Майкл Роуч – Алмазный огранщик: Будда о том, как управлять бизнесом и личной жизнью (страница 39)

Обратимся к ситуации в алмазном бизнесе; полем битвы у нас будет зал для заседаний руководства компании или ювелирный цех, так чтобы мы могли взять реальный случай из реальной жизни. Когда я работал в «Андин» вице-президентом, то частенько мог махнуть через океан в Азию, чтобы пожить в тибетском монастыре, где я проводил научные исследования. Я договорился с владельцами компании, четой Азриелант, что буду и там оставаться на связи по телефону в полной готовности организовать закупки алмазов, скажем, из Бомбея (который был не так далеко от моего монастыря) или Бельгии.

Легко сказать «оставаться на связи», но в те годы это было очень непросто: монастырь начался с нескольких палаток посреди буйного леса на юге Индии после того, как около сотни выживших монахов (первоначально их в нашем монастыре было около восьми тысяч, большинство из которых было убито или насильно обращено в мирян) спаслись, перевалив через Гималаи во время вторжения китайцев в Тибет. К тому времени, как я попал туда с научными целями, там было несколько сот монахов, скромный зал для собраний и простые избушки для монахов. Ближайший телефон, по которому можно было дозвониться до Соединённых Штатов, был в Мадакери, – это около трёх часов езды на автомобиле. Таким образом, краткий звонок, только для того, чтобы «оставаться на связи», превращался в целый день, да и то если повезёт.

И вот стою в этом грязном домишке на вершине горы в глуши индийских лесов, склонившись к древнему телефону, пытаясь разобрать, что там на другом конце провода кричит Офер из своего ярко освещённого офиса, выходящего окнами на огни башен-близнецов Всемирного торгового центра и Гудзон:

«Алло! Алло! Нам нужны камни! Огромный заказ! Что? А ты что думал? Десять тысяч каратов должны быть здесь, в Нью-Йорке, в течение десяти дней! Алло! Договорись с Бомбеем! Позвони в Антверпен! Займись уже этим вплотную!»

Вы знаете, десять тысяч каратов заказанных камней может означать около миллиона маленьких алмазов; при этом, чтобы в итоге купить на рынке один алмаз, вы порой должны выбрать его из двух или трёх. Итак, ты говоришь, что нужно перебрать несколько миллионов алмазов за десять дней. Предположим, что взять алмаз и рассмотреть его в увеличительное стекло занимает десять секунд. Это означает 6 камней в минуту и 360 камней в час на человека. Предположим, что вы сможете сохранять этот темп в течение не более пяти часов в день, чтобы не посадить глаза, то есть за день можно пересмотреть тысячи две камней максимум. Итак, ты собираешься отнять у своей команды как минимум тысячу человеко-дней, чтобы только приблизиться к выполнению этого заказа. Поэтому я переспрашиваю: «Десять тысяч каратов, верно? Алло! Офер! Ты уверен – десять тысяч?» – «Да, да, немедленно; прямо сейчас! Обзвони всех, поставь на ноги весь мир, ничего страшного! Удачи!» Короткие гудки.

Я записываю в блокнот количество и тип камня, который нам требуется, и приступаю. Несколько часов уходит на попытки дозвониться до всех наших закупщиков, разбросанных по земному шару. К тому времени, когда я покидаю телефонную станцию на Мадакери, уже почти темно. Мы выходим в небольшой садик, обращённый на прекрасную широкую долину, наслаждаемся вечерним воздухом и полной грудью вдыхаем запахи дикорастущих индийских цветов, смотрим, как на небо высыпают яркие звёзды. Мне хорошо: прекрасное чувство выполненного обещания переполняет меня, несмотря на то что сделать это было ох как не просто. Потом мы втискиваемся в старый разболтанный монастырский автомобиль и отправляемся назад. Меня ждёт ещё одна неделя напряжённых занятий с величайшими в мире ламами.

Почти одновременно со стекающимися со всего света в нью-йоркскую штаб-квартиру алмазами туда прибываю и я, пыльный, загорелый и очень довольный. Офер вызывает меня в свой кабинет, и я иду к нему гордой походкой уверенного в своих силах руководителя, который преодолел горы препятствий, но снабдил фирму товаром. Я сажусь и жду, когда начнутся поздравления.

– Ну и что всё это значит? – начинает Офер.

– Ты о чём?

– Об алмазах, ясен пень! Ты хоть знаешь, во что ты превращаешь нашу наличку? Ты что, сдурел?

Вам известно такое ощущение. Просто земля уходит из-под ног. Это не просто очередное недопонимание или коммерческая ошибка – это потрясение самих основ мира, нашего мира. Ну почему, почему всё не может идти по правилам? Думаю, вы понимаете моё состояние в этот момент. Но продолжим.

– Подожди, Офер. Ведь это ты велел мне купить эти алмазы – ты сказал, что тебе нужно десять тысяч каратов как можно быстрее.

– Десять тысяч каратов! Нет, он издевается! Я говорил тысячу! Ты что с дуба рухнул? Ну куда я дену эти десять тысяч каратов?

– Но ты же сам сказал мне купить десять тысяч. Как сейчас помню, я переспросил раза три. Вот и в блокноте я то же самое записал, когда мы с тобой по телефону говорили. Смотри – чёрным по белому – десять тысяч.

– Откуда я знаю, когда ты это накарябал? Может, сегодня утром с перепоя! Я никогда не говорил десять тысяч. Кто вообще может в здравом уме такое сказать – десять тысяч?

Когда в процессе изучения негативных эмоций вы отрабатываете умение избегать тех мыслей, которые раньше времени сводят вас в могилу, этот момент является решающим. Бизнес вообще требует мгновенной реакции и быстрых рефлексов, но с этим ничто не сравнится: в вашем распоряжении не более трёх секунд, чтобы активизировать свою защиту, прежде чем вы столкнётесь с сильными чувствами негодования, боли и гнева. Вы должны будете предпринять активные действия предупреждающего характера в течение этих трёх секунд, иначе будет поздно. В основе этих действий лежат концепции «отсутствие Я» и «отсутствие представлений», о которых только что говорил Будда. Только теперь мы должны наконец выяснить, что же он имел в виду, когда упоминал об этом. Давайте привяжем их к нашей конкретной жизненной ситуации. Мы будем использовать «три элемента», упомянутые Буддой, в рассказе о монахе, которого изощрённо истязал злобный ревнивец царь Калингка.

Понятие «три элемента» относится к трём составляющим данной ситуации: орущий босс (Офер); вице-президент, на которого орут (ваш покорный слуга, увы); и сам факт того, что это событие вообще происходит. Каждый элемент обладает собственной пустотой или тем, что мы называем здесь «потенциалом». На самом деле здесь полно всяких пустот-потенциалов, которые и создают всю эту кутерьму, но что удивительно, те же самые пустоты-потенциалы вещей способствуют и её устранению.

Рассмотрим потенциал босса. Да, его перекошенное злобой лицо сейчас зрелище непривлекательное, но представьте, что в этот момент вошла его жена, – она же по совместительству и совладелец фирмы. Она сказала бы, что гнев его прекрасен, ведь он защищает их компанию от безответственного идиота, который совсем рехнулся и скупает по всему миру алмазы, которые им не нужны и не по карману. Поэтому сам по себе босс не монстр или гений, всё зависит только от того, кто смотрит. Как мы уже много раз говорили раньше, сам по себе он попросту чист или пуст, а то, что он кажется мне хорошим или плохим в данный момент, зависит исключительно от того, какие именно отпечатки я заложил в свой ум в прошлом.

Не забывайте также ещё одну важную вещь, которую мы всегда упоминаем в подобной ситуации. Действительно, то, как он выглядит сейчас, не только обусловлено, но и вообще создано моим собственным умом, но это отнюдь не означает, что я могу тут же превратить его в славного парня. А всё потому, что в моём уме (в отличие от ума его жены) есть отпечатки, которые заставляют меня видеть его в облике рассерженного босса именно сейчас. Лучшее, что я могу теперь сделать, – это быть очень осторожным, чтобы не отпечатать новые следы в моём уме именно сейчас.

Какие отпечатки я имею в виду? Ну, конечно же, отпечатки, заставляющие вас видеть босса распекающим вас за то, что вы в точности выполнили его поручение. И как, по-вашему, получаются такие отпечатки? Вообще-то есть только один способ заполучить такой ментальный след – это самому накричать на человека, который – как ваш босс сейчас – рассержен тем, что он совершенно искренне считает серьёзной и разорительной ошибкой. Так какое поведение будет наиглупейшим в ситуации, когда на вас кричат? Правильно: накричать в ответ.

Если в течение трёх секунд – до того, как вас охватили досада и злость, – вы даёте своему уму возможность шаг за шагом рассмотреть этот процесс или хотя бы его значительную часть, происходят две вещи. Прежде всего вы избегаете ментального отпечатка, который позже принёс бы вам много бед. Представьте, что вы собирались взять чашку кофе со стола, а вместо этого случайно схватили банку с соляной кислотой (вполне реальная ситуация, если вы недостаточно осторожны в ювелирном цеху). Вы поглощены оживлённой беседой с кем-нибудь, так что не замечаете этого. Вы подносите банку к губам, уже начинаете наклонять её и вдруг, уловив в последний момент слабый запах кислоты, мгновенно ставите банку на место с вздохом облегчения. Но куда большее облегчение, когда вам в последний миг удаётся остановить свою досаду и злость. Это настоящая победа, ведь форточка была открыта только в течение трёх секунд, однако вы успели воспользоваться этой возможностью: распознать реакцию своего ума и, предотвратив гнев, обезвредить ту бомбу замедленного действия, которую он собирался заложить в ваш ум в виде ментального отпечатка.