Майкл Стэкпол – Вол’джин. Тени Орды (страница 51)

С северной стороны, перед Закрытыми покоями, лязгнули маленькие осадные машины. Десятки дюжин глиняных горшочков взметнулись в небо. Они разбились у подступа к узкому веревочному мосту, ведущему на островок в сердце монастыря. От некоторых несло токсинами, размазанными на камнях. Другие были наполнены маслом, чтобы скользили ноги. Третьи лопались, расплескивая жидкость, что мешалась с остатками из других кувшинов, и пуская слезоточивые пары белого, фиолетового и зеленого цветов.

Вол’джин надеялся, что запах замедлит троллей. К сожалению, его развеял поднявшийся ветер, который сменила стена снежинок. И все же она по-прежнему позволяла Вол’джину видеть зандаларов, мчащихся через заросли. Мост вел на островок, и тролль ждал в маленьком павильоне в самом его сердце, но ров под мостом не замедлит зандаларов.

– Тиратан, уходи. Они не замедлятся, если я их не остановлю, – тролль выхватил глефу из ножен. – Отступайте, как мы планировали. И – благодарю.

Монахи и человек отошли с острова по другому мосту туда, где ждали осадные машины. Они завернули к Додзё Снежного Вихря на юге, где встретились с братом Куо и его отрядом.

Зандалары напротив Вол’джина достигли края рва. Они заколебались, то ли желая передохнуть перед штурмом, то ли в удивлении перед тем, что Черное Копье ждет их на острове один. Тролль убеждал себя, что дело во втором, ведь зандалары никогда не колебались.

Он поднял глефу обеими руками над головой и прокричал в нарастающий ветер:

– Я Вол’джин из Черных Копий, сын Сен’джина из Черных Копий! Я темный охотник! Любой, кто верит, что его кровь, отвага и умения лучше моих – я вызываю тебя на бой! Если у тебя есть честь или ты считаешь себя храбрецом – прими мой вызов!

Тролли переглянулись, удивленные и пораженные. Суета в рядах вытолкнула одного из них в ров. Он приземлился грузной кучей, весь в снегу, и поднял взгляд на Вол’джина. Принялся царапать стенку рва, но его соратники только рассмеялись. Это казалось довольно странным поведением для зандаларов, но у Вол’джина не было времени думать, что это знаменует.

«Глупцы мне не верят».

Вол’джин посмотрел на тролля в яме. Его накрыл снег, но заклинание, которое выпустил Вол’джин, объяло его льдом. Тролль упал, весь дрожа, слабо цепляясь за стены, все еще пытаясь сбежать.

На дальний конец моста пробился могу с копьем.

– Я Ден-Тай, сын Ден-Чона. Моя семья служила бессмертному императору еще до появления Черного Копья. Я знаю, что моя кровь делает меня лучше. Я не страшусь тебя. От моих умений ты будешь истекать кровью из тысяч порезов.

Вол’джин кивнул, отступив и приглашая могу вперед. Веревки моста натянулись, когда Ден-Тай начал приближаться. Доски заскрипели. Вол’джин жалел, что стрелы-тросорезы не обрубят веревки, но короткое падение только обозлило бы могу и обесчестило Вол’джина.

Будь падение смертельным, Вол’джин пережил бы бесчестье. Насчет копья он не был так уверен – у него было довольно короткое древко и длинное лезвие, загибающееся на кончике и заточенное по всей длине. Один-единственный удар походя таким оружием мог легко обезглавить вола.

«К счастью, я не вол».

Могу – на фут выше Вол’джина, вполовину шире и облаченный в латы поверх кольчуги, – не замедлился, выходя на островок. Он шел прямиком на Вол’джина с удивительной скоростью. Доспехи, хоть и очевидно тяжелые, вовсе его не стесняли.

Ден-Тай ударил. Вол’джин увернулся влево. Лезвие копья высекло искры из каменной колонны островного павильона. Вол’джин хлестнул глефой наотмашь. Лезвие пробило кольчугу, соединявшую перчатку могу с наручем на правом запястье. Брызнула черная кровь.

Какую бы радость тролль ни испытал от того, что пролил первую кровь, она пропала, когда могу ударил копьем в ответ. Тупой конец, на котором был закреплен стальной шар, врезался в ребра Вол’джина. Удар оторвал его от земли. Он отскочил и приземлился на корточки, готовясь парировать режущий удар могу, который быстро повернулся.

И исчез, когда взбитый ветром снег взметнул между ними завесу.

Вол’джин распластался на земле и хлестнул оружием. Клинок могу разрезал воздух в каких-то дюймах у него над головой. Глефа что-то задела – скорее всего, лодыжку, – но не сильно, соскользнув с брони.

Вол’джин сунул под себя правую руку и перекатился направо. Он держался низко, опасаясь следующего взмаха копья. Вместо этого, как он и надеялся, могу, проступавший крупным силуэтом за снегом, ткнул туда, где только что лежал темный охотник. Наконечник скрежетнул по камню, погрузившись в него на пять дюймов.

Заметив возможность, Вол’джин вскочил и развернулся, одновременно резанув глефой снизу вверх и слева направо. Изогнутое лезвие вонзилось могу в левую подмышку. Кольчуга со звоном лопнула. Хлестнула кровь, но ни кольца металла, ни капли не полились рекой, говорившей об истинном ущербе.

Взмах Вол’джина заставил его описать полукруг, лицом к роще и троллям, стоявшим на краю рва. Там появился бешено жестикулирующий офицер зандаларов. Хотя Вол’джин видел его только урывками через снегопад, и ветер уносил приказы прочь, не было сомнений, что он гнал солдат в атаку.

Волна бойцов спустилась в ров.

Вол’джин выкрикнул бы предупреждение, но могу развернулся. Он так и не высвободил копье из камня. Вместо этого воин выгнул древко, сломал и размахнулся им. Удар пришелся Вол’джину по животу, отбросив на колонны павильона. От удара головой перед глазами вспыхнули звезды. Оглушенный темный охотник повалился на колени.

Ден-Тай встал над ним, перевернув древко и занеся над головой стальной набалдашник для удара, что размозжит череп.

– Не понимаю, почему они тебя страшатся? – улыбнулся могу.

Вол’джин ухмыльнулся в ответ:

– Потому что знают: темный охотник всегда смертоносен.

Ден-Тай уставился на него, не понимая. Снег вихрился вокруг острова, пряча бойцов не хуже, чем туманы Пандарии прятали континент. Несмотря на это, метель пронзила зачерненная стрела. Если Тиратан намеревался убить могу, он промахнулся. И все же стрела призраком мелькнула перед глазами Ден-Тая, вызвав секундное замешательство.

«Все, что мне нужно».

Древко опустилось.

Помеха выиграла Вол’джину время, чтобы сдвинуться направо. Стальной набалдашник промахнулся мимо головы, но задел левое плечо. Вол’джин скорее услышал, как треснули его кости, чем почувствовал это. Левая рука онемела. В другой раз это бы его озаботило, но сейчас тролль чувствовал себя отрешенным от боли и не переживал за будущее.

На деле единственная связь, что он ощущал, была с монастырем, монахами и полученной подготовкой. Больше ничего не имело значения. Больше ничего не могло иметь значения.

«Зандалары недостойны этого места и глупы, раз считают, что могут меня уничтожить».

Развернувшись на коленях, он подрубил глефой левую ногу могу, ударив по тыльной стороне колена. Брызнула черная жидкость. Колено подогнулось.

Ден-Тай споткнулся и упал. Тяжело приземлился на раненое колено. В возгласе его прозвучала боль. Могу выставил перед собой левую руку и выпрямил правую ногу для равновесия. Развернулся, пытаясь зацепить Вол’джина древком.

Увы, этот трюк не сработал бы с Вол’джином еще тогда, когда ему в детстве доверили присматривать за стадом маленьких ящеров. Темный охотник отклонился, когда стальной набалдашник просвистел мимо его подбородка, а затем метнулся вперед. Беспощадный удар ногой вышиб правое колено могу, следующий сломал лодыжку.

Ответный удар Ден-Тая разбил древко о бедро Вол’джина. Тролль этого ожидал и приготовился. Мимо пронеслась правая рука могу, и взмах глефой отделил ее от тела у самого запястья. Кисть и обломки копья улетели в метель.

Могу уставился на струящуюся кровь, толчками бьющую из культи, и поднимающийся над ней пар. А затем Вол’джин взмахнул глефой, начисто перерезав шею противника.

Один из лоа – ибо это могло быть делом лишь лоа – на мгновение остановил метель. Ветер утих. Воздух прояснился. И оставался безгласным и чистым, когда голова могу медленно соскользнула вперед, накренилась и отскочила от нагрудника. Она прокатилась и замерла на боку в сугробе, а незрячие глаза уставились на безголовое тело с пристальностью изгнанного любовника, вперившегося в неверного супруга.

Битва вокруг затихла лишь на эту пригоршню мгновений. Тролли и монахи уставились на остров. Могу упал на колени перед темным охотником. Голова могу как будто кивнула. Затем тело повалилось в полном официальном поклоне.

Капитан троллей указал мечом на Вол’джина.

– Он один и ранен. Убить его. Убить их всех!

Покой раскололся вместе с тишиной, и зандаларские войска пошли в атаку.

33

Когда Вол’джин столкнулся с троллями, идущими по мосту и лезущими изо рва, темный охотник осознал то, что подсознательно понял ранее: он сражался не с зандаларами. По крайней мере, не только. Высокие явно были ими. Их выдавал рост – и тот факт, что не один из них отрастил стрелу с красным древком из глаза или горла. Остальные, хотя и в зандаларских доспехах, явно были гурубаши или амани.

Вол’джин понял тактику – гнать вперед более слабых бойцов, чтобы захлестнуть защитников. Кхал’ак назвала бы себя за нее гением. Вол’джин чувствовал потребность переубедить ее в этом. Раз он не замечал командующую в волне воинов, вливающихся в монастырь, пришлось удовольствоваться уничтожением ее войск.