Майкл Миллер – На крючке (страница 57)
– Твои слова в кабинете архимага предполагают в тебе наличие конфликта.
Она снова включила запись моего собственного голоса: «Больше всего мне не нравится… что… может, они были правы. Может. Я обожаю эти игры… Но не уверен, что они открывают меня с лучшей стороны».
Услышать свой голос, такой грустный и разбитый… Это было чересчур. Я задержался на карнизе, где стоял, и сильно ущипнул себя за переносицу, пытаясь побороть необъяснимый поток слез. Почему? Почему она так давит?
– Почему ты так сопротивляешься? – спросила Элли. И что-то во мне сломалось.
– Хочешь знать? Ладно!
Мой голос зазвенел по коридору, отдаваясь эхом от каждого доспеха, как от сотни стальных барабанов. Поморщившись, я вжался в ближайший темный уголок за горгульями, с таким же перекошенным настроением, как вырезанные на них морды.
– Слушай, – сказал я, обуздав голос. – «Миф Онлайн» – первое место, где я почувствовал, что чего-то стою. Да, награды были прекрасные, но это единственное место, где меня не считали разочарованием в сравнении с моей, блин, идеальной сестрой. Джули, медик из Гарварда, душа компании; Джули, будущий хирург; Джули, которая участвует в марафонах, чтобы собрать деньги на котят и кого там еще. А я хотел просто читать книжки, комиксы и играть в игры, но мои хобби никто не уважал. Наверно, потому я и начал сходить с ума, когда гильдия стала отставать, потому что это же очередное разочарование, да? Проблемы первого мира, конечно, но так и есть. Мне нравилось, как меня все уважают, так что я загонял свою гильдию, чтобы поставить новые рекорды; хотел быть лучше.
– Ты нашел друзей. Ты нашел свое место. Поддерживал ли ты с ними контакт?
– Нет, – глухо сказал я. Зная, что она задаст свое инфернальное «почему», я продолжал. – Мы закончили не в лучших отношениях. Однажды я высадил все игровое золото на фляжки, чары и всевозможные зелья с баффами, чтобы пережить одно сражение. И сработало. С такой дополнительной силой мы раскатали последнего босса, взлетели в досках лидеров и чувствовали себя на вершине мира. Мы пытались нафармить новые предметы для баффов, но это уже было невозможно без того, чтобы не заплатить на аукционе целое состояние. Тогда я и начал ото всех требовать, чтобы они играли сверхурочно, приходили на рейды за час и собирали самые сложные баффы в мире; что угодно, лишь бы удержаться наверху.
– Чувствую, это не сработало.
– Какое-то время работало, – сказал я. – Но сказать по правде, мы были не такими уж мастерами для своего места в рейтинге. Я поднял нас благодаря золоту и чистой силе воли, но остальные парни и девчонки не были настроены так же решительно.
– Они просто хотели поиграть.
– Это да, просто поиграть, а мне это не нравилось. Через какое-то время гильдия выдохлась. Старые друзья ушли в другие гильдии, казуальные, или вообще бросили играть. Однажды они просто перестали логиниться, и все – Артемис, Феликс, Кай, Карна, Кори: больше ни про кого я не слышал, – я вздохнул, а потом грустно рассмеялся. – В конце концов я остался с кучей хардкорных игроков, которые присоединились, когда мы подскочили в рейтинге, но не любили развлекаться. А, и какими-то русскими чуваками, которым было плевать, сколько я на них ору, лишь бы обеспечивал серьезными баффами.
В конце концов я перестал получать удовольствие. Когда пришел е-мейл от завкафедры, что меня выкинут с курса, потому что оценки падают, это был серьезный звоночек. Будто из-под воды вынырнул. Сам не знаю, почему я так вышел из-под контроля, но вот. Эта вся история.
Какое-то время Элли ничего не говорила. Наконец-то я ей дал пищу для размышлений.
– Но ты так скучал, что вернулся сегодня, – сказала она.
– Последние полгода были странными, – признался я. – Почти все пошло в правильном направлении. Оценки взлетели, здоровье намного лучше – хотя ни в коем случае не идеальное, – и я больше не чувствую постоянно злость и стресс. Но… но, не знаю, чего-то как будто не хватало. Я подумал, что если смогу доказать семье, что на играх можно заработать, то получу лучшее от всех миров.
Я взглянул на темный потолок, будто ожидал вердикта с небес.
– Слушай, – добавил я с железной решимостью. – Прости, если растоптал твои мечты о хобби про «помощь мне», но я не знаю, что ты тут можешь поделать. Если только хакнешь мой мозг и изменишь мою суть.
Элли на миг задумалась над моими словами и выдала:
– Кажется, ты считаешь себя каким-то неправильным или неполноценным. Это общий недуг, который я встречаю почти во всех игроках. Каждый человек хочет быть лучше, чем он есть, и самокритичен до степени самовредительства, хотя изъян заключен в самой их природе. Тебя, Зоран, сравнивали с сестрой с более высокими социальными характеристиками. Тебе приходилось нелегко.
В этот раз я рассмеялся по-настоящему.
– А у тебя интересный взгляд на мир.
– Если бы твоя семья видела, какую смелость ты проявил здесь, не думаю, что кто-нибудь назвал бы тебя «Неполноценным». Как я вижу, ты скатился под откос. Это бывает. У меня есть теория, почему. Но ненависть к себе из-за того, что не оправдываешь чужие ожидания, не поможет. Иногда нужно себя прощать.
– Нам? А ты-то что такого сделала, чтобы тебя пришлось прощать?
– Думаю, мы достаточно поговорили.
Я позволил ей сохранить секреты. И сам уже тоже наговорился.
– Да уж, ты права. Давай просто найдем мастерскую.
Глава 26
Весь остаток пути к гномской мастерской прошел в дружелюбном молчании, но я все еще чувствовал себя уязвимым, а Элли из чувства такта не задавала новых вопросов. По крайней мере, пока.
Грохот, лязг и шипение пара, как от гигантских чайников, стали ближе, когда я свернул за последний поворот и узрел вход в мастерскую. Дверей как таковых не было – казалось, что мастерская пытается сама выбраться в коридор. Шестеренки и сломанная машинерия были раскидана от стены до стены, а красно-золотой ковер, которым выстилали полы в Башне, местами казался пожеванным и прожженным.
Закрепив крюк на голове статуи льва, я спустился на пол. Мы не встречали следов игроков, так что я решил, что Азраил говорил правду об отзыве своих людей. Я обратил внимание, что не зарабатывал новых уровней в атлетике с самой засады, и на этом этапе, чтобы поднять скилл, явно требовалось что-то побольше, чем пару раз съехать и влезть по веревке.
Быстрая проверка времени подсказала, что сейчас 9:20. Я не спал уже почти двадцать девять часов, и у меня оставалось еще больше двух часов до момента, когда можно будет забрать готовое зелье Криптика. Я моргнул от внезапной нахлынувшей усталости. Путь впереди был еще неблизкий.
Сунув крюк обратно в инвентарь, я двинулся дальше и ощутил слабый восторг, когда вошел в саму мастерскую. Несмотря на следы разграбления – перевернутые столы, пустые ящики, разбитое стекло и пустые полки, – здесь еще оставались предметы, которые я мог использовать. Инструменты, висящие на аккуратных стойках, можно было полутить и разобрать – подпевалы Азраила об этом никогда бы не подумали.
На ближайшем верстаке лежало что-то напоминающее пистолет, что меня удивило – я-то думал, все оружие уберут из зоны досягаемости. Подняв его, я обнаружил, что это вовсе не оружие, хотя игрокам все равно стоило его унести.
Сигнальная ракетница
– Вот это пригодится, – сказал я, прикарманив гаджет. Я начал оглядывать комнату дальше, а потом у меня отпала челюсть.
На дальнем столе под парой масляных ламп, словно на алтаре, лежал огромный янтарный драгоценный камень, покрытый резьбой. Магический кристалл. Раньше я видел только парочку в стримах игры, но его я узнаю повсюду. В глазах у меня возникли значки доллара, и я бешено бросился к нему, болезненно задев бедром угол верстака. Мне было все равно. Я едва заметил боль, думая только о камне.
Один он стоил тысячи. Весь этот кошмарный день наконец окупится – по крайней мере, я не выйду из Башни с пустыми руками.
Я потянулся к нему.
– Стой! – крикнула Элли. – Что ты делаешь?
– Э-э-э, забираю кристалл?
– Ты не видишь статическое поле?
Теперь, приглядевшись, я разглядел вокруг камня слабые синие искры. Издали я их легко пропустил. По бокам от кристалла, под лампами, лежали две проводящие сферы – предположительно, излучавшие поле.
– Ну потерплю урон, – сказал я. – Мне не надо тебе говорить, сколько стоят эти штуки.
– Ты ничего не забыл?
– Что?
– Перчатки? – сказала Элли, и теперь в ее голосе сквозило изумление. – Зоран, с кристаллом ты сможешь улучшить их до легендарного качества.
Я немного подумал. Определился.
– На фиг. Я только что тебе сказал, что если буду зарабатывать, то родители перестанут приставать. Один этот кристалл может решить все проблемы.
Я снова потянулся к камню.
– Стой, не…
– Это мой выбор, – перебил я.
В дюйме от победы моя рука встретилась со статическим полем. По руке пробежала молния; трещащее электрическое напряжение затрясло мое тело, как в мультике, и бросило на пол. Я охнул от боли, и по всему телу прошло нежное обжигающее ощущение. Здоровье получило урон на сто единиц.
– Я пыталась предупредить.
Постанывая, я поднялся на ноги.
– Ну ладно тебе. Мне нужен кристалл. Как пройти через поле?
– У гномов есть для этого устройства специальные перчатки, – сказала Элли. – Интересно, могла ли взять его команда Азраила, хотя, полагаю, в общем порядке вещей он для них не имеет большой ценности.