыми, но их финансовая жизнь часто складывалась сложнее. Им труднее было копить, труднее отказывать себе в импульсивных тратах, труднее ждать долгосрочных результатов от инвестиций.